Анна Магдалина - Уроки для ангела

- Полагаю, эта информация не слишком скрасит его последние минуты перед смертью! - с иронией произнёс он, вглядываясь в побелевшее лицо девушки.

- Так как же ты попала к Редфорду? Даже так? Ты пыталась обменять своё тело на Алекса? Как глупо, - снова покачал головой Ворон. - Разве ты не понимаешь, что Алекс не смог бы простить тебя за это, даже если бы ты его спасла? Впрочем, это риторический вопрос, - усмехнулся маг. - Я давно уже оставил попытки понять женскую логику.

- Ты здесь? Я не верю своим глазам! - обрадовано и одновременно ошарашено воскликнула Мария, вглядываясь в лицо мужчины, который снился ей холодными, одинокими ночами, и которого она уже не надеялась когда-либо увидеть.

- Придётся поверить! - улыбнулся Архангел.

Он столько лет ненавидел эту женщину, что она стала для него практически родным человеком. Он слишком часто думал о ней. И в один прекрасный момент он понял, что весь его гнев, злость и ненависть постепенно куда-то исчезли, исчерпали себя, перегорели и превратились в пепел. День за днём вновь и вновь прокручивая в уме прошлое, он всё чаще вспоминал её смех, её глаза, её улыбку.

От любви до ненависти - один шаг, гласит популярная поговорка. Архангел же вывел для себя обратную закономерность: один шаг от ненависти до любви. И он этот шаг сделал.

Шагнув навстречу Марии, он заключил её в свои объятия.

- Всё будет хорошо, Машенька, всё будет хорошо! - шептал он, проводя рукой по её шелковистым волосам.

- Как мы отсюда выберемся? - с тревогой спросила его Мария. Она прекрасно понимала, что если проникнуть в этот особняк было очень сложно, то выбраться из него было сложнее в десятки раз. Вся охрана Ворона уже на ногах, в коридоре раздавался топот ног, слышались выстрелы и крики раненых.

- А я здесь не один! - улыбнулся Архангел, взглядом показывая на окно. Обернувшись, Мария потрясённо охнула: за окном на верёвке альпинистского снаряжения свисал Дмитрий. С весёлой улыбкой подмигнув Марии, он поторопил их:

- Скорее, наше время на исходе!

- Потом мы всё объясним! - пресёк её вопросы Архангел, и обняв Марию за талию, тихо сказал: - Прижмись ко мне и ничего не бойся!

- Задание выполнено, отходим! - Дмитрий по рации отдал приказ Воинам Света и удовлетворённо кивнул головой, когда очертания фигур Архангела и Марии медленно растаяли в воздухе.

- Неужели Дмитрий жив? Ты помогла его вылечить? Однако! Впрочем, это ненадолго, - задумчиво бормотал Ворон, сканируя разум Ники.

- Что? Старейшины знают, где Мария? - поражённо воскликнул маг, увидев в сознании девушки момент, когда этим утром она подошла к дверям Тронного зала и услышала разговор Саймона со старейшинами.

На поясе мага внезапно запищал мобильный телефон, и ещё до того, как взять его в руки, Ворон уже знал, кто звонит и какую новость ему сейчас сообщат.

- Мария... - шёпотом процедил он сквозь зубы.

Вскочив с кресла, Ворон нервно заходил по комнате, затем, приняв какое-то решение, жестом подозвал к себе Велдона. Ника видела, как маг даёт какие-то указания своему слуге, а затем фигура главы Обители Тьмы бесшумно растворилась в воздухе.

- Так на чём мы остановились? - ехидно поинтересовался Велдон, надвигаясь на девушку, потирая свои огромные волосатые руки и пожирая Нику плотоядным взглядом.

И то, что Ника увидела в его маленьких, свинячьих глазках, заставило девушку поёжиться от нахлынувшего на неё ужаса.

Алекс очнулся от адской головной боли. Он был совершенно без сил, а боль усиливалась с каждой минутой. Очевидно, прошло много времени, прежде чем к нему вернулось сознание. Он всё ещё находился в подвале. Руки, прикованные цепями к бетонной стене, затекли настолько, что Алекс их уже не чувствовал. Сконцентрировавшись, он попытался вернуть им чувствительность с помощью своей энергетики, но очень скоро понял, что в результате "общения" с Амадеем он не в состоянии собрать даже самый маленький энергетический лучик.

Перед глазами всё плыло, и Алекс с трудом сфокусировал взгляд на стоящем напротив пустом кресле. Вдруг перед ним заколыхались концентрические круги воздуха и стали проявляться очертания серой фигуры. Ворон, материализовавшись напротив Алекса, уселся в кресло.

- Как вижу, ты ещё держишься! Похвально... - отметил глава Обители Тьмы. - Твоя девчонка - тоже крепкий орешек. Да, она у меня, и я уже имел удовольствие немного с ней пообщаться, - с улыбкой сообщил Ворон, наблюдая, какую боль и тревогу вызвали его слова у Алекса.

Ворону было не интересно просто убить своего сына. Ему хотелось помучить его, проверить на прочность его характер и заставить страдать от невыносимой боли. Виктор по своему опыту знал, что боль физическая - ничто по сравнению с болью душевной. Этому его научила Мария. Он хотел сломать Алекса. А сделать это можно было только одним способом - растоптать их с Никой любовь.

- Вначале я попытался соблазнить её с помощью своей энергетики. Ты знаешь, как это делается, - улыбнулся Ворон, с наслаждением наблюдая, как побелело от этих слов лицо Алекса. - Она стонала от желания в моих объятиях и таяла от моих поцелуев.

- Я не верю тебе, - глухо процедил сквозь зубы Алекс. - Это ложь.

- А я тебе покажу! Просто удивительно, сколько тайн скрывается в её хорошенькой головке! Я покажу тебе правду о ней! - усмехнулся Ворон, вставая с кресла. Подойдя к Алексу, он положил свои руки ему на голову. - Смотри!

Видения, одно за другим стали волнами просачиваться в мозг Воина Света. Он увидел Нику, его Нику, в объятиях Ворона. Она тяжело дышала, её грудь вздымалась от страсти, а Ворон покрывал её тело поцелуями, от которых она запрокинула назад свою белокурую голову, прикусив губу от переполняющего её желания.

Следующая картинка - скорчившееся на полу беспомощное тело, которое ногами избивает Велдон. Алекс увидел лицо Ники в тот момент, её глаза, полные боли и отчаяния, её разбитое, окровавленное лицо, и из его груди вырвался глухой стон.

- Это лишь цветочки, Алекс! Смотри, что было раньше...

И Алекс увидел... Ника и его лучший друг Дмитрий целуются в спортзале... Ника в постели с Саймоном, и на её лице выражение такого счастья и наслаждения, что сердце Алекса было готово разорваться на части... Обнажённая Ника в объятиях Редфорда, и её тело со страстью отзывается на его ласки...

Лицо Алекса перекосилось от нечеловеческой боли и из его груди вновь вырвался стон, полный отчаяния. Всё самое светлое, самое святое, всё то, ради чего стоило жить и бороться было растоптано в один момент...