Унесенные Ненавистью (СИ) - Цеханович Василина

— Вы…, - чувствую, как после такого обращения рука Викрама сильнее сжимается на моем бедре, и тут же исправляюсь. — Ты видел это предсказание? Читал?

— Какая же ты любопытность, моя Ани, — архимаг хитро улыбается, и мне хочется надуть губы, но сдерживаюсь, боясь, что мужчина прекратит рассказывать.

— Да видел. В предсказании сказано: "…победившая в сто первом королевском отборе станет самой сильной провидицей из всех, кто когда-либо владел даром видеть будущее. Она положит конец войне между двумя вечно враждующими королевствами и принесет Корнуольскому королевству победу. Она будет происходить из могущественного рода и имя этого рода, скорее всего, начинается на букву "С". Сейчас на отборе таких девушек четыре: Вита и Ритория Силвер, Пиаштри Сиран и Анна Саттэр.

— Род Сиран теперь Нейвер? — уточняю и, получив утвердительный кивок, начинаю хмуриться. Не совсем понимаю, зачем Викрам рассказывает мне именно о предсказании. Это же тайна! Или Силвер, или Сиран или Саттэр…

— Но Вита Силвер не видит будущее! Она в заговоре с Этнаном Туром, который хочет сделать ее королевой и влиять благодаря этому на Корнуольское королевство!

— Все верно, — соглашается архимаг. — Я уже некоторое время подозревал Виту. За ней следили, вот только до сих пор весомых доказательств нет. Поэтому она на свободе и продолжает участвовать в отборе. Принц не выберет ее. Можешь считать, что она теперь своего рода наживка.

— То есть Вита пройдет дальше?

— Да, — подтверждает мою догадку архимаг. — Ей придется дойти почти до конца.

— А что стало с ришцами? Ходят слухи, они вернулись обратно в свое королевство.

— Ну если назвать нашу тюрьму "Ришским королевством", то пожалуй да, — с иронией произносит архимаг, пока его руки творят немыслимые вещи с моим телом.

— Я серьезно! — пытаюсь удержать лицо, пока плавлюсь из-за дразнящих ласк.

— Я тоже, — Викрам снисходительно улыбается, хотя мы обсуждаем сейчас очень важные вещи.

— Этнан Тур в тюрьме?

— Да. Он опасен, и я бы предпочел видеть его мертвым, нежели живым, но король Амир распорядился сохранить ему жизнь до конца отбора. Мы будем делать все, чтобы в Ришском королевстве ничего не узнали.

— Но у них есть провидец!

— Который не всемогущ. Будущее самоизменяющаяся материя. На него можно влиять.

— Я так не считаю, — тихо произнесла в ответ. — Нельзя играть с судьбой. Говорят в этом проклятье провидцев. Они знают, что случится, но не всегда могут это изменить.

— Откуда такие познания? — поинтересовался Викрам и кажется слегка напрягся.

— От бабушки. Ты думаешь, я для этого понадобилась ришцам?

— Не всем. Для Этнана Тура ты оказалась помехой, а вот Ирасу Грегстону похоже был отдан четкий приказ похитить тебя и увезти.

— Кто он такой этот Ирас Грегстон?

— Загадочная фигура. Если бы ты не рассказала, что видела его своими глазами, он бы до сих пор считался вымыслом. Сильный маг. Они с Этнаном Туром не ладят, и каждый старается перетянуть короля Тристана на свою сторону.

— Но зачем похищать меня?

— Велика вероятность, что провидицей в предсказании окажешься ты Ани.

— Но после всего, — тут краснею и ерзаю из-за смущения, но меня сразу же обнимают сильнее, перекрывая пути к отступлению, — я не чувствую изменений, не вижу будущее. К тому же есть еще Пиаштри Нейвер. Не говоря уже о Ритории Силвер.

Имя старшей из двух сестер всколыхнуло погасшую было в груди ревность.

— Ритория не прошла последнее испытание, а оно очень важно. Девушка без предрасположенности к видениям никогда не сможет самостоятельно покинуть дом, где обитает неприкаянный дух. Так написано у Пиления. А насчет тебя Ани, кажется, провидец ришцев ошибся. Такое бывает. Но они хорошо подготовились. Если бы не буря, ты была бы уже по ту сторону границы.

— И ты бы не успел меня спасти.

— Я бы пошел за тобой даже в иной мир, — вдруг жарко прошептал Викрам, резко дергая и укладывая поверх себя.

— Все так просто, — стараюсь не обращать внимания, когда карие глаза начинают лихорадочно блестеть и где-то чуть ниже живота в меня уже упирается твердое.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— На самом деле полученная информация — кропотливая работа нескольких боевых магов. Сбор улик, аналитика… Поверь, узнать все это оказалось достаточно сложно.

