Кровавые ягоды калины - Анна (Нюша) Порохня

за тем, что происходить с вами и если что, выдернуть обратно. Вы, оказавшись там, скажите нам, что произошло, понятно?

– Да. – это уже вселяло надежду. – А если... Если вдруг что-то пойдет не так? Если нас убьют?

– Не убьют. – твердо сказал Корней. – Слышишь? Не убьют.

И в этот момент я поняла, что если мы умрём там, то в настоящее уже никогда не вернемся.

Книга замечательного автора, с живым, интересным сюжетом. Рекомендую!

Тебя воспитал папа? Тогда не удивительно, что женские штучки до поры не вызывают слишком уж великого интереса. Зато умеешь работать с деревом так, что мастер допускает тебя к работе с диковинным раритетом.

Да, секция самбо - не самое обычное увлечение для девушки. Зато тебе хватит силы воли и закалки отстоять себя в Институте благородных девиц. Уверяю, в обществе этих хрупких воспитанниц не так-то просто выжить.

История о том, как обычная российская девушка с не самой обычной судьбой и характером, преодолевая последствия "пацанского" воспитания, растит в себе элегантную даму, способную самостоятельно благополучно устроить собственную жизнь.

Глава 42

Мы были еще очень слабы, но тянуть время я не хотела. Страшное будущее, в образе зверя, маячило совсем рядом – рукой подать и от этого становилось так жутко, что подгибались колени. Танька держалась бодрячком, но это было напускное, подруга боялась не меньше моего. Колдуны тоже переживали и Корней несколько раз повторил мне, что наше дело – объяснить им, прошлым, что произошло и дать возможность все исправить. И не в коем случае не лезть в авантюры. Я пообещала ему это, но зная нашу способность перевернуть все с ног на голову,  на их месте, сильно бы не доверяла этим обещаниям.

– Как это произойдет? – спросила Танька у Прохора, который что-то варил в старом железном черпаке и от этого по дому плыл горьковатый запах, похожий на полынь или пижму.

– Выпьете отвар и ляжете спать. – ответил он, взглянув на нее через плечо. – И так же вернетесь – словно очнетесь от сна.

Если вернемся... Я попыталась отогнать эти мысли подальше, но они вцепились в меня как стая диких собак. Так нельзя, иначе я точно умудрюсь сглазить всю нашу тайную "операцию".

Ближе к полуночи, когда Маша крепко уснула, мы выпили противное варево и улеглись в кровать, дрожа от предвкушения всех тех страхов, которые никак не хотели оставаться в прошлом.

– Господи, как же страшно... – прошептала Танька, сжимая руку. – Нам нужно сделать все правильно. Это единственный шанс.

– Мы постараемся. – ответила я и посмотрела на кухню. Из-за неплотно задернутых штор, виднелись силуэты колдунов, они что-то заунывно читали под светом свечей.

– Как за упокой читают. – ляпнула Танька и я ущипнула ее.

– Лучше ничего не могла сказать?!

– Нет, ну правда... – начала было подруга и широко зевнув, захрапела.

– Тааань... – позвала я и почувствовала как на меня наваливается сонная тяжесть, опутывая каждый сантиметр моего тела.

Очнулась я будто после наркоза – все плыло, подпрыгивало и немного тошнило. Мы сидели за столом на кухне, в комнате работал телевизор и похоже кроме нас, в доме никого больше не было.

Танька блымала глазами, прогоняя сонную оторопь и повернувшись ко мне, сказала:

– Ты прям толстая сейчас...

– Вот лучше ничего не придумала сказать??? – зло поинтересовалась я. – Ты тоже не Дюймовочка!

Она зевнула и заглянула в комнату.

– Слушай, а где все? Маша где?

– Ее нет? – я поднялась и у меня внутри зашевелилось дурное предчувствие.

Танька бросилась в спальню и тут же появилась оттуда.

– Нет! Ее по ходу, здесь и не было!

– Как это не было? – похолодела я. – Ты хочешь сказать, что мы появились здесь много раньше чем день укуса?!

– Похоже. – подруга испуганно бросилась к окну. – Черт! Знать бы насколько раньше!

Я подошла к календарю и скомкала самый первый листок, начиная понимать, что это день перед появлением Сергея.

– Завтра в деревне появится Сергей. – сказала я и Танька медленно опустилась на стул.

– Чееерт...

– Погоди ты расстраиваться, – мне в голову вдруг пришла шальная мысль. – Ведь еще живы и тетка, и Павлина, и Раиса! Может это возможность все исправить!

– Тогда чего сидим? Пошли к колдунам! – Танька схватила шубейку и путаясь в валенках, наконец натянула их. – Может и правда все быстрей закончится!

Воодушевленные таким исходом дела, мы ворвались в калитку и затарабанили в двери соседей. Она распахнулась и мы увидели хмурого Прохора.

– Вы чего двери ломаете, чокнутые?! – рявкнул он и тут, Танька подскочила и вцепившись в шею колдуна, впилась поцелуем в его губы. Я стояла раскрыв рот, а она отпрянула от него и шумно выдыхая, сказала:

– Вот так вот.

– Вы ненормальные? – он скалился в белозубой улыбке. – Скажите честно.

– Ага. – согласилась Танька, улыбаясь ему в ответ. – Все равно моим будешь, так зачем тянуть?

– Даже так? – его брови поползли вверх.

– Именно так. – она кивнула и отодвинув его в сторону, добавила: – А теперь можно и поговорит о оборотнях.

– О ком?! – лицо Прохора вытянулось. – Стоп! Стоп!

– Где второй? – подруга будто не слышала его и сняв валенки, потопала внутрь дома. Я словно извиняясь, пожала плечами и скользнула следом.

Как и в тот вечер, Корней сидел за столом, на котором стояли коньяк и две стопки. При виде нас, он удивленно замер, а потом протянул:

– Иии?

– Чего "ииии"? – я села напротив него и налила коньяк в их рюмки. – Тань, будешь?

– Давай, – подруга выпила и сморщившись, громко фыркнула.

Я тоже выпила, наблюдая как Корней явно стопорит, офигевший от происходящего.

– Это что, дурдом на выезде? – наконец спросил он у Прохора и тот ответил:

– Дамы пришли рассказать нам о оборотнях.

– О каких ещё оборотнях? – прошипел Корней, сведя брови. 

– О тех, что в медпункте ошиваются, а так же о родственничке их, который завтра явится, и о главном – что на болоте почти воскрес.

Колдуны пару секунд таращились на нас, а потом Корней рявкнул:

– Вы кто вообще такие?!

– Призвали мы вас сюда... – вздохнула Танька и по