Ленивая ведьма - Хелен Харпер

мы обменялись удовлетворёнными взглядами. Он выглядел бесподобно сейчас, когда его обычно безупречный костюм пребывал в беспорядке, верхняя пуговица была расстёгнута, а галстук перекосился. Я посмотрела вниз, стараясь понять, в каком состоянии нахожусь я. Ну что ж, по крайней мере, один из нас выглядит хорошо.

— Чисто из любопытства, — тихо спросил Винтер, — что ты загадала? На ресничке?

— Проваляться завтрашний день в постели, — прощебетала я.

— Ты шутишь.

— Неа.

Винтер театрально вздохнул, но, клянусь, я заметила тень улыбки, мелькнувшей на его губах. Словно чтобы скрыть её, он присел завязать шнурок. На другой стороне улицы раздался звук закрывающейся дверцы машины, и послышался знакомый голос.

— Иви! Я так рад, что застал тебя! — Икбол шмыгнул к нам, и его лицо расплылось в широкой улыбке.

Мы обнялись.

— Эй, рада тебя видеть. Что ты здесь делаешь?

Его улыбка сделалась ещё шире.

— Ты полюбишь меня, — пообещал он.

Я легонько стукнула его кулаком в плечо.

— Я уже люблю, Игги-поп.

Икбол взял меня за руку и начал бормотать. В руке возникло странное зудящее чувство, затем жжение. Внезапно встревожившись, я попыталась вырвать руку. Сердце забилось в груди, и я чувствовала пот, выступивший на лбу. Я в ужасе уставилась на Икбола, но он продолжал улыбаться, хотя скрежетал зубами от напряжения.

— Какого… — послышался возглас Винтера с другой стороны машины. Он поднялся, пошатнувшись, как только Икбол отпустил меня.

Боль почти сразу же исчезла. Икбол отвесил поклон.

— Всегда пожалуйста! — просиял он.

— Узы, — медленно произнесла я.

Он яро закивал и раскрыв ладонь показал известный мне корень оссомба. Его было совсем крошечное количество, но этого оказалось достаточно. Невидимая магическая нить, связывающая меня с Винтером, исчезла. Мне не нужно было это проверять. Я просто знала.

— После твоего вчерашнего звонка, — счастливо щебетал Икбол, — я понял, что ситуация становится отчаянной. Я поспрашивал. Нашел своего старого преподавателя, у которого в кабинете нашлось немного корня оссомба. Он согласился дать его мне, если я к концу месяца предоставлю ему план своей диссертации. Так что, Иви, теперь ты мне точно должна. Я заслужил как минимум одну балладу.

Во рту пересохло. Я несколько раз сглотнула и беспомощно посмотрела на Винтера. Его лицо застыло суровой маской.

— Мы свободны, — прошептала я.

Он расправил плечи.

— Похоже на то.

Икбол бросил на него беспокойный взгляд.

— Здрасьте, Адептус Экземптус Винтер. Я не видел вас, пока всё не закончилось. Надеюсь, вы не против, что я снял узы, но я знал, что Иви была в отчаянии.

Винтер не смотрел на него; взгляд его был устремлён на меня. Всё, что я могла — это смущённо пожать плечами:

— Ну да, — сказала я. — В отчаянии.

Чёрт бы всё побрал.

На лице Икбола заиграло любопытство, когда он понял, что я не запрыгала от восторга, как должна была. Он поднял плечи и бросил на меня странный взгляд. Списав моё отсутствие радости на угрюмое присутствие Винтера, он похлопал меня по плечам.

— «Котёл», — произнёс он. — Сегодня в семь. Вы тоже можете прийти, Адептус, — позвал он Винтера. — Вы, считай, не жили, если не слышали, как поёт Иви. Мне нужно идти начинать писать план диссертации, но я жду вас вовремя, — он покрутил пальцем. — Вы оба должны мне по-крупному.

Мои плечи опустились. Гадство.

Вместе с идущим рядом Винтером я поднялась по лестнице на свой этаж. Я даже не вызывала лифт; казалось, для этого требовалось слишком много усилий. Ни он, ни я не произнесли ни слова. Впервые я не находила, что сказать.

Мы были почти на самом верху, когда за нами раздались шаги. Я обернулась, думая, что это снова Икбол. У меня упало сердце. Ева. Вся эйфория, которую я ощущала ещё пять минут назад, испарилась.

— Иви! — на её лице отразился неподдельный восторг. — Я так рада тебя видеть! Честно, ты не поверишь, что со мной произошло. Вообще-то…

Она запнулась, поняв, кто стоит рядом со мной.

— Адептус Экземптус Винтер. Что вы здесь делаете?

Винтер откашлялся и посмотрел на меня. Я потёрла шею.

— Может, нам лучше зайти в квартиру, — предложила я. — Ты заваришь мне чай, и мы об этом поговорим.

***

— Меня повысили до Второго Уровня? — глаза Евы просияли и сделались размером с чайное блюдце.

Я заёрзала.

— Ага. Прости. Сейчас узы сняли, так что ты всё ещё сможешь поработать с Винтером. Я должна была сказать тебе раньше, но мне казалось, что неправильно делать это по телефону.

Ева едва меня слушала.

— Второй Уровень? Я надеялась, знаешь, надеялась, но думала, что сначала мне нужно будет сдать экзамены. Родители будут в восторге! Я в восторге! А Тайный отдел? — она взглянула на Винтера. — Думаете, у меня ещё есть шанс получить место?

— Только что открылась вакансия, — натянуто ответил Винтер, избегая смотреть в мою сторону.

Ева вскочила на ноги.

— Всё это так поразительно, — недоверчиво качая головой, произнесла она. — Мне нужен пойти рассказать Гарольду Фицуильяму Даксворту Третьему.

И она выскочила из комнаты.

Я сцепила руки на коленях.

— Прошло лучше, чем я ожидала, — сказала я.

Винтер пробормотал что-то нечленораздельное.

Я глубоко вздохнула.

— Я не знала, что Икбол собирался это сделать, — торопливо произнесла я. — Я его не просила. Ну, не совсем. На самом деле, несколько дней назад я нашла корень оссомба и запихнула его в шкафчик в ванной. Узы были вовсе не так плохи.

Винтер ничего не ответил. Чёрт возьми, это было непросто.

Из спальни раздался звук глухого удара. Испытав облегчение от того, что можно отвлечься, я открыла дверь, чтобы проверить, что случилось. На мой тайник с кошачьей мятой было совершено нападение, а по полу от разбитого кувшина до кровати тянулся след. Брукс и Принцесса Парма Перивинкл в приступе кошачьего ликования катались по одеялу. Винтер поверх моего плеча уставился на это зрелище и неодобрительно хмыкнул.

— Иви?

Из гостиной снова вышла Ева; руки были опущены вдоль тела, а на лице отражалась растерянность.

— Почему у меня в гостиной сидят два связанных человека?

Эпилог

Он стоял снаружи, держа руки в карманах и поджимаяя губы в мрачную линию. Паб был ярко освещён и полон народу. Каждый раз, когда дверь открывалась, чтобы впустить новых посетителей, раздавались звуки ужасающей музыки. Он полуобернулся, собираясь уйти. Всё это — бессмысленная затея. Разумнее всего было прямо сейчас уйти домой. Нужно писать отчёты, и он знал, что совсем скоро получит новое трудоёмкое задание, которое будет занимать все его дни и ночи. Кроме того, она не хотела видеть его там.

Дверь