Розмари Клемент-Мур - Техасские ведьмы

Миссис Маккаллох кивнула.

- С Дэном произошел несчастный случай, и Бен вернулся домой из колледжа, чтобы помочь. А месяц спустя мой муж скончался, и... боюсь, это к лучшему. Он сильно пострадал.

То, что она не стала вдаваться в печальные подробности, лишь подчеркивало всю глубину трагедии. Могу себе представить, что бы я чувствовала, случись нечто подобное с моим отцом, а ведь мы даже не близки.

Дедушку Мака я заметила под сенью громадного дуба – со стволом метра три в обхвате да несколькими столбиками, что удерживали ветви от соприкосновения с землей.

- Эй! – едва меня заметив, окликнул старик. – Ты ведь девочка Гуднайт?

Я помахала рукой, а миссис Маккаллох, судя по всему, очень удивилась. Дедушка Мак спрашивал обо мне, но она наверняка не ожидала, что тот узнает меня в лицо.

- Здравствуйте, Мак, – поздоровалась она преувеличенно жизнерадостно, как обычно говорят со стариками и немощными людьми. – Вам здесь нравится?

Мак Маккаллох сердито посмотрел на сноху и пожаловался:

- Высший класс. Но лучше бы эта рукодельница разрешила мне выпить пива.

И ткнул пальцем в сторону испанки средних лет, сидящей за столом напротив. Та, продолжая ловко вязать, ответила:

- Дедушка Мак, пиво плохо сочетается с лекарствами.

- Миссис Альварес помогает присматривать за дедушкой Маком, – представила «няньку» миссис Маккаллох.

Старик фыркнул:

- Держит меня на коротком поводке.

Ну, похоже, не на таком уж и коротком, раз он умудрился прискакать ко мне верхом.

Рукой, такой же шишковатой и потрепанной, как и дуб, он отстукивал в одном ритме с группой.

- Тебе нравится вечеринка? Музыка вполне приличная. Мой мальчик Дэн – замечательный гитарист.

Мать Бена слегка напряглась и поправила:

- Это не Дэн, Мак, это друзья Бена.

На лице старика промелькнуло недоумение, быстро сменившись раздражением и смущением.

- Я знаю.

Фин, до сего момента, как ни странно, помалкивающая, быстро сменила неловкую тему:

- Мы тоже друзья Бена. С Ами вы уже знакомы, а я – Фин Гуднайт.

Старик усмехнулся, вдруг воспряв духом:

- Мне всегда нравилась эта фамилия, так просто запомнить. – Мак сначала помурлыкал себе под нос, а потом запел приятным баритоном, слегка сиплым, как скрип старой кожи: – «По пути Гуднайта, в поисках любви…»

Мак затянул куплет и припев старой песни о тропе скотоводов под названием «Гуднайт». Это, конечно, совпадение, но приятно послушать такую серенаду. Миссис Маккаллох хотела прервать свекра, но Фин подвинула стул и села, а я последовала ее примеру.

Дедушка Мак закончил на пронзительной долгой ноте, которую заглушила музыка группы. Минуту он сидел и постепенно перестал улыбаться.

- Какого черта я помню все слова этой песни, но забыл, что сегодня ел на завтрак?

Я посмотрела на Фин, которая тоже не знала, что делать. На мгновение я увидела ее страх и сочувствие. У всех нас есть свои личные кошмары.

Дедушка Мак снова сменил тему и добродушно спросил:

- Ну так что, как поживает ваша тетя? Она все еще морочит Берту голову? Ему удалось уговорить ее выйти за него замуж?

Фин без запинки ответила:

- Да, ему удалось. Они были счастливы вместе больше тридцати лет.

- Замечательно. – Мак кивнул, погружаясь в счастливые воспоминания. – Знаете, мы ведь с Бертом учились в одной школе.

- Да неужели? – заинтересовалась Фин.

- Да, точно, в маленькой школе в Барнетте. Пара комнат и учитель с лицом кислым, как лимон. – Мак озорно рассмеялся, с удовольствием вспоминая прошлое. – Мы тогда устраивали скачки наперегонки от его дома до моего. Это было запрещено, потому что нам приходилось пересекать землю Келли.

Ну что за удивительное совпадение: разговор перешел на земельную собственность.

- А почему запрещено? – спросила я, надеясь, что мне повезет и Мак заговорит о призраке.

- Из-за контрабанды спиртных напитков, которой занималась семейка Келли. Прятали выпивку в пещерах в холмах. Они и глазом бы не моргнули, подстрелив Маккаллоха за нарушение границ частной собственности. Знаете, они ведь застрелили моего брата.

Я с тревогой посмотрела на миссис Маккаллох. Она поцокала языком и твердо напомнила:

- Мак, ваш брат умер в Корее, его пристрелили северные корейцы, а не Джон Келли.

- Я помню, – ответил дедушка Мак, но на этот раз явно только для того, чтобы успокоить родственницу. Наклонившись, он громко прошептал: – Дед Келли от того пойла… – и, показав соответствующий жест, продолжил: – …что они гнали, потерял рассудок. Никогда не доверяй Келли.

Миссис Маккаллох раздраженно вздохнула, будто уже не раз слышала эту песню.

- Мак, сейчас все в прошлом. Джим Келли теперь помощник шерифа, а его сын Джо – школьный друг Бена.

Мак расхохотался.

- Нет, никакой он не друг! Пусть я и не помню, что ел сегодня на завтрак, но не забыл, кто впервые подбил глаз моему внуку, – с гордостью заметил он, а затем, посмотрев на нас с Фин, лукаво уточнил: – Так кто из вас с ним встречается?

- Ами, – ответила Фин.

- Ничего подобного!

Дедушка Мак рассмеялся:

- Я обязательно расскажу тебе о том, как в детстве Бен мечтал стать космонавтом.

- Это не Бен, Мак, а Дэн.

- Не перебивай!

Старик раскраснелся от гнева, и я растерялась. Постепенно он успокоился, но утратил ясность мышления, словно… наступило легкое помутнение рассудка, даже когда Мак снова поймал нить разговора.

- Могло быть и хуже, – произнес он немного нечетко и, наклонившись, похлопал меня по коленке. – Да, он серьезный парень и немного ворчливый. Но я помню, как он вернулся с танцев. Как же это называлось? В твоем колледже… встреча пирогов…

Я озадаченно посмотрела на миссис Маккаллох. Она прижала ладонь к губам, а кончик ее носа покраснел.

- Рождественская встреча братства Альфа Дельта Пи.

- Точно! – Мак усмехнулся, погрузившись в прошлое. – Дэн пришел домой и сказал: «Папа, я встретил свою будущую жену». Я тогда утверждал, что он сошел с ума. Студентка колледжа в жизни не захочет жить на ранчо, готовить похлебку для работников и отстирывать навоз с носков. Но он все сделал по-своему. Как всегда.

Глаза миссис Маккаллох затуманились от воспоминаний и наполнились горько-сладкой нежностью к свекру. Она положила руку на плечо старику и сказала:

- Я тоже была очень счастлива с вашим сыном.

Мак улыбнулся с отеческим добродушием, от которого мое сердце екнуло. И тут до него дошло, что сноха говорит о прошлом, и на мгновение он понурился от горя, такого свежего и острого, будто ему только что сообщили о смерти сына.

Я не знала, что делать, и в панике посмотрела на Фин. Она, казалось, с самого начала нашла со стариком общий язык.