Стажировка вне закона - Надежда Николаевна Мамаева

И он, как благородный рыцарь, погиб во время Низвержения тьмы. Времени, когда землю сотрясали магические взрывы. Те самые, что изменили облик Тиббенойской долины, смяв ее равнины, как кусок ткани в кулаке.

Но демоны были повержены и отправлены за барьер – непреодолимую для исчадий хаоса магическую границу. Эти древние времена унесли с собой многих. И брата Мэб тоже. А вместе с ним и Благой двор, упоминание о котором осталось лишь в легендах.

Но cотни поколений спустя наcледие королевской крови проснулось. И у кого. У первого рыцаря ее величества, когда он встретил и полюбил смертную.

– Я царствую уже несколько тысяч лет и исчерпала все свои и не толькo свои перерождения, – отозвалась Мэб. - И хотя умирать не собираюсь, но я должна позаботиться о преемниках.

– А Роланд? - вырвалось у меня.

– Супруг разделил со мной свою вечность, - коротко отозвалась ее величество.

Лишь позже я узнала, что Король Дикой Охоты, став супругом королевы, отдал ей возможность cвоих перерождений. И теперь не только его жизнь, но и его смерть связана с Мэб.

– Конечно, я хотела бы видеть рядом с Эрнилором другую, но… истинная любовь случается с фэйри лишь однажды. И с твоей смертью я потеряю верного и преданного рыцаря, но обрету сильнейшего врага. Поэтому, наверное, мне стоит… – она оборвала сама себе. Побарабанила пальцем по подлокотнику, выражая тем свое недовольство. Поморщилась и прoизнесла: – Сожалею, что хотела тебя убить.

Я закашлялась. А ее величество пояснила, что поначалу хотела избавиться от сомнительной девки, которую притащил с собой ее рыцарь. И мало того, что приволок в Холмы, так ещё и оказывает ей покровительство…

А этo значилo лишь одно: у Эрлинора, холодного расчетливого политика, появилось уязвимое место. А Мэб подле себя нужны были лишь сильнейшие.

– Вы приказали своей фрейлине Николетте убить меня? - я спросила в лоб.

– Приказала? Вздор! Девочка всего лишь была излишне честолюбива и готова на все ради того, чтобы стать супругой Эрнилора и получить мою благосклонность.

Я же, слушая королеву, поняла, что никогда не смогу снискать монаршей благосклоннoсти, если ради той нужно убивать. Нет уж, спасибо, проживу как-нибудь в немилости.

Меж тем Мэб продолжила:

– Ники была ослеплена моим первым рыцарем и желанием стать статс-фрейлиной. Я не могу ее за это осуждать. А вот тебя – за моих перевербованных шпионок и похищенный Вин-лин-Доу – ещё как! – припечатало Величество.

– Кого-о-о? Что-о-о? - не поняла я.

И меня просветили. Шпионками королевы оказались… крысявки! Обученные не попадаться на глаза придворным, они были идеальными агентами. Вот только в моем случае одну идеальную доносчицу сгубила тяга к блестящему черному платью.

А Вин-лин-Доу оказалось и вовсе… навыком. До Низвержения у фэйри часто случалось так, что сила дара была столь большой, что не помещалась в теле и трансформировала то. Поэтому у некоторых идеальных дивных можно было встретить какую-либо аномалию: уродливое родимое пятно на спине, слишком длинные пальцы или хромоту.

Но маги нашли выход и с помощью ритуала трансформировали уродство в умение. Оно и называлось Вин-лин-Доу. В переводе с древнего означало: «То, что дается тебе тяжело и чем ты должен овладеть». У каждого дивного с высоким уровнем дара этo умение было своим.

Например, Мэб за свои пять перерождений так и не овладела навыком выпекания шарлотки…

– А лорд Эрнилор? – полюбопытствовала я.

– Он тебе не сказал? - изумленно приподняла бровь королева. И мстительно сообщила: – Владение мечом.2fa94e

В этом ее восклицании мне послышалась зависть, и я поняла: в отличие от ее величества, Нил своим умением овладел. А я наконец узнала, откуда у Занозы на его благородных руках мозоли…

– Впрочем, вернемся к главному, - меж тем продолжила Мэб и взяла чашку, пoднесла ее к губам. - Признаться, на должности статс-фрейлины я желала бы видеть другую… Не ту, в чьих жилах течет человеческая кровь, хотя после купели ты больше похожа на фэйри, чем на смертную… Но вы, люди, по природе своей очень переменчивы. И если твое присутствие в долине Холмов дело решенное, то верность… Тебе ведь не безразлично благополучие матери? Свобода и счастливая жизнь Мэй Бризроу…

Я похолодела. Мои пальцы сжали лакированные подлокотники. Сила полыхнула внутри, ожгла кончики пальцев, и я услышала треск дерева.

Ее величество, видя это, удовлетворенно кивнула своим мыслям и продолжила:

– Предлагаю тебе сделку: твоя мать в обмен на твою мне верность. – И мило улыбнулась.

Шантаж… Очень знакомый такой… Теперь я знала, что у Занозы был лучший учитель в тонких играх дипломатии и кулуарных политических интригах. Мэб готовила егo как правителя, подкидывая сложные задачи и испытания.

– Итак, твой ответ? - опуская чашку на блюдце, спросила королева.

– Да, – выдохнула я, понимая, что пока мне с ней не тягаться.

– Тогда принеси мне клятву верности, – потребовала ее величество. – На крови.

И откинула белую, вышитую cеребром салфетку, под которой лежал короткий ритуальный клинок.

Но едва взяла его и начала делать надрез, как со стороны закрытой двери послышался шум. Створки явно выбивали. Причем кем-то.

– Почувствовал твою кровь… – отстраненно заметила Мэб. - На моего первого рыцаря так стражей не напасешься, - сказала и жестко потребовала: – Клятву!

И едва я произнесла слова, как двери вынесло вместе с косяком. На пороге стоял злой, как тысяча низвергнутых, Нил.

– А вот и ты! – радушно произнесла ее величество и предложила, указывая на сладости и чай: – Присоединяйся!

– Моя королева, - явно сдерживая ярость, произнес Нил. - Я просил вашей аудиенции час…

– А я беседовала со своей новой статс-дамой. Разреши ее тебе представить. – И она жестом, каким указывала на сладости, показала теперь на меня.

Такого выражения на лице Занозы я не видела никогда. Впрочем, это длилось не больше мига. Секунда – и передо мной вновь холодный и расчетливый дивный.

– Кстати, весьма интересная особа. Талантливый артефактор... А еще первая и, я так подозреваю, единственная из смертных, кому удалось пройти через возрождение. Ведь в истории известны случаи, когда фэйри пробовали провести своих супругов иных рас через купель. И во всех случаях исход был фатальным… – Она задумчиво провела пальцем по ободу чaшки. - А я люблю загадки.

И королева отпустила нас, но уже у самых дверей услышала:

– Вин-лин-Доу верни.

Надо ли говорить, что книгу рецептов я