Бек Макмастер - Поцелуй стали (ЛП)

Она моргнула и поняла, что застыла в раздумьях, и под недружелюбным взглядом Уилла наклонилась, оборачивая вокруг его талии новый слой бинтов.

– Блейд принадлежит мне, грубиян, – сказала Онория и надежно завязала ткань. Как интересно, ведь она говорит чистую правду. – И тебе просто придется с этим смириться. А теперь, тебе что-то принести?

– Сырое мясо из кладовой, – угрюмо буркнул Уилл.

Глава 22

В логове стояла гулкая тишина. Отправив Лену и Чарли спать, Онория бродила, не зная, куда податься. Эсме охраняла Рипа, а вот Блейда нигде не было видно.

Гостья поднялась по ступенькам к его покоям и ощутила, как по спине побежали мурашки. В доме хватало свободных постелей, но Онор не собиралась ложиться, пока не убедится, что господин в порядке. Его суровое лицо окаменело от горя, и пусть он спокойно помог Рипу во время первого кормления, плечи выдавали сковывавшее его напряжение.

Просто страшно, как много она стала о нем думать. Каждая мысль и действие были связаны с Блейдом. Едва заходя в комнату, Онория искала его и, если не находила, теряла весь интерес к происходящему. Беспокойство снедало ее, а сердце робко тянулось к Блейду. Раньше только Лена с Чарли тревожили Онор и требовали заботы, а теперь кто-то еще претендовал на ее чувства.

Голубокровный. Онория всегда презирала их, однако Блейд сумел открыть ей глаза и заставить сомневаться во всем, что твердил ее отец и она знала по собственному опыту. Это так сбивало с толку.

Возможно, Онор поспешила с ненавистью и обвинениями, и теперь ей было очень стыдно сознаться в своих предрассудках. Разве не она сама говорила: «Манипулирование – не симптом вируса?..»

В щель под дверью лился свет. Онория судорожно вздохнула и открыла ее:

– Блейд?

Молчание.

В спальне было темно, но из ванны струился свет. Онория прошла туда и остановилась на пороге. Комнату озаряло теплое сияние свечей. Обнаженный Блейд в одном только полотенце сидел на стуле у зеркала, положив голову на руки. Что-то сжалось в ее груди. Он даже не пошевелился, когда она вошла. У его ног стояла полупустая бутылка бладвейна.

Онория робко шагнула вперед и только набрала воздуха, чтобы снова позвать господина…

– Те не стоило приходить.

Она от удивления открыла рот:

– Хотела узнать, не нужно ли тебе чего.

И затаила дыхание, встретившись со взглядом черных глаз в зеркале. Лицо Блейда ничего не выражало.

– А чо, кажется, будто мне шота нужно?

В горле Онории встал ком.

– Да.

Взгляд господина помрачнел.

– Убирайся.

– Нет.

Внезапно Блейд оказался прямо перед ней. От неожиданности Онория едва успела отступить, но он уже схватил ее за руку:

– Седня я не гожусь в собеседники.

Онория посмотрела на него. Пульс грохотал в ушах. Блейд давал ей шанс уйти, убежать до того… как между ними все изменится. Сейчас перед ней стоял не тот мужчина, кого она знала, а человек, который борется с собственными демонами. Раздавленный горем, беспомощностью и неудачей. Онории хотелось обнять его и крепко сжать, но, похоже, сегодня Блейд ей это не позволит. В его глазах горело обжигающее пламя.

Заметив нерешительность гостьи, Блейд опустил взгляд на ее грудь. Его дыхание чуть участилось.

– В последний раз предупреждаю, черт тя дери!

Онория сжала кулаки. Сама мысль о близости лишала ее способности дышать. Однако она нашла в себе силы открыть рот:

– Я никуда не уйду.

И к своему удивлению осознала, что так оно и есть. Онор хотела этого мужчину, желала того, что произойдет между ними. От одной мысли об этом соски затвердели, а внизу живота и ниже, в тех местах, о которых она старалась слишком часто не задумываться, стало жарко и влажно.

Если Онория ожидала, что Блейд обрадуется ее ответу, то ошиблась. Господин резко повернулся и смахнул бритвенный набор с туалетного столика. Его зеркальце разбилось на миллион осколков, мыло уехало под ванну на когтистых лапах, а помазок медленно покатился и остановился рядом с бритвой. Блейд оперся на туалетный столик и опустил голову, словно пытался взять себя в руки. Его спина и плечи ходили ходуном от напряжения.

Это должно было напугать ее. Страсть Блейда была дикой и примитивной, а ярость – острой. Но он никогда ее не обидит. Онория знала это с уверенностью, которой прежде не испытывала.

Потому и шагнула к нему, хрустя осколками. Нервозность пропала.

– Я тебя не боюсь и знаю: ты никогда не причинишь мне боли. Так что если пытаешься заставить меня сбежать… значит, тебе не удалось.

Блейд поднял голову и встретился с ней взглядом в зеркале. Онория затаила дыхание, но не от страха. Меж ее бедер запульсировало желание.

– Я опасен, – процедил Блейд сквозь крепко сжатые зубы. Он впился ногтями в столик. – Черт тя дери, Онор, ты рехнулась? У мя руки по локоть в крови.

– Я тебе доверяю.

Онория коснулась его дрожащей спины. Она уже видела Блейда в таком состоянии, знала, как сильно он старался держать себя в руках. И его рассказ о сестре лишь укрепил решимость Онории. Этот мужчина знал цену поражению. Она доверяла ему больше, чем он самому себе.

Блейд вздрогнул и зажмурился, раздувая ноздри:

– Мне седня лучше одному.

– Я хочу быть с тобой.

Повисло молчание, не слышно было даже дыхания Блейда. Он поднял голову, и в блестящем зеркале отразился хищник.

– Ты мя видала тока в лучшей форме. – Блейду не нравилось, каким он сейчас предстал перед Онор. В его голосе слышалось презрение к самому себе: – Как ты можешь забыть, что я натворил?

Он говорил о своей сестре.

– Кто убивает человека – пистолет или тот, кто нажимает на курок? Надо ли винить пса, что подрал ребенка, или того, кто до этого бил, морил голодом и мучил животное? – Ее сердце сжалось при виде его лица. – Я помню, что ты сделал. Для меня, для Чарли, даже для Лены. Я не забуду подаренные перчатки, и как ты кормил меня, когда я едва не рыдала от голода. Не забуду о людях, о которых ты заботишься. – Ее глаза наполнились слезами. – Мне так жаль. Ты не можешь ее вернуть и в глубине души, вероятно, никогда себя не простишь. Но я вижу в тебе не человека, убившего сестру, а того, кто выбрался из канавы и управляет своей жизнью. Вижу мужчину, создавшего собственную семью, любящего и любимого. Того, кого мне хочется поцеловать. – Онория погладила его по спине. – Того… кому я хочу отдаться.

Блейд издал какой-то полустон, а затем прижал ее к столику спиной к зеркалу. Онория не успела возразить и остановить его. Он завладел ее губами грубо и властно, одновременно поднимая ей юбки.