Александр Бромов - Высшее образование по-демонически

— Можно подумать, — Маярт задумчиво побарабанил пальцами по столу, — Идея неплохая. Сах, попробуй разобраться с этим их ритуалом. Вон там помощь сидит, — он кивнул на Ласайенту, — Но я вас умоляю, аккуратно!

После заседания Эдингер придержал герцога за рукав.

— У меня к тебе вопрос на размышление, — тихо произнес он, отводя его в сторону, — Все в триаде обладает одинаковыми качествами. Так?

Ашурт кивнул, сразу поняв, куда клонит дракон.

— Вот и скажи мне, как так получилось, что они телепаты, а ты нет?

Сантилли пожал плечами:

— Может, богами так было задумано?

Ин Чу внимательно проводил глазами ашурта. Не хочешь говорить? А ведь ты был готов к вопросу, мой дорогой, и ушел в сторону. Почему?

— Сах, — позвал он ийет, — как определить телепата, особенно скрытого?

Тот удивился:

— Зачем тебе?

— Я бы на твоем месте присмотрелся к другу внимательнее, — дракон кивнул на герцога.

Ийет снисходительно фыркнул:

— Нет там ничего, — и пояснил, — Сантилли просил заблокировать, если проявится нечто подобное, но, увы и ах, — маг развел руками, — Зато военный талант все перекрыл. Он как никто чувствует противника, словно мысли читает, — Сах наставил растопыренные пальцы на лицо дракона, пошевелил ими, и, прищурив глаза, замогильным голосом провыл, — И никуда ты не спрячешься.

Эдингер недовольно поморщился, отбив руку юноши:

— Ты сказки не пробовал рассказывать?

Ийет, резко став серьезным, поднял раскрытую ладонь и прямо посмотрел дракону в глаза:

— Слово, — и добавил, — Не трогай его. Он обладает большой силой внушения и как никто другой чувствует угрозу. И не всегда у него есть настроение разбираться, что к чему.

— Учтем, — Эдингер кивнул на прощание.

Ийет давно ушел, а дракон все стоял и не мог стряхнуть воспоминания о старом кровавом вечере. Большая сила внушения. Он горько усмехнулся: мягко сказано, что большая. Мягко сказано.

Как упоительно было бродить в одиночестве по улицам города, по которым он тоже ходил, прикасаться к шершавым парапетам, к которым он тоже прикасался, смотреть, как и он на реку, замурованную в каменные берега, дышать тем же воздухом, что и он.

Да, сбежала. И что? Она же оставила брату записку, чтоб не волновался. Может быть, и совсем не заметит? Элерин хихикнула и оглянулась, но люди не обратили внимания на смешливую девушку. Странный суетливый город с хмурыми неприветливыми людьми. Каждый занят собой и только собой. Глупые, она подняла лицо к пасмурному осеннему небу, весь мир вокруг, а они бегут куда-то, уткнувшись под ноги, и ничегошеньки вокруг себя не замечают.

Девушка замерзла и зашла в небольшой магазинчик, чтобы согреться. Магазинчик оказался специализированным: халаты, тапочки, губки, какие-то мягкие шапочки, покрывала. Она бродила от полки к полке и случайно увидела банное полотенце, лежащее на самом верху мягкой разноцветной стопки. Оно было большим и красивым: черное с белым английским гербом и непонятной надписью готическими буквами на русском языке. Пушистое, мягкое. Ийет полотенце понравилось, и она решила подарить его ашурту. Просто так. Но подумав немного, решила, что его друг может обидеться, или, что хуже, что-то заподозрить. А расставаться с тайной не хотелось. Пусть они любят, женятся, заводят детей, а она будет с легкой грустью следить, как идут у них дела. Нет, нельзя, чтобы они все поняли, и девушка решительно потянула второе полотенце. Синее. Сах говорил, что Лас любит море. Значит, будет напоминать.

Сантилли, не сказать, чтобы сильно, но удивился, когда неожиданно нагрянувшая в гости девушка, смущаясь, протянула ему яркий сверток. Поглядывая на нее, демон начал его разворачивать, и в его руки выпало нечто пушистое и приятное на ощупь. Но вот что герцог терпеть не мог, так это черный цвет, напоминающий о годах плена, стараясь всячески его избегать.

И тут, как назло сестру нашел рассерженный брат. Сах мрачно окинул беглянку испепеляющим взглядом и плюхнулся на диван, раскидав по спинке руки и закинув ногу на ногу. А вот не будет она ничего ему объяснять!

Ашурт скептически разглядел герб, перевернул полотенце и громко прочитал: «член», а затем и перевел, выразительно посмотрев на заливающуюся краской девушку. Будь на ее месте он сам, то уже нашел бы как минимум три выхода из этого щекотливого положения, и уж в любом бы случае не стал бы так ярко краснеть. Хотя, румянец императрице к лицу, если сбавить насыщенность. Красивая девчонка. И глаза очень выразительные. Герцог постарался быстро отбросить лишние мысли, потому что Лас начал сдержанно подхрюкивать, закрыв лицо ладонями. У Сах Ира брови поменяли высоту, и он озадаченно посмотрел на сестру.

— Я так полагаю, что… кхм… член — это…, - начал Сантилли, но тут йёвалли потянул полотенце, заставляя его полностью развернуться.

— Ты — не просто…, а королевского клуба. Почетно, — Лас увернулся от подзатыльника и стремительно рванул с вертящегося стула, на котором сидел, но зацепился за ножку и с грохотом и хохотом упал на пол.

— Я никому не скажу, — захлебываясь в смехе, еле выговорил он, закрываясь руками, — Санти, я буду нем как рыба.

Герцог еще попинал его ногой, но потом решил помиловать.

— Значит, член… хм… королевский. Оптимистично немного, но пойдет. Спасибо милая, — Сантилли иронично поглядел на багровую ийет.

— Дай сюда, — буркнула она, попыталась выхватить злополучный подарок, но ашурт ловко убрал его за спину, погрозив ей пальцем и многозначительно поцокав языком.

Когда девушка с досадой выскочила за дверь, вслед ей грянул дружный мужской хохот. Сах, вытирая выступившие от смеха слезы, бросился догонять сестру, а йёвалли, сидя на полу, распечатал оставленный девушкой сверток, логично рассудив, что одним ашуртом она не ограничилась.

— У меня красивее, — похвастался он, показывая другу синее полотнище с похожим рисунком.

— И ты такой же, — герцог шлепнул его по голове свернутым полотенцем, — Надо извиниться. Не красиво как-то…, - тут демоны переглянулись и снова согнулись от хохота.

Сах догнал сестру у выхода из секции и пристроился рядом.

— В следующий раз спрашивай совета у тех, кто может их дать, — стараясь быть серьезным, посоветовал он.

Сестру было жалко, но стоило вспомнить выражение лица ашурта, и хоть самому закапывайся, пока его не прибили за рвущийся на свободу смех.

— Там нечего знать! — в запале выкрикнула Элерин, сбегая по лестнице, и сразу сбавила тон, — Он… он…, - девушка остановилась и топнула ногой, — Зубоскал, вот он кто! Вечно у него….

— Эле, у него жизнь тоже была не сахар, — попробовал урезонить ее Сах, — Я бы на его месте себе кровь пустил, а он смеется.