Да эти вампиры совсем озверели! - Валентина Игоревна Колесникова

Конечно дрожат! Хоулу плохо!

— Нам нужно понять, где мы… Леона, — заметил Боул, — это и в твоих интересах тоже.

— Понятия не имею, я здесь впервые, как и вы…

Напряжение нарастало, паника тоже. Василиса ходила из стороны в сторону и нервно виляла хвостом. Мой брат смотрел на девушку и о чем-то быстро соображал. Вася трясся аки осиновый лист и только Валера был спокоен…

— А ты чего такой спокойный, а? — Мы с Боулом не выдержали, из-за стресса просто взорвались, а потом застыли на местах…

Все замерли…

— Алло, Томас? Слу-ушай, мы тут слегонца влипли, ты нас забери пожалуйста… — Валера достал из кармана сотовый… Сотовый телефон! Старую нокиа 3310!! Неубиваемую веками! — Да-да, ты же можешь вычислить, где мы, да? Побыстрее, пожалуйста, у нас тут Хоул умирает… Нет, я не шучу — конкретно умирает… Прям по-настоящему, да… Да ты что-о, не торопись, похоронами больше, похоронами меньше… А, этот-то? Сдох наш враг, победили! Как уже вычислил? Молодец какой… О, так мы в пустыне? Знаешь, а я как-то не особо заметил… Смотрю — песок вокруг, думаю, наверное мы все еще в Питере… Во-от тот дальний бархан так на Исаакиевский собор похож…

— Валера, — у моего отца дергался глаз… У меня, кстати, тоже, — это сейчас какого черта было вообще?

— Это не черт, — Валера вернулся к своему прежнему состоянию. Теперь на его лице красовалась каменная маска без единой эмоции и к такому Валере пока никто из моих родственников еще не привык, — это Томас. Томас — наше спасение. Ау! Ребята, я как никак слегка будущее вижу. Кадрами, правда и урывками… Вообще я думал, что Хоул реально помрет, а Боула съедят, но видимо что-то пошло не так и вы почему-то живы… Интересно, почему… Может это еще более далекое будущее?

— Валера! — я кинулась к вампиру в объятья, чего тот уж точно не ожидал и откровенно испугался.

— Не ешь меня! Я старый! — крикнул он, отпихивая меня от себя, но я не сдавалась!

— Спасибо! Ты ж наш родненький! — я истерически смеялась, не в силах справиться с внутренним ужасом, охватившим все тело и вырвавшимся наружу таким вот образом, — когда Томас придет? Что за пустыня?

— Меня больше волнует, почему посреди пустыни у Валеры есть связь, — тихо заметил мой отец, а потом рассмотрел на телефоне вампира какую-то непонятную штучку, прикрепленную к корпусу, — это что-то вроде магического усиления связи?

— Нет, это одноразовый вызов о помощи на тот случай, если совсем жо…

— Всем привет!

Валеру нагло перебили, но мы были этому очень рады. Валера, наверное, тоже обрадовался, но виду не подал.

Сквозь внезапно возникшие порталы вышла целая бригада магов медиков, которые мигом с помощью магии подняли Хоула в воздух и первым вынесли с территории пустыни в непонятное темное помещение, которое частично виднелось через образовавшийся круг портала.

Мы что, правда спасены? Это что, все по-настоящему и я не сплю?

Больше держать в себе эмоции я не могла. Слезы мигом наполнили мои глаза и остановить их поток я уже была не в силах.

ГЛАВА восемнадцатая

— Ой дура ты, тетка, дура! — в военном лазарете собрались почти все главы кланов. Мы с Хоулом находились в отдельном помещении и не участвовали в дискуссии, но я прекрасно пользовалась своей новой силой и слышала каждое произнесенное слово, даже шепот, — Леона, ты хоть иногда свою голову включаешь? Хоть изредка? Как ты могла так всех подвести? Вот что мне с тобой делать? Ты хоть знаешь, сколько жертв числится среди мирного населения? Здесь же запретная зона!

— Ага, то есть экспериментировать за пределами запретной зоны можно? — не унимался мой отец, нисколько не испытывая страха при разговоре с главой клана вампиров. Если правильно помню, ее звали Агнесс, но лица женщины я так и не видела.

— Ну да, — искренне заметила вампирша, чем вызвала в моем отце просто бурю негодования. Я даже с такого расстояния ощутила эту волну эмоций, — закон есть закон, и этот момент многие обходят именно таким способом — переносят лаборатории куда-нибудь в Трансильванию и там экспериментируют сколько душе угодно, отлавливая местное население и туристов.

— А отряд ликвидации их находит и вырезает, — смеялась Риэль, глава клана ведьм, чем сильно злила главу вампиров. Видимо эти женщины друг друга не переваривают. И судя по всему ведьмы заметно портят планы кровососов. — кстати, мила моя Агнесс, во Франции совсем недавно была обнаружена одна довольно любопытная лаборатория… в общем ее уже нет.

— Сволочь…

— О да, еще какая! — смеялась женщина в ответ, — но вернемся к нашим баранам. Получается, что наша новая угроза мира может стать кем угодно, чем угодно и шандарахнуть по нашему миру как душе вздумается… Я хочу ее к себе в отряд!

— Вот еще! — возмутился Дима, — моя сестра останется с нами! Она наша семья!

— Которую вы бросили, — хмыкнула Риэль, — я все знаю, милый человечек. Так что прости, но решать ваша сестренка будет сама. И если захочет в полной мере овладеть собой, то я ей в этом с радостью помогу.

— Ты ничего не знаешь про охотников, — мама моя казалась невероятно спокойной и невозмутимой. Она словно понимала, какой выбор я сделаю, — так что не думаю, что ты та ведьма, которая способна обучить мою дочь.

Дальше я старалась не слушать их разговор. Я знала, что Леону ждет суд и судя по всему наказание будет довольно жестоким. Ни капли сочувствия к этой женщине я не испытывала.

Хоул уже несколько дней лежал без сознания. Как объяснил Томас, Лерой сломал его крыло в нескольких местах, при чем ударил в самые ужасные болевые точки. Маг удивился, как вампир после этого еще ходить мог, тем более защищать меня.

Я нежно гладила Хоула по голове, не в силах покинуть его палату, осторожно лежала рядом, слушая его прерывистое дыхание.

Довольно часто я сворачивалась клубочком, а просыпалась из-за того, что затекало тело. В такие минуты я всегда лежала на его руке или рядышком, наслаждаясь ароматом его тела.

Хоул вкусно пах. Нет, не так, как жертва вампира, а именно вкусно по человеческим меркам. Мне хотелось обнимать его, целовать, прилепить к себе и не отпускать никогда!

Мама сочла меня больной. Она просто села рядом с кроватью посреди ночи, тяжело вздохнула и пожелала удачи.

— Нам еще надо помирить Василису с Димой, — тихо шептала она, — твой брат дурак. Влюбленный причем дурак, что еще хуже.

— Что он натворил?

— Наступил ей на