Американский демон (ЛП) - Харрисон Ким

Слабеющий запах зомби среди надгробий резко поднял меня, и я задалась вопросом, как Гленн собирается справиться с этой ситуацией. Я знала, что он скрывал информацию и от меня, и от Айви. Не говоря уже о его отце в ФВБ. Его последние слова не вдохновляли: доверять ему и держаться в тени? С доверием я могла справиться, но когда это я держалась в тени?

Мысли закружились, я развернулась, чтобы войти внутрь, и остановилась, когда увидела обгоревшую заднюю часть церкви. Отсутствующие кухня и гостиная были пристроены в семидесятых годах, и первоначальная каменная стена была обгоревшей и уродливой. Остался только камин, но он был потрескавшимся, и его придётся снести. Было легко увидеть, где проходят трубы и трубопроводы, и когда я пробиралась через низкую стену, отделяющую кладбище от более упорядоченного цветника, я подумала, можно ли было провести инспекцию моей кухни. Если бы она была похожа на любую другую тульпу, она была бы настоящей. Действительно реальной. Разрешение и проверка реальные.

Но, как и во всем остальном, я бы заплатила за это. Изготовление тульпы такого размера и сложности, как кухня, вывело бы меня из строя на неделю. Ал был единственным демоном, которому я доверила бы проникнуть в мой разум и отделить конструкцию от моей психики, не говоря уже о том, чтобы присматривать за мной, пока я выздоравливаю. Мы не создавали конструкцию с тех пор, как мистики говорили со мной. Казалось, он был в порядке с тем, как обстояли дела, но я не была уверена, что ему было комфортно находиться в моих мыслях. Но когда я посмотрела на руины церкви, я решила, что попрошу его после Дня Благодарения.

«Если мы оба выживем», — подумала я, и мой гнев на Ходина снова поднялся. Черт возьми, я действительно верила, что смогу помочь Алу для разнообразия.

Знакомый гулкий звук привлек мое внимание к улице. Это был мотоцикл Айви, и я направилась к воротам, когда двигатель заглох и в новой тишине раздался мягкий щелчок опускающейся подножки.

Чувство потерянного Камелота кольнуло мою душу, когда я подошла к воротам, наблюдая за ней из-за влажного дерева. Плавными и неторопливыми движениями она слезла с байка, растрепала свои длинные черные волосы, положила шлем на сиденье и достала маленький бумажный пакет из одного из маленьких боковых отсеков. Каким-то образом, даже после ночи в башне ОВ, проведенной с бюрократией и голодными вампирами, она умудрялась выглядеть стройной и сексуальной. Бумажный пакет трещал, пока ее длинные ноги беззвучно преодолевали расстояние от байка к дверям церкви.

Я набрала в грудь воздуха, чтобы позвать ее, но потом она остановилась, заскрежетав каблуками, и повернулась прямо ко мне.

— Эй, привет, — сказала я, когда она посмотрела на меня, и я подавила дрожь, толкнув ворота и захлопнув их пинком. — Я подумала, это твой байк.

— Привет, Рейчел. — Ее голос был низким и хриплым, и я замедлила шаг. Судя по всему, у нее была тяжелая ночь, а это означало, что она будет на взводе, быстро сделает поспешные выводы и проголодается. — Извини, я опоздала. Мне потребовалось больше времени, чем я планировала, чтобы убедить всех участников.

С руками, полными цикория, одуванчика и грушанки, я остановилась перед ней.

— Ты не…

Она улыбнулась, сверкнув на меня своими острыми клыками, и я поняла, что с ней все в порядке.

— О, все обвиняемые были сговорчивы после того, как я сказала им, что ты пытаешься доказать их невиновность. — Она согнула свободную руку, как будто ей было больно, и ее лоб разгладился. — Ничего такого, с чем я не смогла бы справиться. Нина получала от этого удовольствие. Ты выглядишь усталой.

— Я не спала прошлой ночью, — сказала я, решив не рассказывать ей о последнем нападении баку. Я справилась с этим.

— Шесть образцов. — Она протянула мне сумку, хмуро глядя на мои грязные пальцы. — И шесть пожертвований, чтобы убедиться, что ты видишь то, что есть, а не выдумываешь результаты. Они все помечены.

— Пожертвования? — спросила я, и ее широкая улыбка вернулась.

— В основном вампиры, но у меня есть ведьма и оборотень тоже. — Потянув плечо, она поморщилась.

