Глубокое озеро Чар - Анна (Нюша) Порохня

- Держите, - Яшка протянула ему баночку с солью. - Приятного аппетита.

- Благодарю, - он развернулся, взялся за ручку и тут Яшку снова прорвало:

- Приходите к нам завтра вечером. К шести. На ужин.

Было заметно, что он даже повеселел, услышав такое предложение и сразу же согласился:

- С удовольствием приду.

Я, конечно, удивилась его реакции, особенно когда Артем стрельнул в меня горячим взглядом. Вроде как за удовольствием он придет именно ко мне.

Мужчина ушел, а я повернулась к Яшке, жующей колбасу.

- Ты только из гостей!

- И что? - она удивленно выгнула бровь. - Я там не ела толком. Стеснялась.

- Ты умяла тарелку мяса.

- Тарелочку, - поправила меня подруга. - Не тарелку, а тарелочку. Так что, давай не будем.

- Лучше скажи мне, ты что, решила весь поселок в гости позвать? - я нервно уселась на стул и указала ей, чтобы она села напротив.

- Пусть хоть кто-то разбавит эту семейку, - буркнула Яшка. - Они меня нервируют.

- Нормально. Она их пригласила, а теперь они ее нервируют!

- Ой, все! - Янина Сергеевна стряхнула с коленок крошки и уставилась на меня: - Пошли за лотками.

- Я не пойду! И не мечтай! - рявкнула я, закидывая ногу на ногу. - Не хватало, чтобы Сашка подумал, что я за ним бегаю!

- Ну пошли, Тань... - заныла Яшка, заглядывая мне в глаза. - Ты не будешь заходить, постоишь в кустах и все! Они даже не узнают!

- Ладно... Только не вздумай тащить меня в дом!

- Честное слово, не буду!

Я даже замерзнуть не успела, как дверь распахнулась и оттуда вылетела Яшка, а следом ее вещи. Она что-то причитала, ползая в грязи и собирая свое тряпье, но на этом, "веселье" не закончилось: дверь снова открылась и я услышала как звенят лотки, вылетая один за одним, в сторону Янины. Я подскочила к ней, уворачиваясь от свистящих мимо посудин, и присела, когда прозвучал громовой голос Ромки:

- На! Вари холодец для своего квартиранта! Чтоб он подавился и вы вместе с ним!

Последний лоток просвистел совсем рядом и дверь, с грохотом захлопнулась.

- Гад! - завопила подруга, потрясая своим бельишком зажатым в руке. - Зря я тебя кормила! Раздобрел на моих харчах, а теперь дерется!

Вернувшись домой, мы еще долго обсуждали бессовестных испанцев, отчего Янина Сергеевна, распалялась все больше. Она показывала мне разбитую коленку, тыкала в глаза расцарапанным локтем и все сильней краснела, отмывая от грязи лотки для холодца.

Сделав себе кофе с бальзамом, мы устроились в гостиной возле камина и под шум дождя, попивали из старых чашек ароматный напиток. Яшка успокоилась, хотя в ее глазах, нет-нет, да и вспыхивал огонек злости. Она раскачивалась в старом кресле-качалке и под этот тихий скрип, я не заметила как уснула, подсунув под щеку кулачок.

Холодный ветерок, скользил по моему лицу и в первые минуты своего пробуждения, я лишь зябко ежилась под шерстяным пледом. Яшка что, открыла окно? Зачем...

Я распахнула глаза и обнаружила, что в комнате темно, лишь слабо светились головешки в камине. Тихо шуршал дождь, в кресле сопела Яшка и вдруг из темноты, показалось мужское лицо. Оно приближалось ко мне и янтарные отблески в его глазах, магическим образом, плясали как сумасшедшие, гипнотизируя мое сознание. Я не могла ни вздохнуть, ни пошевелиться, прикованная к дивану неведомой силой, которая держала меня под своим страшным влиянием.

Лицо приближалось, пока прохладные губы не коснулись моих губ, вытягивая из меня жизнь капля за каплей. Из последних сил, я оттолкнула от себя это исчадие ада и заорала на весь дом, закрыв лицо руками.

- Таня! Таня!

Голос Яшки, прорезался сквозь крик, возвращая меня в реальность, и я осторожно убрала руки. Мягкий свет, огонь камина, Яшка с розовыми щеками... Привиделось...

- Мне...страшный сон приснился... - я залпом допила холодный кофе. - Мужское лицо...

- Знакомое? - Яшка присела рядом. - Лицо?

- Не знаю... Вроде бы нет... - я потрясла головой, отгоняя остатки сна. - Это нервы.

- Я тоже так думаю, - согласилась подруга и вздохнула: - Совсем сон пропал... Пойду холодец варить.

Глава 36

Во второй раз, проснулась я уже утром и с удовольствием вдохнула аромат холодца. Значит Яшка, все таки суетилась ночью...

Я поднялась с дивана и пошла на кухню, слыша оттуда веселый, тоненький храп. Янина Сергеевна...

Она сидела за столом, откинувшись на спинку стула и сладко спала, сжимая в руке ложку с длинной ручкой.

- Яшка! - гаркнула я, и подруга вскочила со стула, размахивая своим "оружием".

- Вот дура! Напугала! - она снова присела и потерла глаза. - Сколько времени?

- Девять,- я поставила чайник на плиту. - Ты что, всю ночь здесь?

- Ну да... - Яшка устало взглянула на меня. - Не могла уснуть, все мысли дурные в голову лезут. А вдруг они не вернутся?

- Вернутся! - горячо заверила я ее. - Посмотришь! Покочевряжатся и вернутся!

- Ой не знаю... Ромка вчера такой злой был... Не поверил, что никакого мужика нет. Придурок...

- Значит ревнует, - я открыла холодильник и присвистнула: - Ничего себе... Хозяйка ты, мать...

- Пошла я спать, - Янина Сергеевна отшвырнула от себя ложку и громко зевнула. - А то меня на гостей не хватит.

Подруга потопала наверх, а я налила себе кофе и уставилась в дождливое окно. Было грустно и скучно... Хотелось Сашку рядом и все то веселье, что царило в нашем доме, еще совсем недавно. Может пойти извиниться? Ага, щас! Не дождется! Я тоже гордая!

Подзарядившись кофе, я оделась потеплей и написав Яшке записку, что поехала в магазин, схватила с тумбочки ключи от машины. Анжелика просила раскраски и карандаши, да и кое-что из продуктов нужно было купить. А можно и креветок к пиву...

Я выехала из поселка, отметив, что в новой сторожке дяди Леши, работа кипит уже с утра, и звук работающей пилорамы, разносится по всей деревеньке. Желтая листва красиво устилала дорогу, пахло дымком и сыростью леса, отчего на душе было и грустно и радостно в то же время. Еще немного, и заметет белыми вьюгами наш мирок, затянет плотной поволокой метелей... Задумавшись, я пролетела мимо одинокого силуэта, маячившего на дороге