Диагноз: не женат. Дилогия - Александра Шервинская

– Но как же, – растерялась моя гостья, – фамильяр? Вы же, ваше величество, не маг…Или что-то изменилось? – в меня буквально иголкой впился острый подозрительный взгляд.

– Крррасивая, – сообщил Карлос, оценив леди Флоренс, и та, на мгновение забыв о своих подозрениях, польщённо улыбнулась, – но стерррва, – добавила честная птица.

– Эдуард! – возмущённо воскликнула леди. – Откуда вы взяли это чудовище?!

– Я орррёл, – поправил её дотошный Карлос, – я говорррю пррравду, врррать не пррриучен.

– Мне кажется, будет лучше, если я вас покину, – леди Флоренс ещё раз окинула меня странным взглядом, сердито взглянула на Карлоса и, скомканно попрощавшись, вышла.

– Граф Рангер к его императорскому величеству! – гаркнул лакей, и я поморщился. Терпеть не могу этот никому абсолютно не нужный пафос. Толку от него ноль, а шуму много. Лорд Джонатан, с которым я решил поделиться этой мыслью, скептически покачал головой и сказал, что это соответствует веками выверенному протоколу. Но если протокол мешает нормально существовать, его же можно скорректировать. Император я или кто?

– Проходите, граф, присаживайтесь, – я приветливо улыбнулся ещё нестарому подтянутому мужчине, который остановился, едва переступив порог кабинета. Он с недоверием взглянул на меня и подозрительно прищурился, – нам с вами нужно серьёзно поговорить.

Лицо графа закаменело, но он, явно преодолев немалое внутреннее сопротивление, сделал несколько шагов и опустился в предложенное ему кресло. Смотреть он старался куда угодно, только не на меня, что было вполне объяснимо: ему так и не удалось научиться скрывать ненависть, которую он лично ко мне испытывал.

Насколько я его помнил ещё по прошлой жизни, граф Рангер был главой имперской службы безопасности, человеком кристальной честности и принципиальности, единственной слабостью которого всегда была его семья: жена и двое сыновей. Старший, Гектор, учился сейчас в Академии, выбрав путь боевого мага, и, как сообщил мне как-то всё тот же лорд Джонатан, делал успехи. А вот младшенький, Уильям, никак не мог определиться со своим будущим, потому что отец его увлечения музыкой и стихами не разделял. Так было в общем-то и в этом мире, и единственное различие состояло в том, что там стихи Рангера-младшего слушать было совершенно невозможно, а здесь все в один голос говорили о незаурядном таланте юноши. Ну и в Башню у себя там я его не отправлял хотя бы по причине отсутствия собственно Башни.

– Лорд Леонард, – обратился я к графу, сидевшему с напряжённой спиной и стиснутыми в кулаки руками, – я хотел бы поговорить с вами и посоветоваться по одному достаточно деликатному вопросу.

Граф метнул на меня подозрительный взгляд и снова уставился куда-то в стену.

– Я рад быть полезным вашему императорскому величеству, – проскрипел он, упорно избегая моего взгляда.

– Граф, скажите, вы – глава моей службы безопасности, мой щит и опора, не так ли? – я внимательно наблюдал за малейшими изменениями в поведении лорда Леонарда. – Скажите, вы не замечаете никаких изменений в моём поведении в последние дни?

Видимо, я угадал с началом разговора, так как граф наконец-то посмотрел прямо на меня и помимо глухой ненависти я смог рассмотреть в его взгляде сомнение. Оно было минимальным, практически в зародышевом состоянии, но оно было. Значит, будем работать дальше – медленно и аккуратно.

– Не мне анализировать поведение вашего величества, – произнёс граф, снова отводя взгляд, – будут какие-то распоряжения по поводу бала, ваше величество?

– Нет, лорд Леонард, с балом, насколько я знаю, всё хорошо, вы, как всегда, работаете безупречно, – я мягко улыбнулся, стараясь нехарактерным для Эдварда поведением пробить хотя бы маленькую брешь в ледяном панцире ненависти и, кажется, мне начало это удаваться, – вы всегда были мне верным другом, не так ли?

– Был, – граф наконец-то посмотрел мне прямо в глаза, – я был другом и вашему отцу, и вам, ваше величество. И никогда не мог даже предположить, что доживу до такого чёрного предательства с вашей стороны. Но справедливость восторжествует.

С этими словами граф внезапно скользящим движением поднялся с кресла и, резко метнувшись в мою сторону, вонзил кинжал мне в сердце. Точнее, попытался вонзить: клинок просто скользнул по кольчуге, а я уже завернул руку графа за спину приёмом, которому в своё время научил меня Тони.

Лорд Леонард несколько раз попытался вырваться, но затем склонил голову, признавая поражение.

– Нда, неожиданно, – проговорил я, рассматривая великолепный клинок и длинную и узкую дыру на камзоле, – ну что же вы так, граф, нужно же было как-то продуманнее, что ли.

– Не получилось у меня, получится у других, – хрипло произнёс лорд Леонард, отстёгивая шпагу и кидая её на ковёр к моим ногам, – я проиграл, и готов понести любое наказание.

– Вам шпага не нравится, лорд Леонард? – поинтересовался я, поднимая с ковра легендарное оружие. – Что это вы такими знаменитыми клинками разбрасываетесь? Хорошо – никто не видит.

– Я пррромолчу, – вдруг подал голос Карлос, всё это время сидевший на спинке кресла, и граф, видимо, принимавший его за элемент декора, вздрогнул.

– Кто это? – совершенно нормально, как-то по-человечески, спросил он, но тут же вспомнил свою неудачную попытку убийства меня, любимого, и снова опустил седую голову. – Простите мне моё неуместное любопытство, ваше величество.

– Я фамильяррр, – поделился с ним сведениями общительный Карлос, – мне подарррили Эдуарррда, меня зовут Карррлос, и я орррёл. А ты – Леонарррд, это пррравильное имя.

– Леонард, – согласился ошалевший граф, – а почему правильное? – и он перевёл растерянный взгляд на меня.

– В нём есть «ррр», – любезно пояснил я, – и, лорд Леонард, раз уж ваше покушение оказалось неудачным, то, может быть, мы продолжим наш разговор? Карлос, ты потом пообщаешься с графом Рангером, а пока дай нам поговорить, хорошо?

– Хорррошо, – подумав, согласился Карлос, – мне нррравится. Гррраф Леонарррд Рррангеррр. Прррелесть!

– А где стража? – прищурился граф Рангер. – Или ваше величество придумало для меня что-нибудь более изысканное? Башню, например?

– О Башне я тоже планирую с вами поговорить, граф, – не стал спорить я, – но несколько в ином контексте. А пока ответьте мне, только абсолютно честно, обещаете?

– Мне кажется, я несколько не в том положении, чтобы лукавить, – грустно покачал головой граф, – спрашивайте, ваше величество.

– Я веду себя иначе? Не так, как в последнее время? – я задавал конкретные вопросы в надежде услышать конкретные ответы.

– Да, – не стал отказываться граф, – я считал, что это очередной хитрый ход, но в последние минуты моя версия стала рушиться. Вы ведёте себя…странно. И откуда у вас фамильяр? Это волшебное существо. Его нельзя призвать обманом или заставить. Оно чувствует магию, но при этом вы, ваше величество, не колдун. Я бы почувствовал. Что происходит?

– Вы знаете о существовании иных миров? –