Как свести с ума дракона, или Разговоры за чашечкой чая - Валентина Игоревна Колесникова

Наблюдая за тем, как наемники быстро исчезают в лесной чаще, я высказал то, что думали и все остальные:

— За мной тоже охотится, именно охотятся, а не используют в своих целях, не только за Марфой. Ведьма сидела в Антарине, я в деревне. С ущельем меня Ольга связывает, там я ей грибочки продавал, а так в ближайшие земли я больше не летал…

— Мне кажется, что вы оба нужны врагу, — заметил Вемир, — вот только тебя, Лексей, найти смогли, а Марфу нет. Ты раньше времени проснулся, это решили использовать в своих целях. Драконы ведь всегда слово свое держат, враг понимал, что ты придешь обратно в деревню и Марфу скорее всего с собой приведешь или на разборки, или на поклон…

— И так понятно, что нас ждут, — Марфа в отличие от меня казалось вообще не волновалась, она так и продолжала сохранять холодность во взгляде, — вопрос остается все тот же — что им от нас надо? Зачем нужен именно Лексей? И почему вместе с ним нужна я? Мы никак не связаны, никто не знал, что именно он мне помог в детстве.

— Получается, что если мы с тобой уйдем, то и демоны последуют за нами, — меня внезапно осенило, — мы можем скрыться на время в безлюдной местности, куда даже демоны не доберутся.

— Нет, Лексей, — ведьма покачала головой, — они везде путь найдут, нет смысла оттягивать неизбежное, нам нужно все выяснить как можно скорее, потому что помимо нашей с тобой непонятной связи, меня волнует и мое происхождение.

— Может тут дело и не в происхождении твоей силы, — Амон устало зевнул, собираясь лечь под деревом, — в любом случае, сейчас нет смысла гадать. Все равно верного ответа не получим, так что спите, глупцы, завтра тяжелый день…

На небе уже давно сияла луна. Я пристально разглядывал черное, непроглядное небо, в котором иногда мелькали смутные очертания темным, таких же черных как сама ночь облаков. В такое время лес оживал, возникала атмосфера таинственности и загадочности, мимо пробегали мелкие мышки, жаждущие оторвать кусок от наших запасов, но совершить сей пагубный акт им мешали совы. Множество ярких желтых глаз блестели азартом охоты, замерев на толстых ветках. Я видел их резкие повороты головой, как наполняется жаром мышцы, как птица принимает решение — сейчас, и тут же кидается вниз, выпустив перед собой когти и раскрыв широкие крылья.

Костер почти погас, шел лишь легкий дымок. Лошади мирно спали, Амон постоянно ворочался во сне и что-то бурчал себе под нос. Колдун окончательно запутался в волосах, поедая несколько своих прядей и в таком виде ну никак не походил на архимага Антарина, хотя я сам прекрасно знаю, что его магия сильна, хоть и своеобразна.

В отличие от всей нашей компании единственным, кто спал среди деревьев был Деян. Он как истинный представитель своего вида залез на высокий дуб, спрятался среди ветвей и я видел, как рука его мирно покачивалась в такт дыханию, а по подбородку текла тонкая слюнка. Благодаря острым и довольно длинным ушам, что было не совсем типично для местных эльфов, он выглядел до ужаса мило. И как на такое недочудо можно руку поднять во время боя? Да ему стоит просто глазками похлопать, ресницами взмахнуть, девушкой прикинуться и все — все мужики его! Несколько больших сов с интересом разглядывали странного гостя, потом окончательно потеряли страх и приняли решение, что из эльфа получится хороший насест…

— Не спишь? — я повернулся на голос и увидел пронзительный взгляд Марфы. Стоило нам встретиться, я неожиданно для себя замер, сердце тут же кольнуло, забилось сильнее и по всему телу пошел холодный пот. Не-ет… Да не может этого быть…

— Не могу, — так же тихо ответил я и мы продолжили смотреть друг на друга. Я не понимаю, что творится в ее голове, одна сплошная тайна, покрытая коркой льда, сияющей в глазах.

— Лексей, — на этот раз ее шепот стал походить на шелест опавшей листвы, — спасибо, что помог мне в детстве. Ты изменил мою жизнь.

— Сложно было в Антарине? — я не видел смысла в благодарности, так как прекрасно понимал, что академия магии — это своего рода школа жизни.

— Думаю да, — девушка слегка нахмурилась, приподнялась с покрывала и пододвинулась ближе к костру. Ну да, это же я дракон, мне всегда тепло… Пустив тонкую струю пламени, я вновь разжег костер, позволив ведьме насладиться теплом, — мне сложно сказать, потому что я просто делала то, что от меня требовалось и очень хотела остаться.

— Были те, кто погиб во время испытаний?

— Да, — ведьма слегка кивнула, но продолжила говорить тихо, — многие не выдержали еще на первом курсе и ушли, но были те, кто пытался побороть свой страх. Проблема заключалась в том, что их тела цепенели, стоило встретиться лицом к лицу с опасностью, но это конечно не касалось тех, кто был на теоретических факультетах. Если обобщить, то ради звания мага-практика нужно пройти соответствующую школу.

— Может ты и права, но разве это нормально? Вы учились в академии, где за вами велся надзор. Где были кураторы-маги, когда бедные ребята цепенели и умирали?

— Умирали вместе с ними, — теперь понятно, почему эта девушка настолько холодная, — нежить в наших лесах водится разнообразная. Та, что была приготовлена к тренировкам не боролась на полную свою мощь просто потому, что устала, а вот те особи, что на свободе — вот они убивают не задумываясь и в такие моменты очень важна сплочённость команды и ее подготовка. Мы знали, на что шли, хоть и не сразу это поняли. В любом случае, другой такой академии нет, так что выбор не велик.

— Ты могла пойти в лекари или травники, на худой конец зельеварение тебе чем не понравилось? А как же помощь раненым домашним тварям? Звереводы сейчас очень нужны.

— Я чувствовала, что мне нужно идти к драконоборцам, сложно описать словами, но я не видела себя ни в какой другой роли. Тебе это слушать неприятно, но извиняться я не стану. Я себя не изменю. Если дракон сходит с ума, моя задача его устранить.

Сошедший с ума дракон становится угрозой и для остальных сородичей, тут я даже спорить не хотел, но проблема заключалась в другом — в применении силы против тех, кто этого не заслужил.

— Ты сама выбираешь каким именно магом тебе быть, — тихо заметил я, осознав, что мы каким-то образом сидим с Марфой непростительно близко, — надеюсь,