Черное крыло (СИ) - Завгородняя Анна Александровна

Свет был вокруг меня. Просачивался через пальцы, проходил черед платье и, кажется, даже через тело. Несколько секунд я просто плыла, будто в теплом тумане, а затем сияние погасло, и я оказалась в просторной комнате. Помещение было не примечательным, и я удивленно озиралась вокруг, думая о том, как попала сюда, и была ли загадочная дверь порталом в другой мир?

Обстановка в комнате, где я оказалась, состояла из простого стола и пары лавок, какие обычно бывают в деревнях. Деревянный пол, деревянные стены и потолок. Кажется, я попала в крестьянский дом, самый простой и жилой, о чем свидетельствовал букет алых цветов в глиняной вазе на середине стола и чашка, от которой еще тянулась вверх струйка пара.

Я оглянулась назад, словно надеялась, что увижу за спиной выход в замок или попросту лестницу, но там ничего не оказалось, кроме стены из дерева и какой-то картины с видом гор.

- Где я? – вырвалось невольно. – Есть кто живой?

А у самой холодок под кожей и мурашки по спине. Я стояла на месте не решаясь сделать шаг, словно опасалась, что двинься я в сторону, то навсегда останусь в неизвестном мне месте.

«А там, в кабинете, а замке тебя ждет Вацлав!» - напомнила память, и я едва не застонала от разочарования.

Скрипнувшая дверь и чьи-то легкие шаги заставили меня повернуть голову в сторону. Я увидела дверь, которой еще мгновение назад просто не было. Простую такую дверь, в проеме которой стояла старуха. Она выглядела очень старой, я бы даже сказала – древней. Морщинистое лицо, высохшие руки, больше похожие на лапы домашней птицы, пронзительные глаза и платок накинутый на плечи, поверх серого платья из домотканой шерсти.

- Пришла значит? – загадочно проговорила она и смерила меня любопытным взглядом. – Время пришло! – добавила и чуть улыбнулась.

- Кто вы и где я? – вырвалось невольно, но старуха покачала головой, после чего произнесла:

- Скоро сама все узнаешь. Иди за мной! – и шагнула в темноту, подняв руку на уровне груди. Я с удивлением увидела, как в ее пальцах появилась свеча. Вспыхнул оранжевый язычок пламени, осветивший узкий темный коридор. Старуха шагнула в него и прошаркала вперед, не дожидаясь, пока я последую за ней.

- Мое имя – пани Лидка, - сказала старуха.

- Валеска! – представилась в ответ.

- Валеска, значит! – она рассмеялась. Смех получился сиплый и старческий. Больше похожий на скрип несмазанной двери.

- Но куда мы идем и где я? – еще одна попытка что-либо разузнать потерпела крах. Старуха больше не говорила со мной, лишь продолжала идти, а свеча в ее руке дрожала, отбрасывая странные тени на стены коридора.

А затем мы оказались у очередной двери. Старуха покряхтела, прежде чем постучала в нее. Удары тощего кулака повторили биение моего сердца, а когда нежный и мелодичный голос из-за двери произнес: «Входите!», - мое сердце едва не остановилось.

Пани Лидка открыла дверь, но проходить вперед не спешила, пропуская меня прежде себя.

- Иди, иди! – твердила она, а я, став неожиданно неловкой, с подкашивающимися ногами, переступила порог светлой горницы, освещенной множеством свечей. Пани Лидка закрыла за мной двери, оставшись в коридоре, а я посмотрела на женщину, сидевшую передо мной на скамейке и прявшую пряжу с помощью старинной прялки. Я проследила за ее руками, ловко крутившими нить, а сама мастерица смотрела на меня, не прерывая работы.

Она была хороша и молода. С черными, словно вороново крыло, волосами и в алом, как сама кровь, платье. Умный взгляд ее больших глаз, казалось, проникал в самую душу, а на губах, сочных, словно плоды персика, расцветала улыбка.

- Я так долго ждала тебя! – произнесла она. – Здравствуй, Валеска!

- Откуда вы знаете мое имя? – начала было я и тут же осеклась.

- Не может быть! – то ли подумала, то ли произнесла я вслух. – Это вы?

