Шип и хаос. Факультет отверженных (СИ) - Иванна Осипова

услышала, что кто-то деликатно, но настойчиво пытается достучаться до декана у дверей.

— Я посмотрю, — поцеловав меня, Гас поднялся и набросил халат.

Взъерошенный, немного сонный, в халате на голое тело Гастон выглядел забавно и мило. Я хихикнула и спрятала лицо, уткнувшись в подушку. Меня разморило от удовольствия и внезапного счастья, совсем не хотелось шевелиться или о чём-то беспокоиться. Уверена, что Гастон быстро разрешит все вопросы.

В спальне мне хорошо были слышны приглушённые голоса. Один — взволнованный и осторожный — принадлежал Урсе.

— Гас, прости, но… Кирстен пропала. Похоже, она не ночевала в общей спальне.

— Я знаю, где Кирстен, — ответил Эссар. — Всё хорошо. — Он замолчал на пару мгновений и добавил: — Принеси её одежду.

Мне почудилось смущение в тоне Гастона. Может декан ещё и покраснел?

Урса воскликнула:

— Ох, Гас! Рада, что ты образумился.

Я услышала короткий смех наставницы, звук закрывающейся двери. Появление Урсы направило мои мысли совсем в иное русло. Осознание случившегося между мной и Эссаром накрыло тревогой и сомнениями.

Что нас ждёт в будущем? Как поступит Гас, получив желаемое? Кто я для него? И следующая пугающая мысль: не зачали ли мы ребёнка?! Неужели история мамы так ничему меня не научила?!

Поднимаясь в кабинет декана, я и не думала о последствиях. Ещё меньше я о них размышляла, когда мы жарко любили друг друга. Потеряла голову и осторожность. Что же будет?!

Гастон вернулся, а я успела натянуть одеяло до самого носа и подглядывала за любимым из укрытия.

— Урса скоро вернётся с одеждой, — сообщил он, присев на край кровати, навис надо мной. — От кого спрятался мой Дикий шип?

С очаровательной улыбкой Гастон потянул за край одеяла, постепенно лишая меня незамысловатой защиты от реальности. Гас ласкал меня взглядом, — невозможно поверить, что когда-то я считала его бесчувственным и холодным. Горячий в любви, нежный и понимающий — таким оказался Гастон Эссар.

Одеяло сползло до бёдер, и я быстро положила руку на свой обнажённый живот.

— Гас, — жалобно протянула я. — Мы кое о чём забыли.

— О чём же? — он искренне удивился, улыбка так и не сходила с лица Эссара.

Его безмятежность и уверенность придали мне сил.

— Зоуи говорила, что у магов хаоса есть одно заклинание. — Я покраснела, подбирая слова. — Может быть, ещё не поздно… Я узнаю у неё или ты знаешь…

— Ничего не понимаю. — Он положил ладонь поверх моей, посмотрел на руки, скрещённые у меня на животе, затем мне в лицо. — А-а! Ты испугалась беременности?

Гастон с пониманием склонился ко мне, поцеловал: успокаивающе и нежно.

— Не думай об этом. Я давно использую эти чары и пока они действуют. — Он задумался и помрачнел.

Взгляд Гаса затуманился, словно его наполнил хаос.

— Из-за… Элизи? — вжав голову в плечи, спросила я.

— Чувствую себя мерзко, — признался он.

— Так было нужно, чтобы они доверяли. — Я потянулась к Гастону, обняла за шею, прижалась к щеке с пробивающейся щетиной. — Колючий… Ты даже не целовал Элизи.

— У этой Академии явно прозрачные стены, — недовольно буркнул он. — Я не хотел забывать, как целовал Адаль в последний раз.

— Целуешь только тех, кого любишь? — Я лукаво улыбнулась.

— Ты угадала…

Несколько минут мы предавались поцелуям и ласкам, пока нас не прервал приход Урсы. Моя одежда лежала на краю постели, а я всё не решалась покинуть уютный кокон из одеяла и объятий любимого. Приближалось время завтрака и возвращения к обычной жизни.

— Пора… — шепнул Гас.

Мы нехотя привели себя в порядок. Было заметно, что и Гасу не хочется расставаться. Он так и норовил коснуться меня или поцеловать. Перед самым выходом Гас обнял меня.

— Кирсти, не подумай, что я стыжусь чего-то или не хочу быть с тобой, — тихо и убедительно проговорил Гастон.

Я подняла взгляд и столкнулась с серьёзным деканом факультета отверженных. Грозный и чужой управляющий, через личину которого пробивалось что-то родное и тёплое. Эссар и так, и этак примерял прежнюю маску, но теперь это удавалось ему с трудом.

— Лучше никому не знать о нас, — строго продолжил он.

— А Урса?

— Она желает нам добра и промолчит.

— Чего ты опасаешься, Гас? Здесь все свои.

— Лишние наблюдатели всегда рядом: Элизи приходит с бумагами, патрули и соглядатаи Америуса. После смерти Адаль у меня не осталось слабых мест. Почти… Этот факультет и его обитатели дороги мне, но ты дороже всего. Этим легко воспользоваться.

— Они всё поймут по нашим лицам, — улыбнулась я, наслаждаясь вниманием и заботой Гастона. — Лиль и Зоуи точно догадаются.

— Нам нужно продержаться ещё немного. Артефакты для заключённых почти готовы. Формула в руках у заинтересованных лиц. Все договорённости подтверждены. Дальше жизнь изменится, либо богиня Глунадр встретит нас в своих владениях.

Мне пришлось согласиться с Эссаром и запереть радость глубоко в сердце. Конечно же, Зоуи не обошлась без вопросов, когда я вернулась в спальню, но я всячески уходила от прямых ответов.

— Ладно! — согласилась подружка. — Храни свой страшный секрет, но потом мне всё расскажешь!

— Обещаю! — рассмеялась я.

Урса сделала вид, что ничего не произошло, а Лиль многозначительно подмигнул мне за завтраком. Уж он-то, откуда узнал?!

Гастон пропал на весь день. Я беспокоилась, а наставница шепнула, что декан выехал в город по важным делам. У Эссара было много встреч для налаживания связи между отрядами восставших. Он давно вёл эту работу, но теперь счёт шёл на часы.

Тяжесть на душе не отпускала, однако, когда все собрались в столовой на ужин, появился Эссар.

— Факультет восстановлен. Все хорошо поработали и заслужили награду, — со строгой торжественностью сказал декан.

Он выставил на стол две большие корзины: с фруктами и со свежей выпечкой. Выезд в город прошёл удачно. Я видела, что Гас очень доволен.

У нас получилось настоящее пиршество. Все болтали и смеялись, а Гастон смотрел на подопечных не слишком весело. Что-то заставило его настроение поменяться. Я старалась поддержать его любящим взглядом.

Когда он неожиданно поднялся, все затихли.

— Я хотел сказать, как мне важно, что вы рядом, — негромко произнёс Эссар. — Скоро нас ждут перемены, и придётся собрать все силы, чтобы пройти испытание. Не скрою, что оно может стать последним. Мы будем помнить каждого, кто добудет свободу не только для себя, но и для сородича. Да хранит нас защитница Глунадр.

Резко замолчав, он вышел из столовой, а я, не глядя по сторонам, сорвалась следом. Урса начала громко командовать, привлекая всех к уборке со стола и на кухне.

Я выскочила в пустую галерею. Эссар стоял у окна и смотрел на темнеющий