Ричел Мид - Падший ангел

– Спасибо за поддержку.

– Я имела в виду совсем не это. Просто… у всех нефилимов есть веские причины для гнева. Все их ненавидят и пытаются убить. А этот… Люди тратят тысячи долларов на лечение душевных травм, нанесенных отцами. Представьте себе, какой невроз может развиться за тысячи лет.

– Джорджи, ты предлагаешь устроить семейную встречу?

– Нет, конечно, нет. Хотя… Не знаю. Вы пытались поговорить с ним? Выяснить его намерения? – Я вспомнила фразу Эрика: нефилимы хотят, чтобы их оставили в покое. – Может быть, вы смогли бы найти с ним общий язык.

– Хватит. Наш разговор теряет смысл. – Джером повернулся к Картеру. – Ты не мог бы доставить их домой?

– Я останусь с тобой, – лаконично ответил ангел.

– Ох, ради бога! Я думал, мы обо всем договорились…

– Картер прав, – вмешалась я. – Фаза предупреждения закончилась. Мне больше ничто не грозит.

– Мы не знаем…

– Кроме того, теперь, когда ваши семейные проблемы вышли наружу, Картеру больше не имеет смысла их охранять. Уже слишком поздно. Я устала от своего сторожа. Пусть теперь он сторожит вас, а все мы будем спать спокойно. Даже в том случае, если разразится катастрофа.

– Хорошо сказано! – фыркнул Картер.

Джером продолжал возражать, и мы еще немного поспорили. Решение пришлось принимать Картеру. Джером не имел права ему приказывать. И в самом деле, если бы Картер захотел за ним последовать, демон ничего не смог бы с этим поделать. Они сердились, но не собирались друг с другом воевать.

Картер согласился телепортировать нас обратно, хотя я подозревала, что он делает это только для того, чтобы мы с Коди не могли снова найти обиталище Джерома. Доставив домой вампира, Картер телепортировал меня в мою собственную гостиную, но перед уходом немного задержался.

– Думаю, будет лучше, если я останусь с Джеромом, – сказал он. – Я знаю, что нефилим не может быть сильнее его. И все же происходит что-то странное. Я не убежден, что тебе не угрожает опасность, но то, что происходит с тобой, имеет совсем другую природу. – Он пожал плечами. – Но мне хотелось бы, чтобы Джером согласился принять помощь со стороны. Конечно, не слишком большую.

– Не волнуйтесь, я справлюсь, – заверила я. – Вы же не можете быть повсюду одновременно.

– Ты права. Когда все закончится, придется спросить нефилима, как ему это удается.

– Разве можно задавать вопросы мертвым?

– Смотря кому, – мрачно возразил Картер. – Тебе нельзя. А мне можно. – Он повернулся, собираясь уйти.

– Странно… – медленно начала я. – Неужели Джером действительно кого-то любил? И пал из-за этого?

Картер подарил мне одну из своих усмешек, от которых появились мурашки.

– Джорджина, ангелов заставляет пасть вовсе не любовь. Наоборот, она может оказать на них противоположное влияние.

– И что это значит? Что, если Джером снова кого-то полюбит, он превратится в ангела?

– О нет. Все не так просто. – Увидев мое удивление, он хмыкнул и потрепал меня по плечу. – Береги себя, дочь Лилит. Если понадобится помощь, обращайся.

– Обращусь, – заверила я, и он исчез.

Вообще-то иметь дело с высшими бессмертными было бы нелегко. Джером почувствовал бы, если бы мне причинили вред, но болтать с ним было намного труднее.

Вскоре после этого я легла спать. Усталость оказалась настолько велика, что я совсем не думала о возможности нападения нефилима. Завтра мне предстояла вторая смена, а потом два выходных. Перерыв был необходим.

На следующее утро я проснулась позже обычного. Как ни странно, живая и здоровая. По дороге в магазин я столкнулась с Сетом, который нес ноутбук и был полностью готов к рабочему дню. Воспоминание об уроке танцев заставило меня на время забыть о нефилиме.

– Принесли мою книгу? – спросила я, когда Сет открыл мне дверь.

– Нет. А вы принесли мою рубашку?

– Нет. Кстати, ваша сегодняшняя майка мне нравится. – На ней красовался логотип мюзикла «Отверженные». – Моя любимая песня как раз оттуда.

– Серьезно? – спросил он. – Какая?

– «Мне снился сон».

– Она очень грустная. Ничего удивительного, что вы ни с кем не хотите встречаться.

– А у вас какая самая любимая? – Я спрашивала об этом Романа, но не Сета.

– «Ультрафиолет». Группа «Ю-Ту». Знаете?

Мы подошли к стойке бара. Брюс, уже бывший на месте, стал варить мне мокко, не дожидаясь заказа.

– Я знаю некоторые их песни, но эту не помню. О чем она?

– О любви, конечно. Как все хорошие песни. О том, что любовь не только ранит, но и лечит. Она немножко более оптимистична, чем ваша.

Я вспомнила фразу, сказанную Картером вчера вечером. «Заставляет ангелов пасть вовсе не любовь».

Мы с Сетом сидели и беседовали, теперь это удавалось нам без всякого труда. «Неужели когда-то мы ощущали неловкость? – думала я. – С ним так спокойно…»

Наконец, вспомнив, что нужно приступать к работе, я проверила, пришли ли сотрудники, и направилась к себе в кабинет. Хотелось заглянуть в электронную почту: сегодня у меня было подходящее, настроение для этого. Когда я села в кресло, то увидела слишком хорошо знакомый белый конверт со своим именем.

У меня перехватило дыхание. Избежать радара нефилима так и не удалось. Я вздрогнула, взяла конверт и вскрыла его.

Скучаете по мне? Догадываюсь, что вы были со своими бессмертными друзьями и проверяли, все ли живы и здоровы. И что вели очаровательную личную жизнь, не думая обо мне. Это жестоко, учитывая все, что я для вас делал.

Но, может быть, смертные играют в вашей жизни не меньшую роль, чем бессмертные? Впрочем, смерть человека имеет гораздо меньшее значение. В конце концов, что значат каких-то пятьдесят потерянных лет по сравнению с веками бессмертного? Смертные не стоят внимания, но вы притворяетесь, будто они имеют для вас значение. Однако так ли это? Может быть, они просто являются развлечением для существа, которому несколько веков? А как же ваш бойфренд? Это еще одна игрушка, еще одно хобби для того, чтобы убить время? Значит ли он для вас хоть что-нибудь?

Давайте выясним. Убедите меня в этом. Причем сегодня. Постарайтесь обеспечить его безопасность до конца вашей смены. Вы знаете правила. Держите его в укромных местах, в окружении других людей, и т. д. и т. п. Я буду следить за вами. Убедите меня, что он действительно дорог вам, и я пощажу его. Заставьте меня поверить. Если вы потерпите неудачу или обратитесь к кому-нибудь из ваших бессмертных друзей, ему уже ничто не поможет.

Записка выпала из моих похолодевших рук. Мать твою, это еще что за игра такая? Полная бессмыслица. В одной фразе нефилим требует, чтобы я кого-то спасала, в другой – что это не имеет значения, а в третьей – что вообще никакого спасения нет и быть не может. Глупо мутить воду и нарушать статус-кво только для того, чтобы следить за моими действиями. Я оглянулась и с беспокойством подумала: а вдруг нефилим сейчас здесь? Может быть, этот обиженный отпрыск Джерома стоит рядом и смеется надо мной? Что делать?