Женщина рассмеялась и взяла из корзины огромные серебряные ножницы. Перестала прясть и вытянув нить, перерезала ее, после чего уронила в корзину, положив сверху ножницы. Колесо прялки перестало вертеться, и женщина снова обратила свой взгляд на меня. Я почувствовала, как немеет все тело и покалывает в кончиках пальцев. Наверное, я стала бледной, словно мел, но хозяйка дома встала, оказавшись значительно выше меня в росте, и заговорила, не переставая улыбаться:

- Если ты здесь, значит его время пришло!

- О ком вы говорите? – спросила я.

- Ты ведь уже поняла, с кем имеешь дело, девочка? – снисходительно произнесла женщина.

Я кивнула. Как же не понять. Бабушка часто рассказывала байки о ней. Но разве я могла подумать, что увижу саму Богиню Мару (7) вот так, лицом к лицу.

- Вижу, узнала! – она рассмеялась, заметив, как переменилось выражение моего лица.

- Госпожа! – я поспешила поклониться. Сердце забилось с новой силой, когда я поняла, где оказалась.

- Ну-ну! – проговорила Мара. – Перестань. Распрями спину и позволь мне на тебя взглянуть!

Я сделала, как она велела, но глядя в глаза богини с ужасом понимала, что смотрю в бесконечную бездну, за которой нет ничего, кроме вечной пустоты.

- А ты хороша! – последовал вердикт. – Князю Вацлаву повезло…

Мои брови приподнялись вверх.

- Так я здесь из-за него? – удивилась я. – Неужели князь… - и не смогла закончить фразу.

- Сейчас я расскажу тебе одну историю, а ты после поймешь, почему князь таков, какой он есть сейчас, - произнесла Мара и указала мне на место за скамьей. Присела сама и снова взялась за прерванную работу. Я же примостилась на самом краешке и, затаив дыхание, приготовилась слушать, уже понимая, что ничего хорошего мне эта женщина не расскажет. Богиня же только усмехалась, но не губами – смеялись ее глаза, в которых я видела мудрость веков.

«Сколько же она прожила на свете?» - подумала я.

Мара загадочно улыбнувшись, ответила мне:

- Я существую с тех самых пор, как появился этот мир!

И почему я не удивилась, узнав, что женщина умеет читать мысли? Неприятно, конечно, но на то она и богиня, чтобы быть всесильной, или нет?

- Я расскажу тебе историю об одном молодом мужчине, который родился ведьмаком, - меж тем, начала свою историю Мара. Она продолжала тянуть нить и пока не трогала свои ножницы, сверкавшие на груде обрезанных нитей. Мне отчего-то сразу стало дурно от одной лишь мысли о том, сколько душ сейчас стремятся в Навь (8), оторванные от тел, от жизни, оставившие после себя плачущих детей и любимых! А богиня тем временем, продолжала.

- Он был силен и слишком уверен в себе. Глава Братства разглядел потомка аристократического рода и мечтал, что когда-нибудь тот займет его место, но вышло так, что этот ведьмак совершил ошибку, за что должен был умереть. Его прокляли, - глаза богини торжественно сверкнули. – Прокляли те, с кем вместе, плечо к плечу, он сражался во имя людей, уничтожая нечисть и опасных тварей.

- Кто и за что? – спросила я, понимая, что Вацлав и есть герой ее рассказа. Мои подозрения подтвердились – князь когда-то был ведьмаком.

«Когда-то? – подумала я. – Кажется, ему не одна сотня лет! Как же много утекло с той поры воды!».

- Ведьмак был слишком молод и не хотел умирать, - Мара со значением приподняла тонкие брови и на секунду задержала нить, после чего наклонилась и снова взяла в руки эти ужасающие ножницы оборвав чью-то жизнь одним щелчком стали.

- И вмешалась судьба в виде одной сильной ведьмы, по имени Мария, - сказала богиня. – Они заключили договор, по которому ведьма должна была спасти молодого ведьмака, но проклятье было слишком сильно, уничтожить его можно было только одним единственным способом – наложив другое, не менее опасное и смертельное проклятье.

Я пока мало что понимала и Мара видела это. Но она не спешила и ее рассказ тек полноводной рекой, а не горным веселым ручейком.

- Мария прокляла ведьмака, заменив проклятье на другое. Он стал заложником времени, и его замок, вместе с теми, кто находился в нем, тоже застряли между жизнью и смертью.