Вышитые сны маленькой гианы - Олла Дез

Все просто, если бы не то обстоятельство, что точно так же мы думали и насчет Белой Башни. Но тут, как возражал на мои сомнения Гидеон, полежать с кусом перил у основания лестницы помешать нам никто не может. Все было логично, но….

Решено было отправиться в дом-торт рано утром. К вечеру, как известно, всякая мерзость вылезает. Только вот и в Башню мы отправились утром.

Уже вечером, сидя возле уютного камина, мы обсуждали возможные варианты, прокручивали те или иные версии и тут я увидела, как Лу задремала прямо в кресле. Я приложила палец к губам, показывая, что следует приглушить наши голоса, чтобы не разбудить спящую девушку.

Сама же я встала, укрыла Лу пледом и потушила стоящую рядом лампу с вышитой в ручную абажуром. Абажур был удивительно хорош, как будто незнакомая мне гиана приложила руку к его созданию. Такие абажуры были очень популярны в викторианской Англии. Фигурные основания лампы выполняли из бронзы, расписывали или инкрустировали цветным стеклом, керамикой или полудрагоценными камнями. Абажуры же шили из богатых тканей: шелковой, бархатной, атласной. Дополняли бахромой с бусинами и вышивкой. Это были произведения искусства. Мне довелось однажды оценивать такой в моей прошлой жизни. Я вздохнула и осторожно стала отходить от кресла, где спала Лу, стараясь ее не разбудить.

Но все усилия были перечеркнуты громким криком, который издала Лу. Она закричала очень громко и испуганно. Открыв глаза, девушка закричала.

— Мананангал, Мананангал!

И почти сразу же Лу очутилась на коленях у Стронтиана, который легко подхватил её, и сел в кресло сам. Он прижал головку Лу к своей сильной груди и стал ей что-то нашептывать, глядя при этом по голове. Лу закрыла глаза и снова провалилась в сон.

Мы все сидели затаив дыхание, а Стронтиан поднялся и с Лу на руках отправился в её комнату. Вернулся он быстро. Я даже и не ожидала, что он покинет Лу так поспешно. Испугался искушения? Так. Не о том думаю.

— Кто такой Мананангал? — задала я самый главный вопрос.

— Ведьма это. Жуткая ведьма. Ну, вот мы и узнали, кто живет в «Пряничном домике», — ухмыльнулся совсем не весело Гидеон.

— А поконкретнее? — не унималась я.

— Ведьма-людоедка. Еще и вампир-кровосос. Все и сразу. Про нее не так много известно. Она любит сладкое, а еще она ядовита. Её слюна, так же как и слюна милой собачки из Белой Башни, ядовита. Я думаю, именно ей и пропитан весь дом, — хмуро сказал Стронтиан.

— А убить её можно? — не унималась я.

И почему я из них все вытаскивать как клещами должна?

— Можно. Как и любую ведьму, только вот непонятно как это сделать, — мрачнея на глазах, ответил Гидеон.

Понятно. Они и сами не знают.

— Слышал что-то насчет специального хлыста. Только вот что за хлыст и где его брать? — Стронтиан был в явном замешательстве.

Не часто оба Владыки не знают, что им делать.

— Давай я прикажу снести к фавнам этот проклятый дом? — Гидеон выглядел не решительным, а слегка растерянным.

— Ну, снесешь ты его? А дальше что? Ведьма переедет в другой дом, убив там всех жителей. Потом будет долго и нудно переделывать его. И как итог — ты получишь ту же проблему, отложенную во времени и не нужные жертвы. Не говоря уже о том, что нам необходимо выполнить пророческий сон, — урезонил его Повелитель.

— Но дети как-то выбрались же? — я встала и принялась расхаживать по комнате.

Невозможно было сидеть в кресле от таких новостей. Я как тигр в клетке, бьюсь, а выхода нет.

— Детям невероятно повезло. И связано это было с кухней и печкой. То ли они её туда предложили засунуть, то ли она их туда засовывала, а они не влезали. Не понятная история, но точно связанная с готовкой и очагом, — просветил меня Гидеон.

— Да, я это помню. Они её якобы посадили на блюдо и в печь запихнули. Только вот звучит это странно и глупо. Не полезла бы она на блюдо и уж точно не дала бы себя в печь засунуть, — кивнула я.

— Это древняя ведьма и на такие глупые уловки точно бы не повелась. Но с другой стороны дети совершенно точно помнили кухню. И именно на ней что-то случилось, после чего они пустились наутек и умудрились добежать до выхода, открыть дверь и убежать. Что-то на этой кухне её задержало и выбило из колеи. Вот бы понять что? И главное, зачем она вообще туда детей повела? — продолжил рассуждать Гидеон.

— А приготовить и съесть? — удивилась я.

— Хм… Далия, как бы так вам сказать то. Хм… Ведьмы едят сырое мясо, — Гидеон встал с кресла и протянул мне руку, на которую я машинально оперлась, потому что в голове от ужасной картинки там мелькнувшей, помутилось.

— Гидеон, она…

— Тише, Далия. Вы очень храбрая и смелая. Вы справитесь и с этим.

Меня обняли. По краю сознания я услышала, как почти бесшумно закрылась дверь. Это Стронтиан ушел. А почему он ушел, мы же не договорили? Но в голове был полный сумбур, и я отрешенно понимала, что меня уже не просто обнимают в дружеском участии. Гидеон целовал мою шею, его настойчивые руки крепко прижимали меня к себе. Я потерялась в ощущениях, это как резко выпрыгнуть из портала в незнакомом лесу и ты понятия не имеешь, куда идти. Вот я не могла понять, почему до сих пор не остановила Гидеона. Его губы выцеловывали мою шею, а руки расстёгивали лиф платья. И только когда я поняла, что платье вот-вот предательски упадет к моим ногам, я опомнилась.

— Нет! — и я уперлась ладошками в его широкую грудь.

Гидеон отпустил в то же мгновенье. Я отступила на шаг, подхватила сползающее платье, торопливо застегивая крючки на груди.

— Прости. Я снова поторопился.

Я покачала головой. Поторопился? Нет! Это всё не стоило и начинать.

Гидеон сделал шаг ко мне, но я решительно выставила вперед руку в предупреждающем жесте и повторила.

— Нет!

Было странно наблюдать, как этот большой и сильный маг, король и властелин, покорно кивает и отступает от меня. Не было ни малейшей попытки с его стороны к чему-либо принудить меня, или применить силу. И это подкупало. Вдруг захотелось забыть про все запреты и препятствия и подойти к нему самой. Провести пальчиками по широкой груди, уткнуться носом в шею, вдыхая его мужской аромат. Я даже глаза закрыла, стараясь отогнать видение. Открыв их, наткнулась на внимательный взгляд Гидеона. Нда. Он привлекает меня, и