Ты попала в Ад, детка... - Анна (Нюша) Порохня

улететь назад. Когда это, наконец, закончилось, и мы резко остановились, у меня кружилась голова, и дрожали ноги, на которых я стояла с трудом.

— Ну вот… теперь тебе нужно обсохнуть.

Я осторожно осмотрелась и поняла, что нахожусь в большом доме, скорее в замке. Его полы были застелены красными коврами, в мрачных, старинных вазах благоухали темно-красные розы, а на почерневших от времени балках висели летучие мыши.

— Где я?..

— Дома милая, дома…

— В каком смысле??? — я подозрительно посмотрела на женщину и отошла от нее подальше.

Она усмехнулась и сняла капюшон, освобождая копну черных волос, которые тяжелой волной упали ей на спину. В большой холл зашла девушка с теплым пледом и подошла ко мне.

— Отдайте мне это, госпожа, — она указала на мокрое покрывало. Госпожа???

Я протянула ей тяжелый кусок ткани и с удовольствием завернулась в мягкий плед.

Не думаю, что меня бы называли госпожой, если хотели убить… но все это было очень странно…

Тем временем женщина сняла плащ, и я оценила ее точеную фигуру в бордовом, украшенном кружевами платье. Она присела в кресло возле камина и поманила меня пальцем, приглашая присоединиться.

Я присела напротив нее и, находясь в полном недоумении, все-таки спросила:

— Откуда вы знали, что я в лесу?

— Я наблюдала за тобой от самого замка Люцифера.

— Зачем??? Кто вы?

— Я — Наама. Одна из самых высокопоставленных демониц Ада. Жена врача Ада — Урфура.

— Но мне это не о чем не говорит…

— Мы твои родители, милая.

* * * Малышка весело пела в ванной, плескаясь в раздосадованных слуг, и Люц непроизвольно улыбнулся, слушая ее тонкий голосок, но сразу же нахмурился.

— Нужно объявить на весь Ад, чтобы никто и пальцем не посмел прикоснуться к девушке!

— Уже объявили! — советник дьявола с легким шоком наблюдал, как из ванной вынесли золотоволосую малышку, укутанную в толстое полотенце.

— Вышлите демонов на ее поиски. — Люц покосился на девочку, которая тянула к нему ручки, и все-таки взял ее. — Как дела?

— Ляля чистая, — малышка ткнула ему под нос куклу и повернулась к дьявольскому советнику. — На Лялю.

Люцифер предупредительно приподнял бровь, и демон взял куклу из рук девочки.

— А-а-а… качай Лялю, — малышка сложила ручки, показывая как нужно укачивать куклу.

Демон посмотрел на Люца, вздохнул, положил куклу на груду мышц и заревел: — А-а-а…

Люц задумчиво смотрел на дымящийся горизонт и думал, что если бы у него была кровь Тамары, он обязательно бы нашел ее… но ведь малышка ее дочь… Люцифер быстрым шагом направился на кухню, где слуги пытались накормить девочку, и остановился в дверях. Он не может ранить ребенка ради капли крови.

Что ж, есть еще один вариант. Дьявол взял с большого блюда крупную, глянцевую вишню и протянул ребенку.

— Держи, моя прелесть.

Малышка засунула вишню в рот и довольно улыбнулась.

— А теперь плюнь косточку. — Люц протянул ладонь, и она выплюнула вишневую косточку ему в руку. — Умничка…

Дьявол слизнул ее с ладони и прикрыл глаза, выискивая в смешанных, детских воспоминаниях и страхах энергетику Тамары. Вот она! Ее пульсация была настолько слабой, что могла исчезнуть в любой момент и, не теряя времени, Люц кинулся к выходу из замка.

* * * — Этого не может быть! — воскликнула я, не понимая, что говорит эта ужасная женщина. — У меня есть мама!

— Эта женщина воспитала тебя. Но она тебе не мать, — Наама прикрыла глаза, ее пальцы сжали подлокотники кресла. — За два года до твоего рождения, твой отец обманом заставил меня стать его женой. Я рождена от смертной женщины… и он пригрозил мне: если я не отвечу согласием, он уничтожит ее душу… Моя мать умерла давно, но это единственное, что зажигало в моем сердце любовь… как и ты, дочка… Я не могла отправить душу своей матери на вечные муки и приняла его предложение… Когда родилась ты, я поняла, что для меня нет никого дороже и для тебя я была готова на все…Но тут началась ужасающая война между демонами и ангелами… Ад пылал, и огненные стрелы Бога поражали каждый метр преисподней… Я должна была спасти тебя.

— Это сумасшествие! — я не могла поверить в то, что она говорит, но что-то внутри меня подсказывало, что Наама говорила правду.

— Я понимаю, что тебе тяжело принять это, но я прошу — выслушай меня, — женщина мягко улыбнулась мне, но я знала, что за этой улыбкой скрывается опасность и неимоверная сила.

— Хорошо, — кивнула я и поглубже завернулась в плед.

— Я передала тебя одному из демонов, которые отправлялись на землю, и попросила подкинуть обычным людям, чтоб ни у кого не возникло сомнения, что ты человек. Я не знала, чем закончится война, мы все могли погибнуть, и я хотела, чтобы ты была в безопасности. Перед этим я взяла несколько капель твоей крови, она должна была ожить, если бы ты оказалась рядом, но, увы… я потеряла тебя навсегда. Я спускалась на землю, иногда мне даже казалось, что я побывала во всех ее уголках, но тщетно. Флакон с твоей кровью оставался мертв и холоден. И вот совсем недавно, он ожил. Здесь, в Аду! Я не поверила, но пульсирующая в пузырьке кровь говорила, о том, что все-таки ты рядом. Я кинулась искать тебя, но кровь снова замолчала… Она ожила снова вчера… и теперь ты здесь. Со мной.

— А твой муж знает обо мне? — осторожно спросила я, не представляя даже, как он мог выглядеть. Мой отец.

— Мы давно не живем вместе. Он не простил мне, что я потеряла тебя, а я не простила ему насилия над собой… — Наама вдруг схватила меня за руки и прошептала, заглядывая мне в глаза. — Что ты делаешь здесь? Это просто невозможно! Неужели Люцифер держит тебя как свою игрушку? Это ужасно… но я даже дьяволу не дам забрать тебя у меня!

— Ты так думаешь, Наама?

Мы с демоницей резко обернулись и увидели Люцифера. Женщина еще сильнее побледнела, ее глаза испуганно расширились.

— Убери руки от нее, — он достал свой нож и поманил меня пальцем. — Не бойся ее, моя радость. Иди сюда.

— Я не отпущу ее. — Наама крепче сжала мои руки, ее пальцы дрожали.

— Ты смеешь перечить своему мессиру?! — зарычал Люц, и его глаза вспыхнули, а голос превратился в угрожающее шипение. — Отпусти мою жену, или я отрежу тебе голову.

— Жену??? — Наама медленно повернула ко мне изумленное лицо. Что я могла сказать? Я сама была в шоке.

Глава