Стражи Особого Назначения 3 - Катерина Дэй
Завернув за угол, она остановилась. Прижалась спиной к стене, стараясь уловить малейший звук. Страх охватил ее с такой силой, что мысли начали путаться.
— Надо найти укромное место и спрятаться, — тихо прошептала она, испугавшись даже звука собственного голоса. Прикрыв рот рукой, она осторожно осмотрелась. Сердце бешено колотилось в груди. Нужно было идти, но ноги не слушались, словно окаменев.
Сделав глубокий вдох, Лика рванула вперед… и тут же врезалась во что-то твердое.
Все произошло мгновенно, без единого звука — ее схватили и с силой прижали к груди, такой твердой, сильной и теплой.
Она подняла голову, и они долго смотрели друг на друга. Его алый взгляд блестел в темноте, излучая тепло и нежность.
— Слава Богу, — выдохнула Лика, — я верила, что ты найдешь меня, — и всхлипнула, снова прижимаясь к Шакалу.
Шакал все еще не мог поверить, что нашел ее.
Он бросился за ней, с сердцем, стучащим от ужаса где-то в горле, он пробегал туннель за туннелем стараясь услышать не только звуки, но и учуять ее запах. Он даже специально останавливался, втягивал воздух и шел по следу словно гончая, улавливая ее аромат.
И знал — она жива.
Когда он увидел в конце туннельного коридора тень, то почувствовал проблеск надежды. А потом, когда увидел ее, то не смог и слова вымолвить. Он просто бросился к ней и обнял ее.
Шакал смотрел, как тусклый свет от агарного камня в ладони освещает лицо Лики. Он смотрел на царапину на ее щеке. Грязь на лбу. Волосы, взлохмаченные за ее ухом. Лика выглядела измученной.
— Я в порядке, — мягко сказала она. — Просто чтобы ты знал.
Шакал кивнул.
— Нам нужно спрятаться, — и он потянул ее за собой.
Они бросились бежать, и Лика не уступала Шакалу в скорости. Они мчались по очередному туннелю, через очередной проход, еще через один и снова за угол. Она не имела представления, где они находятся… а затем… Шакал замедлил шаг. И, наконец, остановился. Он оглянулся назад и вперед, а затем положил руку на стену.
— Что теперь? — спросила она между выдохами.
Он наклонился и поднял ее на руки.
— Не спорь! — сказал он. — Тебе придется стрелять, если у нас возникнут проблемы. Пусть мои ноги сделают работу за нас обоих.
Одолеваемый одним-единственным желанием спасти ее, Шакал прижимал ее к себе столь крепко, что у Лики перехватило дыхание. Окруженная стеной стальных мышц, она прижималась лицом к его груди. Под щекой гулко билось сердце, а теплый мужской аромат успокаивал.
Шакал ощущал запах крови Лики. Все, что он чувствовал, пока нес ее, — это теплая влага, пропитывающая ее одежду. Все, о чем он думал, — это расстояние, которое нужно преодолеть, чтобы доставить ее в безопасное место.
Он бежал так быстро, как мог, стараясь сильно не трясти Лику, но, судя по тому, как она стонала и напрягалась в его руках, он все равно причинял ей боль. Однако она не опускала арбалет. Пока он бежал по темным коридорам, она держала его наготове и была настороже, наклоняясь вслед за ним на углах, когда он заворачивал, и стойко держась там, где он просто бежал вперед.
Через несколько секунд он ослабил хватку, отстранился и взглянул на нее.
Ее охватило разочарование, когда Шакал отпустил ее и отошел. Лишившись его тепла, Лику затрясло от холода.
Беспокойство в его алых глазах застало ее врасплох. Он наклонился, чтобы их глаза оказались на одном уровне, и обхватил ее лицо ладонями.
— С тобой все в порядке? Я чувствую запах крови. Ты ранена.
— Плечо сильно болит, но жить буду.
Осмотревшись, она судорожно вздохнула.
— Куда нам дальше идти?
Шакал потянул ее за собой, и, привел к узкому расщеплению в стене. Абсолютно черная щель была такой тесной, что сначала они нормально вошли в проход, но потом пришлось повернуться и идти боком до тех пор, пока не перестали пролезать даже плечи в развороте. Здесь пахло плесенью и затхлостью, и Лику охватила внезапная клаустрофобия — благодаря вони, темноте и узкому пространству.
Не имея другой возможности для ориентации в пространстве, она прислушивалась к тихим звукам, что издавал Шакал. Шорох его одежды, едва слышные шаги, скрежет зубов, когда время от времени приходилось протискиваться в постоянно сужавшийся проем, слишком узкий для его плеч.
Шакал не сбавлял темп. Только когда приходилось.
— Остановимся здесь, — тихо сказал он, доставая горсть агарных камней. Мягкий свет позволил Лике разглядеть пещеру. Она была небольшой, с песчаным полом, но выход был только один — тот, через который они вошли. С одной стороны, это было ловушкой, но с другой — ни один ящер или хищник не мог бы пробраться сюда. Место казалось безопасным для короткого отдыха. И Лика расслабилась, ее ноги подкосились, но Шакал поддержал ее. Впрочем, как и всегда.
Он усадил ее у стены, затем снял со спины рюкзак и вытащил бурдюк с водой протянув ей. Лика жадно припала к горлышку и с наслаждением пила воду хоть та и была теплой.
— Давай проверим твое плечо, — сказал он, забирая у нее бурдюк.
Лика кивнула и повернувшись к нему спиной начала стягивать куртку, затем развязала шнурок на рубахе и стянула ее, оголив плечо издав болезненный стон. Как выяснилось, она действительно была ранена в плечо.
Лика почувствовала дыхание Шакала, когда он склонился, чтобы осмотреть рану, и в этот момент ее тело прошила горячая волна.
— Я промою рану, она не глубокая, но ты человек поэтому порез будет долго заживать. Могу предложить для ускорения заживления только один способ, — тихо проговорил он.
— Какой? — заинтригованная произнесла Лика чуть повернув к нему голову.
— Я залижу твою рану, это поможет, во мне часть оборотня-волка, а слюна окажет быстрый заживляющий эффект.
Лика все же обернулась и наткнулась на его удивительный алый взгляд. Шакал излучал спокойствие. Здравомыслие.
— Позволь мне это сделать, — сказал он. — Пожалуйста.
Наступила пауза. Но в итоге Лика решительно кивнула.
— Хорошо, — тихо сказала она и слегка дрожащей рукой перекинула косу через плечо.
Шакал достал чистый лоскут для перевязок, смочил водой и осторожно промыл рану. Когда он наклонился к ее плечу, его глаза сияли, они были настолько яркими и алыми, что Лике казалось, будто она тонет в них. Его глаза… именно то, как они раскрывали его душу, привлекало ее больше всего.
Горячий, влажный язык коснулся ее плеча. Это было слегка странное,
