Диверсантка (СИ) - Лия Шах

в нашей галактике, с такой радостью отзывается на прозвище, данное ему моей дочерью. Я бы полжизни отдал, что бы моя шпионка сейчас была здесь и фыркала, что я самодур. Но путь к этому выглядит несколько иначе, чем жертва с моей стороны. Что бы достичь цели, мне придется забрать множество жизней, и я не тот человек, который посчитает это преградой. Держись, Сластена. Осталось совсем немного.

После того, как выдохлись все великие маги на моем корабле, у руля встал я. Гнев требовал выхода, и все планеты и корабли, стоящие на моем пути я превращал в пепел — магии на это мне хватало. Новое пламя, которым я теперь овладел, не требовало ни кислорода для своего существования, ни веских оснований. Лишь приказ, и горение становилось неизбежным. И подспорьем в этом деле мне стал гигантский радиус контроля дара, который все еще расширялся. Если верить словам моего экипажа, то расти так стремительно он будет до тех пор, пока я не найду Наталью. Либо пока не сдохну от потери контроля над своим огнем.

Так день шел за днем, я почти не ел, я практически не спал, я уже должен был сдохнуть от истощения, но я шел к своей цели. Все отчетливее ощущая свою женщину впереди, я гнал корабль без остановок. И спустя несколько дней я достиг цели. Впереди замаячила планета, ничем не отличающаяся от сотен других, пригодных для жизни, но я знал, что Сластена там. Последние несколько дней было затишье, ее никто не трогал, если не считать постоянного чувства голода, но сейчас с ней что-то происходило. Ее не били, она даже не была связана, но я чувствовал движение. Не зная, что все это значит, я был на пределе, и нервы почти осязаемо звенели натянутой струной, готовые вот-вот порваться и порвать отдачей всех без разбора.

— Подлетаем. — после нескольких дней молчания, сказал я, включив внутреннюю связь, что бы меня услышали все члены экипажа. Разослал всем кораблям указания о полной осаде планеты и сказал ждать дальнейших приказов. Что бы не случилось, мы не должны ее поранить. А ведь это так просто сделать в горячке боя. Бывало и я палил по своим, не сразу разобравшись в свалке боя где кто.

— Ну ты Дьявол! Больше недели тут молча торчал. — присвистнул Кирилл, входя на капитанский мостик. Следом за ним появились и остальные.

— То, что я мог сказать, тебе бы не понравилось. — мрачно усмехнулся я, не отрывая взгляда от приближающейся планеты. — Готовьте платформу. Линкор там посадить будет негде.

— Уже. — кивнула Элиф, подходя ко мне и становясь рядом. — Она здесь?

— Здесь…

В атмосферу я входил, четко ощущая местонахождение моей боевой ведьмы. У нее явно что-то происходило, и через пару минут я увидел, что именно. Она стояла в центре поля, огороженного силовым барьером, а рядом валялось какое-то тело и стоял огромный стометровый змей.

— Так я и думал. — раздался у меня за спиной тихий голос главнокомандующего. — Эта планета называется Вейлин, а твою помощницу привезли на Смертельный аукцион.

— Что за хрень? — не отрывая взгляда от монитора, спросил я.

— Группу рабов продают хозяевам по принципу "кто первый успел, того и раб". Один человек может купить только одного раба. Это элитное зрелище с дорогим товаром, и участвовать в торгах могут лишь богатые люди. Но всегда остается один или несколько рабов без хозяев, и в финале на них устраивается охота. Говорят, что раб может заслужить свободу и награду если останется в живых, но раньше такого не было. На поле не действует магия, кроме магии аукциона, а своими силами еще никто не смог продержаться там хотя бы пять минут и остаться в живых. Ради этого туда и ходят зрители.

— А чего это ты так много знаешь об этом аукционе? — очень подозрительно протянула Эля, упирая руки в бока. — Тоже покупал себе рабыню, да?!

— Нет. — коротко ответил Константин, глядя на нее непроницаемым взглядом. Этот человек мастерски умеет держать лицо в любой ситуации.

— Как "нет", когда "да"! Я чувствую, ты мне врешь! — с истинно женской проницательность произнесла его жена.

— Не вру.

— А откуда тогда знаешь правила торгов?

— Друзья рассказывали.

— У… у тебя нет друзей, врун!

— Были.

— И где они?!

— Умерли?

— Оооочень удобно! Врун…

— Я искренний, как слеза младенца.

Тут уж все повернулись заценить слезу младенца. Двухметровый черноглазый, черноволосый Повелитель смерти меньше всего походил на это человеческое выделение. Оценка его невинного выражения лица, обещающего несогласному с этим утверждением жуткую и мучительную смерть в качестве доказательств собственной чистоты и искренности, была успешно проведена, и все разразились громким смехом. Мне было не до смеха, мы уже подлетали, а значит пора грузиться на платформу.

— Вы со мной? — глухо спросил я, прерывая всеобщее веселье.

— Ну естественно! — всплеснула руками Лия и зверски оскалилась, — Замочим гадов.

Погрузка прошла быстро, и уже через минуту мы спускались на землю с линкора, наблюдая радостно гомонящую толпу, беснующуюся в ожидании скорой расправы змея над людьми. Но я видел то, чего не видели они. Моя ведьма разговаривала с ползучим гадом. Разговаривала мирно и даже дружественно, а я не отрывал взгляда от нее. Выжидающе посмотрев на змея, она кивнула ему в сторону трибун. И через миг, взвившись ввысь, змей ударился о землю, распадаясь множеством змей поменьше, которые шустро двинулись к краю арены.

Кто там чья прелесть, я слушать не стал. Платформа летела слишком медленно на мой взгляд, и я просто спрыгнул с нее. Всего-то метров пять вниз, и уже спустя миг Сластена была в моих руках. Но мать вашу, в каком она была виде! Рваная одежда с чужого плеча, заляпанная кровью и грязью, разбитая губа, и это только из видимого. Что именно скрывает ее одежда, я вполне себе представлял. Черное бешенство стало застилать глаза даже не смотря на вернувшийся стопроцентный контроль над магией. Я хотел убивать и не нашел ни единой причины не делать этого. Черное, как моя злость, пламя вырвалось сплошным потоком, уничтожая оставшихся в живых людей, которые орали и пытались бороться со змеями. Стало немного легче, но я все равно дышал, как будто пытался догнать комету, а сердце стучало так, что казалось пробьет грудную клетку. Живая… Успел.

Я чувствовал ее голод и боль во всем теле, так что дольше стоять здесь не увидел причин. Подхватив свою ведьму на руки, я ужаснулся тому, какая она легкая. Словно призрак. От этой мысли словно ведро льда за шиворот высыпали.