— И что теперь? — спрашиваю, затаив дыхание.

Что будет с нами? Надо бы рассказать Викраму про короля Амира, но не решаюсь. Близость любимого мужчины отвлекает, и вот уже ощущаю, как его ловкие пальцы распутывают шнуровку на платье.

— Викрам! — чуть вскрикиваю, но мои губы тут же накрывает алчный поцелуй, такой страстный, ненасытный, дерзкий.

— А теперь плата за информацию Ани. Аванса мне не достаточно. Тебе не говорили, что в этой жизни нужно за все платить?

— Что ты хо….аааа, — громко стону, когда руки Викрама начинают скользить по моим ягодицам, чувственно сжимая их. Язык мужчины тут же властно врывается в мой рот и во всю хозяйничает, лаская бесстыдно и откровенно.

Дальше не помню себя. Остаюсь совершенно обнаженной при свете магических шаров. Викрам жадно рассматривает каждую клеточку моего тела, исследует, а затем заставляет лечь на живот. Контраст от прохладного атласа и горячих рук на спине, которые начинают неторопливо поглаживать, мять и расслаблять, заставляет постанывать от удовольствия. Требовательные губы поцелуями прокладывают дорожку от изгиба шеи до ягодиц. Ахаю, когда мужчина чуть прикусывает зубами кожу, а потом его руки продолжают этот массаж на грани приличия.

Не узнаю себя. Просто сдаюсь Викраму и наслаждаюсь минутами долгожданной близости. Тело расслабляется. Сильные пальцы разминают напряженные плечи, растирают ноющие мышцы, а затем сильные руки собственнически обхватывают за талию и заставляют чуть приподняться. Я оказываюсь на четвереньках вся в предвкушении и знаю, что последует дальше. Медленное осторожное проникновение, резкий толчок, который выбивает стон, а затем и громкие непрекращающиеся крики. Викрам заполняет меня полностью, заставляя мелко подрагивать от разливающегося внутри жара. Мои пальцы комкают атласное покрывало, волосы рассыпаются и падают на лицо. Тело покрывается бисеринками пота, а в меня продолжает врываться словно завоеватель мой ненасытный мужчина. В этот раз нет боли, только наслаждение. Плотно обхватываю его изнутри, заставляя срываться на отрывистые стоны. Напряжение нарастает, хочется еще и еще. Подстраиваюсь под ритм и когда Викрам дразня останавливается, сама подаюсь назад, продолжая насаживаться на то, что вызывает в моем теле зуд удовольствия.

— Моя нетерпеливая девочка, — жарко произносит архимаг, но его голос предательски срывается и переходит в рык.

Кажется, мы обезумели. Оба.

— Мой Викрам, — практически кричу я, стараясь стать еще ближе, слиться с ним в одно целое и разделить блаженство.

Все заканчивается сладко и внезапно. После мы лежим крепко обнявшись, и я вожу руками по обнаженному мужчине, исследую его тело, твердые мышцы, плоский живот, дальше, ниже и… Мою руку перехватывают в самый интересный момент. Поднимаю обиженный взгляд на Викрама, но вместо усмешки в карих глазах разгорается пожар. Вновь тонем в поцелуе, касаниях, ощущениях. Буквально катаемся по кровати, сплетясь в клубок из обнаженных, горячих тел. То Викрам сверху, то я. Долгожданное проникновение и наполненность. Уже нет стыда или стеснения. Растворяюсь в охватившей страсти и гибну в ней вместе с моим архимагом. Как же жарко, горячо и порочно… хотя нет, все правильно. Отдать себя любимому — это правильно.

Крики, рычание, скрип кровати. Резкие толчки, которые ускоряются с каждой минутой и возводят на вершину блаженства. Викрама лихорадит, как и меня. До чего же сладко осознавать, что твой мужчина не в состоянии себя контролировать. Архимаг шепчет "Ани" и не в силах остановиться. Это и правда какое-то наваждение. Разве может, может быть так хорошо?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Мы снова разделяем взрыв на двоих. После хочется полежать в объятиях любимого мужчины, ведь эта ночь принадлежит нам двоим. Но все меняется. Викрам нехотя уходит, когда получает магический вестник. Он выглядит каким-то напряженным, и плохое предчувствие терзает меня. Прощальный поцелуй и я остаюсь один на один со своими мыслями. Странно, что вообще могу еще думать. Сегодняшняя ночь была похожа на фейерверк. Прикрыла глаза и улыбнулась. Как же сильно я люблю этого мужчину.