Тюрина Татьяна - Четвёртая Жрица. Путь друг к другу.

Сама же она видела Альдана не только с этой светской улыбкой. Ночью он показал ей себя настоящего. Пусть и ненадолго. Внутри него тоже была боль, она чувствовала это в его прикосновениях, в его глазах. И даже знала, что, прикасаясь к ней, он мысленно прикасался к другой. Его ласки, его страсть предназначались другой женщине. Её вполне устраивало такое положение дел, ведь она сама в эти моменты мысленно была с другим. Возможно, он это тоже понял, поэтому никто из них ни словом не обмолвился этим утром о том, что случилось. Лишь лёгкая приветственная улыбка за завтраком говорила о том, что оба довольны ночным происшествием. Но продолжать ни один из них не хотел.

Ласкита не лезла ему в душу тогда, не собиралась этого делать и сейчас. И его странные отношения с принцессой Келиной её тоже не касаются. Хотя она отметила про себя, что Альдан на неё реагирует по-другому. Не так, как на всех остальных женщин. А ещё она обратила внимание на то, что её подруга, несмотря на своё враждебное отношение к Альдану, его не боится. Что натолкнуло её на мысль, что сердце подруги тоже кем-то занято. Отсюда можно было сделать интересные выводы, над которыми стоило бы подумать.

— Прошу простить меня, — сказала Ласкита, — мне нужно пойти проведать мою сестру.

И, едва сдерживая улыбку, она поспешила удалиться.

Келина смотрела на уходящую принцессу с всё возрастающей паникой. Ей ни в коем случае не хотелось оставаться наедине с Альданом. Только не с ним. Каждый раз после их встреч и разговоров она чувствовала себя прескверно.

— Неужели Вы действительно так не рады меня видеть, принцесса? — наконец сказал Альдан, и Келина смерила его гневным взглядом.

— С нашей последней встречи мои чувства ничуть не изменились! — резко ответила она.

— А вы подумайте о том, какой я негодяй. Вспомните, скольких женщин я опорочил и скольких ещё опорочу. — Он внимательно смотрел на неё, словно ожидал реакции.

— Я уже сказала, что Вы мне противны, зачем напоминать о таком? — удивилась принцесса.

— Потому что Вы, моя дорогая... — он приблизился к ней, заглядывая будто прямо в душу, — похоже, вы влюбились в меня.

Келина замерла на месте, под напором этих голубых глаз, но потом смысл его слов дошёл до неё, и она возмущённо воскликнула:

— Эта полная чушь! — чувствуя, как её сердце начинает бешено биться, она сделал шаг назад. От того, что Альдан находился так близко, её сердце готово было выпрыгнуть из груди. Не иначе как тоже рвалось в бой, чтобы убить этого наглеца. А ещё выколоть эти глаза...

Альдан, горько усмехнувшись, выпрямился и продолжал смотреть на раскрасневшуюся от возмущения девушку.

— Я же уже сказала Вам, что люблю другого! Так что прекратите говорить всякую чушь!

— Вы всё говорите о каком-то мужчине, но у меня складывается впечатление, что его всё-таки не существует.

— Но магия не подействовала...

— Магия могла не подействовать также и потому, что Вы уже были влюблены... в меня.

— Я же сказала, что это чушь. А ещё я сказала, что ненавижу Вас.

— Тогда скажите, кто он? Кто тот человек, ради которого, по Вашим словам, бьётся ваше сердечко? — продолжал настаивать Альдан, сам не зная для чего.

— Чтобы вы убили его? — мрачно переспросила Келина, сверля того взглядом. — Я помню, что Вы грозились устранить соперника. Похоже, вам плевать не только на его жизнь, но и на моё разбитое сердце.

Альдан молча смотрел на принцессу, в то время как она обиженно смотрела на него. И зачем только подошёл? Зачем начал её дразнить? Он надеялся узнать, что на самом деле всё это неправда, что она на самом деле не ненавидит его или ненавидит по-настоящему, независимо от проклятия.

Но это не так.

Её широко раскрытые глаза, её прерывистое дыхание, её едва бессознательное желание дотронуться до него, пусть даже и с целью якобы оттолкнуть его, когда он слишком близко приближался. Всё это говорило о том, что принцесса неравнодушна к нему. И самое печальное, Альдан сам чувствовал то же самое. Ему хотелось смотреть на неё не отрываясь целый день, хотелось обнять её, прижать к себе и целовать до тех пор, пока она не начнёт задыхаться от этих поцелуев. Потом он бы дал ей вздохнуть и вновь целовал бы уже в постели, куда отнёс бы девушку на руках и откуда не отпускал бы до самого утра...

Ну почему? Почему именно она?

Резко отстранившись, он холодно посмотрел на неё.

— Вы не тому отдали своё сердце, принцесса. Именно поэтому оно и будет разбито.

Келина возмущённо ахнула, не догадываясь об истинном значении этой фразы.

— А вот это уже не Ваше дело! Он не такой, как Вы!

Альдан грустно усмехнулся и, поклонившись, сделал шаг назад.

— Всего хорошего, принцесса Ястреб. На этот раз я прощаюсь с Вами, так как уже завтра рано утром покидаю замок.

— Что ж, я этому очень рада! — всё ещё пребывая в гневе, сказала Келина. — Надеюсь, мы больше никогда не встретимся!

Генерал Дракона посмотрела на неё. Даже сердитая, девушка продолжала смотреть на него с не осознаваемой надеждой во взгляде. И он догадывался, на что именно она надеялась или чего именно ждала... Альдан даже не мог точно сказать, кто из них двоих пострадал от его проклятия больше. Она ли, из-за того, что не понимала происходящее и не отдавала себе отчёт в собственных чувствах, или же он, кто всё прекрасно видел и знал настоящее положение вещей, но ничего не мог сделать.

Альдан знал, что Лаура ненавидит его, но зачем было наказывать принцессу? Или же её ненависть выражалась в том, что он наблюдает за несчастьем женщины, которую странным образом полюбил? А это действительно мучительно.

Вздохнув, мужчина развернулся и ушёл. По крайней мере, он знал, что если будет держаться подальше от неё, то и она будет меньше мучиться. И решительно выкинув из головы все мысли, генерал Дракона направился к королеве. Сейчас ей нужно уделять как можно больше внимания. Потому что пора прекращать все эти игры и поговорить с ней серьёзно. Тем более что у него появилось на одну просьбу больше.

— Риана?

Лекамир нашёл жрицу на балконе, прислонившейся к парапету и задумчиво глядящей вдаль.

Он подошел, молча встал рядом. Вид с балкона был не самый лучший: степь с сухой травой, да стада животных, которые перегоняли на новое место. По-видимому, это странным образом умиротворяло её.

— Что случилось? — сказала она, посмотрев на друга.

Рыцарь нахмурился, и подал знак Марвину, который стоял неподалёку, чтобы тот внимательно наблюдал за всем происходящим поодаль и подошёл к жрице.

— Я не могу говорить точно, но неспокойно здесь, Риана. Воины, слуги, даже местные простолюдины... все тихорятся и шепчутся. В замке люди делятся на праздных и недовольных. Боюсь, зреет заговор. Мы прибыли очень не вовремя.