Я заглянула в пакет и увидела двенадцать аккуратно помеченных флаконов. Айви знала свою работу.

— Спасибо. Я не втягиваю тебя в неприятности?

— Не больше, чем обычно, — криво усмехнулась Айви, и я подняла глаза, ожидая продолжения истории. Ее взгляд переместился на колокольню после слабого удара изнутри, затем упал на меня. — Меня предупредили, — сказала она, гнев омрачил ее цвет лица. — Сказали, что ситуация решается, и чтобы я держала свои клыки подальше от этого.

— Дерьмо на тосте, — прошептала я. — Это приказ?

— Такое у меня сложилось впечатление. Они были здесь достаточно долго, чтобы знать, как уничтожить одного из старых мертвецов, не попавшись, и никто не будет подставлять свою шею. Домоседы — трусы. Все они. — Взгляд Айви метнулся к церкви на приглушенный звон с колокольни.

— Бис? — предположила Айви, и я пожала плечами. Какого черта Дженкс делает там, наверху?

— Если у тебя здесь хорошо, мне нужно домой, — сказала Айви, ее мысли явно были где-то в другом месте. — Сегодня вечером из Вашингтона приедет старая нежить, и мне нужно прибраться.

«А вот и вишенка на моем дерьмовом мороженом», — кисло подумала я. Но с Ринном Кормелем, менее эффективным, старая нежить захотела бы, чтобы кто-то, кого они знали — например, тот, кого они могли контролировать — отвечал за вампиров Цинциннати. Бумажный пакет затрещал, я обняла ее и слегка сжала.

— Спасибо. — Много значило, что она не только верила в меня, но и была рядом, поддерживая меня единственным доступным ей способом.

— В любое время, — прошептала она, а затем отстранилась, унося с собой восхитительный, сумеречный аромат вампирских благовоний. — Дай мне знать, что узнаешь, — добавила она, начиная пятиться назад, с носка на пятку. — Не думаю, что ОВ отпустит этих людей, даже если ты докажешь, что это были не они. У моего босса чуть не лопнула вена, когда я заговорила о баку, — она поморщилась, снова потягиваясь. — Кто-то действительно хочет, чтобы здесь было тихо. Хотя прошлой ночью убийств больше не было.

— Правда? — Я обеспокоенно нахмурилась. — Это хорошо, — сказала я, но это было не так. Это означало, что баку закончил валять дурака. Он шел за мной… пришел за мной. Я больше никогда не засну.

Айви помедлила возле своего байка.

— Ты в порядке?

Мои блуждающие мысли вернулись.

— Да… — медленно сказала я. — Дженкс со мной. Скажи Нине, что на День Благодарения может быть еще один. Зак Оборн. Почти шестнадцать. Эльф. Сбежал из Дьюара.

Взмахнув волосами, Айви снова надела шлем.

— Конечно, и он тоже, — сказала она, застегивая шлем. — Увидимся дома.

Я кивнула, когда она завела байк и безмятежно покатила по улице, возвращаясь к своей жизни.

Вздрогнув, я повернулась к церкви, мои глаза проследили за искоркой яркой пыльцы, которая вылетела из щели в заколоченном окне и стрелой устремилась вверх. Изнутри донесся гневный рев. Кто-то был в моей церкви, кто-то разозлился от этого звука, и внезапно колокол, звучавший раньше, приобрел новое значение.

Я свистнула Дженксу. Он сразу же взял меня на мушку и упал, как камень. Он смеялся, что было не очень утешительно, когда я увидела его садовый меч в одной руке и пучок темных волос в другой.

— Кто здесь? Дэвид? — Я догадалась по волосам, и Дженкс ухмыльнулся.

— Ходин, — сказал он, весело смеясь. — Он появился, крича о том, что ты украла его проклятие. Я не знаю, в чем его проблема. Его волосы снова отросли. Почти так же быстро, как его ухо.

— Всегда заводишь друзей, а, Дженкс? — пробормотала я, когда он приземлился мне на плечо. Я поднялась по лестнице, пробираясь между тарелками с едой и замороженными цветами. — Ходин? — позвала я, распахивая дверь. — Я слышу, как ты кричишь всю дорогу с улицы. Я должна жить с этими людьми, ты же знаешь. — Черт возьми, до Поворота и обратно. Он все еще шпионил за мной.