Ты мне… жена! - Анастасия Максименко

Второй вариант, на мой вкус, самый безобидный, — наложить на бальные маски иллюзорные чары. Но тут оставался риск, что маска может слететь вместе с личиной. Плюсом к маске — иллюзорные амулеты, слепок ауры, — и всё, так скажем, готово, но и амулеты могли попросту слететь, как и маска. Именно этот вариант был единственным изначально.

И третий вариант — ритуал морфизма. Нечто вроде духовного перемещения. То есть, при проведении подобного ритуала мы в самом деле меняемся телами друг с другом, а разрывался он и вовсе просто: нужно было четко представить себя в своём теле и проговорить специальный речитатив. Только побочный эффект такого ритуала — возможность застрять в теле другого человека. Как-то так.

Сидим на «военном» совете в королевском кабинете.

― Как по мне, проще всего остановиться на втором варианте с иллюзорными чарами, меня не прельщает застрять в теле эльфийки или случайно оказаться запертой в мужском, ― буркнула, потерев ладони. ― Вы вообще уверены, что эльфа согласится на наши махинации?

― Как я тебе и говорил, у принцессы нет выбора, да и я с ней уже договорился, Мархель согласилась. Даже как-то слишком быстро, ― усмехнулся король, на его лбу возникла хмурая складка. ― Жаль, на ней был какой-то амулет, экранирующий ментальную магию, я не смог её прочесть, а за всеми этими дурацкими тряпками, в которые она, согласно традициям эльфов, была закручена, по лицу ничего не прочесть, только глаза, живые, красивые, ― прищурился мечтательно. Мы с порошком ехидно переглянулись.

Путем долгих споров было принято решение всё-таки применить оборотное зелье, даже если в него случайно попадет чужое ДНК, то через пару часов мы все так или иначе примем свой истинный облик, не то что при перемещении душ, но и также решили зачаровать маски.

Мы спокойно переночевали в тех же родимых комнатах, что выделил в прошлый раз король, довольно мирно провели первую половину дня, я даже изучила тот самый клюдет, до которого в прошлый раз и дотронуться толком не успела. Вместе с инквизитором прогулялись по красивому дворцовому саду, с удовольствием посмотрели постановку кукольного театра, — прикольная штука. Перекусили пирожными на фуршетном столе, а вот принцессы, что вчера, что сегодня не наблюдалось, хотя её соотечественники, остроухие мужики, без зазрения совести шлялись тудым-сюдым по дворцу, в то время как несчастная Аполлинари наверняка сидела запертая в четырех стенах. Узурпаторы остроухие, блин!

Надо сказать, эльфы — народ довольно красивый и не совсем такой, как частенько описывались в книгах. Оттенки волос у них не только золотые да белоснежные, но имелись среди этой братии и шатены, пусть их было меньше блондинов. Внешность — да, у всех, как на подбор, сказочно-прекрасная, я бы даже сказала: пластмассово-кукольная, телосложение более худосочное, хотя видела одного шкафоподобного эльфа, странные чувства он у меня вызывал. Какие-то неприятные.

Время незаметно подкрадывалось к часу Х.

Бал должен был начаться в семь вечера, в пять мы с инквизитором под заинтересованными взглядами придворных и шушуканье, которое я уже и не замечала, вернулись в свои покои, где лично мной мгновенно занялись молчаливые служанки, сначала отодрав конкретно в ванной, не забыв втереть в кожу всякую вкусно пахучую мазь, да и без скрабов не обошлось, затем помогли облачиться в темно-синее, красивое, струящееся по ногам платье с кружевом и россыпью драгоценных черных капелек-камней. Чем-то платье напоминало предыдущий наряд, в котором я танцевала с Темнейшим. Волосы оставили распущенными, только собрали у висков, заколов сзади гребнем, густо украшенным бриллиантами, и подвили на концах. Закончив, мне передали рубиновую кружевную маску и, безмолвно поклонившись, отступили назад. С любопытством уставилась на себя в зеркало, тепло поблагодарив служанок. Такая я себе очень нравилась. И всё же мне привычней штаны и пуловер, но иногда, — почему бы и нет.

Дверь покоев отворилась, и в помещение вошел кейн Хард, служанок сдуло в коридор ветром. Обернулась к супругу, залюбовавшись им, боже, боже, как я много раз говорила, этому подлецу, ну, всё к лицу. Сейчас на Темнейшем сидел как влитой деловой костюм со стрелочками на брюках, красиво облегающие его крепкие ноги, волосы уложены в несколько небрежную прическу, на губах — лукавая, мне показалось, восхищенная улыбка, в пальцах он держал такую же, как и у меня, только черную маску.

― Ты прекрасна, ― бархатно выдохнул кейн Хард, ласково огладив мои оголенные руки, скользнул на барачную, пока спрятанную магией вязь, погладив область кончиками пальцев. Вредная татуировка радостно проявилась.

― Ты тоже, как обычно, безбожно красив, ― улыбнулась, ненавязчиво выпутывая окольцованную конечность, поправила воротничок его белоснежной сорочки и, привстав на носки, прикоснулась губами к твердым губам, легонько скользнув языком по нижней.

Инфернальные очи потусторонне сверкнули, мне даже показалось, зрачок немного вытянулся. Мотнула головой: игра света? Не уверена. Поцелуй углубился, бессовестно кружа голову и распаляя желанием вены.

― Скорей бы объявить тебя своей, ― шепот-стон, легкие поцелуи за ушком и по виску.

― Разве много от этого изменится, господин Темнейший? ― усмехнулась, поправляя локоны.

― Для меня, да. Я смогу находиться с тобой как можно чаще.

― Ты и так находишься рядом.

― Не так много, как мне того хотелось. Ты против?

― Нет, уже нет.

― Хорошо, ― сексапильная улыбка. ― По завершении бала, моя сайера, когда мы вернем себе наши личности, ― напомнил кейн Хард, хотя мог и не напоминать.

― Скорее, когда король натешится, ― проворчала беззлобно под смешок драгоценного порошочка.

Тайными переходами вошли в одну из отдаленных гостиных дворца, она называлась Сиреневой, и действительно, стены были отделаны сиреневой тканью с серебряной декор-отделкой, а также диванчики, пуфы, да и вообще вся мебель, включая ковер, имела тот же одноименный оттенок. Честно говоря, мне не нравилось, глазам неприятно, но это ладно.

Вместе с нами из противоположного нашему перехода вышел принаряженный король. Мимолетно отметила: он был в похожем, как у Сансейта, костюме, только венценосный лоб украшал королевский обруч, на плечах — длинная бархатная мантия. Величество за руку вел девушку, закутанную в черное плотное полотно с головы до ног, только небесно-голубые глаза наружу торчали. Это одеяние сильно смахивало на паранджу, хотя, как по мне, паранджа и есть!

Король с порошочком обменялись рукопожатиями, мы с девушкой с интересом друг друга изучали, и вот честно: она с первого взгляда не показалась мне ни забитой, ни робкой, ни жертвенной овцой, хотя не сказала ещё ни слова. Но