Анна Тарасова - Изменяющая судьбы

— Извините, Эстебан, это потрясающий подарок, но я не могу его принять!

— Алина, дорогая, я мужчина, и убежден, что женщинам уместно дарить подарки только двух типов — либо цветы, либо драгоценности. Эти серьги сочетают в себе и то, и другое!

— Это слишком дорогой подарок! — продолжала отказываться девушка.

— Но ведь и праздник раз в год всего лишь!

— Эстебан, я…

— Вам не нравятся серьги?

— Что вы, они замечательные!

— Значит, вы вполне можете их носить!

Лина долго отказывалась, но Эстебан был неумолим. В итоге девушке все-таки пришлось принять этот подарок, хотя чувствовала она себя при этом очень неуютно. Уж слишком он был дорогим, по ее мнению. А за такие подарки надо одаривать не меньшим.

Эстебан ушел, а Лина продолжала рассматривать драгоценности.

— А вот и ты, шлюшка? — мелодичный смех разбил тишину зимнего сада.

Лина оглянулась. Сзади нее стояла Магдалена и с презрительной улыбкой разглядывала смертную.

— Что это у тебя? — она заметила в руках девушки футляр с серьгами. Подошла ближе, без спроса взяла коробочку из лининых рук и начала разглядывать подарок. Вытащила серьги, посмотрела на свет.

— Красивые какие! Антиквариат! — с некоторой завистью потянула Магда и отдала драгоценности обратно Лине, — И за какие же это услуги тебя так одарили?

— Что вы хотите, Магдалена? — не ответила на вопрос вампирки Лина.

Столкновение с любовницей понтифика — это последнее, чего девушка могла бы желать сегодня. А то, что эта встреча закончится повторным скандалом, Лина была уверена.

Магда смерила смертную взглядом.

— Спросить хотела, какие чувства испытывает смертный, когда лжет вампиру?

— Вы о чем? — удивилась Лина.

Вампирка обошла девушку кругом, пристально разглядывая, и под конец вцепилась в ее правую руку. Сильно сжала пальцами, намеренно причиняя боль, поднесла к своим глазам запястье Лины.

Девушка скривилась от боли, но терпела, понимая, что если даст сейчас слабинку, то Магда от нее просто так не отстанет.

— Значит, все-таки это правда, — задумчиво проговорила любовница понтифика, — Он заклеймил тебя инициалом.

Девушка вырвала руку из захвата и потерла больное место.

— Я не знаю, почему вы придаете этой метке такое большое значение, но…

— Так ты не знаешь? — опасно блеснули глаза вампирки, — Неужели он тебе даже не сказал?

— Он просто защищает меня и все!

Магдалена притворно рассмеялась, но ее взгляд на соперницу оставался злым и холодным.

— Удивительно! Он тебе даже не сказал! Зная Марка, кто бы мог предположить-то!

Лина сложила руки на груди.

— А вы, я чувствую, прямо горите желанием поведать мне правду насчет этого клейма! — съязвила она.

Магда расхохоталась:

— Я безумно хочу, чтобы Марк был здесь и видел сейчас твое лицо! «Он просто меня защищает», — передразнила она соперницу, — Конечно, защищает! Марк теперь всю свою долгую жизнь будет тебя защищать! Потому что он клеймил тебя, как свою официальную любовницу!

— Что? — Лина ошарашено уставилась на свою метку.

— Что слышала, паршивка! — прошипела Магдалена, мигом превращаясь из восторженной красавицы в разъяренную кошку, — Марк заклеймил тебя как свою официальную фаворитку! Ты понимаешь, что это значит? Понимаешь?

— Вы лжете! — Лина затрясла головой, не в силах поверить словам вампирки, — Он не мог!

— А кто бы ему запретил? Только если бы ты сама была против!

Девушка изумленно уставилась на вампирку. Так вот как объяснялось такое странное поведение окружающих. И недовольство подруг-телепаток, и удивление незнакомых вампиров, и даже поздравление Александроса понтифику.

Они все считают, что Лина — официальная фаворитка понтифика.

— Это неправда! — зло ответила сопернице девушка, — Я не его любовница!

— А вот мне интересно, — неужели это Марк тебе подарил такие серьги? — продолжала, не слыша смертной, злится Магда, — Он же никому и никогда ничего не дарит, не считает нужным!

Лина отвела глаза.

— Ах, значит не Марк! Недаром я видела Эстебана, выходящего отсюда, значит это он? И за какие это услуги?

— Не ваше дело! — огрызнулась Лина.

— Или ты и с ним тоже спишь? И как он тебе? Лучше понтифика в постели или похуже?

— А вы спрашиваете почему? Интересуетесь или хотите поделиться мнением?

Сама того не зная, Лина ударила по самому больному месту Магдалены. Вампирка уже давно жалела, что поддалась на уговоры Эстебана и расплатилась с ним за помощь в нейтрализации смертной своим телом.

Магда выпрямилась, гневно раздувая ноздри, и в ту же секунду щеку Лины обожгла резкая сильная пощечина.

— Да как ты смеешь, тварь!?

Лина коротко поклонилась Магде:

— Прошу прощения, госпожа!

И вылетела из зимнего сада в зал.

…

Как же больно-то!

Лина держалась рукой за горящую щеку и почти бегом спускалась с лестницы вниз. У вампирки оказалась сильная рука и била она девушку наотмашь. Но Лина была слишком зла на Магду, чтобы задумываться о разумности своего вызывающего поведения. Прилетела в гардероб, там быстро переодела обувь, накинула поверх платья дубленку и почти бегом покинула резиденцию.

Хватит! Наотмечалась! И это называется встреча Нового года?

С нее довольно этого банкета, она получила все удовольствия жизни, которые могла только предположить. Счастья привалило столько, что и половником не расхлебаешь!

Ничего не видя и не слыша, девушка шла по улице, злая до безумия, проваливаясь в сугробах.

Нет, ну надо же! Ее посчитали любовницей вампира! И кто? Та, с кем этот самый вампир спит! Ничего более сумасшедшего придумать просто невозможно!

И Марк тоже хорош! Нашел, что ей поставить! Теперь ясно, почему некоторые вампиры так странно разглядывали Лину, они тоже считали, что она его любовница!

Неизвестно, что девушку бесило больше всего — то, что ее не предупредили о значении метки или то, что об этом она узнала от Магды. Или, что считали ее той, кем она не была?

Сзади просигналили. Девушка шарахнулась к заснеженному тротуару, чтобы пропустить проезжающую машину. Автомобиль ее обогнал и перекрыл ей дорогу.

Это еще что за шутки?!

Девушка обошла машину и перешла на тротуар, чтобы уж никому не помешать.

Дверь машины хлопнула и Лину за руку дернули назад.

— Лина!

Марк!?

Ему что тут надо?

Девушка вырвала руку и, не глядя, побежала вперед. Длинный подол платья мешался и она подхватила его на руку. Злость разгоралась с еще большей силой.

— Лина, да подожди ты!