Мамочки, я влюбилась в дракона! - Ника Крылатая

– Подарки будем проверять. Вчера должны были объявить везде радостную новость, – дракон поднялся с дивана и потянулся. – Так что впереди много работы. Да и все равно заняться нечем, покидать дворец мне пока еще нельзя. Прошу, – открыв портал в коридор между спальнями, сделал приглашающий жест. Машуня, кряхтя и продолжая зевать, шагнула в него.

Долгий душ, чтобы проснуться и Машка зависла в гардеробке, рассматривая полки с одеждой. Платье так и не удосужилась заказать, раззява! Серые брюки, бежевый свитер и темно-серые сапожки. Скрутила волосы на затылке и была готова.

Колдун ждал ее в коридоре, сверкая белизной рубашки и золотой вышивкой на темно-зеленом жилете. Любви драконов к жилетам Маша не понимала, но не могла не признать, что этот предмет гардероба им невероятно шел.

– Пойдем, нас ждут на завтрак во дворце, – открыв портал, Асвёр протянул ей руку.

Завтрак был накрыт в той же комнате, где она уже побывала ранее. В этот раз Хэла не было, зато присутствовали Грай, Фроуд, Далия и Хэвард. Удивительно, но к ним вышла и Инга. Искра думала, что та и с постели не встанет в ближайшее время. Счастливых Ингу и Эйнара поздравляли с рождением наследников, о чем уже объявили по всему драконьему царству.

После праздничного завтрака они с колдуном и Эйнаром отправились в специальную комнату, куда приносили подарки.

– Обалдеть! – Машка смотрела на целую гору коробок и коробочек. – И когда успели?

– Еще вчера присылать начали, – скривился Эйнар. – Все проверить и список самых умных мне, – приказал, криво ухмыльнувшись.

– Надеюсь, с прошлого раза они поумнели, – Асвёр потер руки с самым довольным видом.

«Как школьник, придумавший каверзу», – подумала Машка, наблюдая за колдуном. А потом они принялись разбирать подарки. Какие-то одеяльца, игрушки-погремушки, коврики, ткани, браслеты и еще вагон всякого разного. Открыть, проверить десять раз, записать кто и что подарил. Не успевали они разобрать десяток, как приносили еще двадцать. Всё это мероприятие растянулось на два дня. Инге сюда входить строго-настрого было запрещено.

Зато они по вечерам успевали немного поболтать, пока правительница выбирала понравившиеся дары из проверенных. И была такой счастливой, что Маше становилось завидно. Правитель до умопомрачения обожал свою искру и детей.

– Всё, – вечером второго дня объявил колдун. – Можно отдыхать.

– Прекрасно, – Машка потянулась, сидя на стуле. – Я думала, этот поток не закончится.

– Всё заканчивается, – философски заключил Асвёр. – А поскольку с меня сняли наказание, отдыхать мы будет не здесь, – хулигански улыбнулся он.

– А где? – удивилась Маша. Интересно, что задумал? Очень уж вид загадочный.

– Увидишь, – колдун, встав со своего стула, протянул Маше руку. – Давай, тебе понравится! И глаза закрой.

– Где-то я это уже слышала, – медленно проговорила она, всё же вкладывая свои пальцы в ладонь Асвёра. Рывок, шаг куда-то и она открывает глаза: – Ух ты!

У колдуна определенно любовь к балконам. Хотя, возможно, это общая черта всех драконов. Только вот вид, открывающийся с этого балкона, Маше был совсем незнаком.

– Море! – восхищенно воскликнула Маша. Море плескалось внизу, разбиваясь о скалы, и соленые брызги долетали до перил. Волны мягко рокотали, теплый вечер ласково дул в лицо. Здесь было заметно теплее, чем в горах, и звезды казались крупнее.

– Это, конечно, не родовой замок Красных драконов, – Асвёр облокотился на перила и посмотрел на горизонт, – а всего лишь небольшой домик на берегу Южного моря. Но это довольно милое место.

– Очень милое, – поддержала Маша. Хотя дракон малость преуменьшал. Они оказались не на балконе, а на террасе. Стоило обернуться, и увидела трехэтажный коттедж из серого камня, поросшего каким-то плющом. В окнах не горел свет, кажется, они были здесь одни. Перегнувшись через перила, посмотрела вниз: – И что у драконов за любовь гнездиться на скалах?

– Драконы любят высоту, – Асвёр повернул к ней голову. – Мы не можем не летать. Это наша сущность. Как и накопление сокровищ.

– Одним словом – ящеры, – сделала вывод Маша. – А купаться здесь можно?

– Можно, – кивнул Асвёр, – но не сейчас. Чуть позже. Знаешь, – он, сунув руки в карманы брюк, развернулся и уперся бедром в балюстраду, – даже представить себе такого не мог.

– Такого, это какого? – Маша чувствовала, что колдун настроен на серьезный разговор. И, честно говоря, была уверена, что это ей не понравится. Такой серьезный Асвёр её пугал. Еще и смотрит куда угодно, только не на неё. Сразу ладони вспотели и похолодели. Ох, не любит она такие серьезные разговоры.

– Что меня огреет сковородой оранжевое чудовище с разноцветными рожками. Потом это чудовище поселится у меня, будет трепать мне нервы…

– Ах ты! – возмутилась Машка, хотела стукнуть вредного ящера кулаком в плечо, но Асвёр перехватил ее руку за запястье и притянул девушку к себе в объятия.

– Ах я, – весело улыбнулся он, прижимая Машу покрепче. – Влюбился во вредную, строптивую, несдержанную, шумную искорку. Машка, ты просто чудо чудное, – озадаченное лицо девушки заставило улыбаться еще шире. Чмокнув её в нос, продолжил: – Ты просто потрясающе умеешь переворачивать всё с ног на голову. Ты веселая, забавная, а порой даже милая. Да я к твоим волосами привык, – подняв руку, он распустил пучок, в который она собирала волосы, чтобы не мешали, и пропустил пряди, сверкнувшие в лунном свете, сквозь пальцы. – Это же просто как драгоценные камни перебирать.

– Да ты дракон! – фыркнула Машка.

– Дааа, – довольно ответил Асвёр. – А ты моё сокровище. И драконы за своими сокровищами очень внимательно следят.

– Ужас какой, – притворно ужаснулась Маша. Щеки заливала краска. Это вот вредный ящер ей в любви, что ли, объясняется.

– Ну, не такой уж и ужас, – теперь Асвёр смотрел ей глаза. В зеленой радужке вспыхивали золотистые искорки, тут же поглощаемые черным туманом. Она могла только завороженно наблюдать, не в силах отвести взгляд. – Гораздо ужаснее скучная жизнь, полная обязанностей, когда всё расписано и предрешено. И я чуть не упустил свою искорку. Я думал, с ума сойду на том склоне, пока тебя не нашел. Не нужны мне «сердца дракона», у меня теперь свое есть. Личное.

– Ты мне что, в любви признаешься? – Маша была уверена, что её щеки уже цветом как свекла.

– Признаюсь, – кивнул Асвёр. – Как умею, так и признаюсь. Между прочим, я это делаю первый раз!

– Для первого раза у тебя неплохо получается, – улыбнулась Маша.

– Утешила, – хмыкнул колдун. Вдруг отпустил её и отошел на шаг. Поднял руку ладонью вверх. – Мария, искра, дарованная Создателем, согласна ли стать женой любящего тебя всем сердцем ночного дракона, – пока он говорил, на ладони формировалось широкое кольцо из черного тумана, в котором вспыхивали зеленые молнии.

– Ох, как официально, – проговорила Маша,