Академия для наследников - Анастасия Ольховикова

от диких, и с той поры нападения извне прекратились. Завоевателям, во время становления границы оставшимся на территориях человечества, пришлось распрощаться с жизнью. Один из них, испуская свое последнее дыхание, и наказал людям: всех сильнейших потомков дикой крови уничтожать. Иначе разрушения они породят непредсказуемые.

Сами демоны знали, как бороться с этим, и, постепенно разбредаясь по диким землям, стали основывать свои владения. Так появились территории Тьмы и Света, Огня и Воды, Земли, Воздуха и Времени. На них и зажили самые смелые из воплощенных злобных духов.

– А слабые? Те, которые остались на туманной земле? – поглощенная услышанной историей, спросила я.

– Слабые… они продолжали накапливать свою горечь. Им не была страшна сила могучего темного демона. Они стали самим воплощением Тьмы, Морин.

– Тебя поэтому туда отправили, – догадалась я. – Чтобы отдать свои резервы слабым духам…

– Да, птичка. Мне показали изображение места, где я должен был оказаться, и велели не возвращаться, пока я не обуздаю свою жажду уничтожения.

– Ты…пробыл там пять лет?.. – ужаснулась я.

– Четыре, – поправил меня Гейл. – Не волнуйся, я вернулся вполне живым и здоровым. Просто стал выглядеть старше. По моим ощущениям должно было пройти не менее десяти лет.

– Ты…покорил силу? – к моему удивлению, Эвангелион отрицательно покачал головой.

– Духи преподнесли мне запоминающийся урок. Когда я задал им вопрос, что мне сделать, чтобы не принести никому вреда, они сказали только одно: «Сначала ощути боль, которую принесешь, если забудешься». Тогда–то я и повзрослел.

– Они…заставили тебя?

– Заняли мое тело подобно тому, как духи из–за грани проникают в твое. И оставили о себе прощальный подарок – чтобы я всегда помнил, чем может обернуться неумение держать себя в руках.

– Какой подарок? – уже зная, что ответ мне не понравится, спросила я.

– Часть из них навсегда поселилась внутри моей Тьмы.

– И потом тебя отпустили? – с надеждой посмотрела я на любимого.

– Нет. В награду за то, что прошел испытание, меня научили всему, что теперь я знаю из некромантии. Так что когда я вернулся к родным, вопрос о дальнейшей судьбе даже не возникал: я решил уйти к людям. Противостоять обученному темному демону не решился никто, пусть во мне была всего половина дикой крови, и мы с матерью перенеслись на территории семи королевств. Ну а там узнали, что некромантам нужен преподаватель, вот моя судьба и была решена.

– Получается, у тебя родители живут порознь? – почему–то после захватывающего начала отношений темного демона и мага времен этот факт расстроил меня больше всего.

– Нет, – Гейл пропустил мои волосы сквозь пальцы, чтобы затем наклониться и накрыть мои губы своими. – Мама вернулась к отцу. Они вместе по взаимной любви.

– Значит, слезами тебя после испытания духами не проймешь, – сделала я совершенно нелогичный вывод после его слов.

Даже в темноте было видно, как вытянулось лицо Эвангелиона.

– Морин? – только и произнес он.

– Ты ведь не на слезы отреагировал, когда переносил меня сюда. По–хорошему, ты, подобно своему отцу, должен был стоять на своем до конца, – пояснила я. – И все же сдался. Но до этого ты упорно сопротивлялся, говоря, что нам нельзя быть вместе. Что же изменилось, Гейл?

– Идипикус, – сознался некромант. – Когда мы проводили его вызов, он…в твоем теле поцеловал меня и показал тот момент в коридоре, когда ты сказала, что отдашь мне свой свет. Это было уже…выше моих сил, милая. Это самый ценный подарок, который ты могла мне преподнести.

Я зарделась, надеясь, что Гейл не расценит мое молчание как смущение, и поспешила рассказать свою часть видения:

– А мне он показал твое обеспокоенное лицо как раз перед этим. Гейл! – выдохнула я изумленно. – Так ведь это он свел нас!

– Не думаю, – в темноте вновь раздался тихий смешок. – Просто ускорил процесс сближения в своих интересах. Ведь его задача – избавить тебя от Дария. А мы пока почти в этом не продвинулись. Как же мало ты видела из того, что произошло в будущем, – тут же поддразнил он меня, – видимо, Цериус знал, что неопытным принцессам такое еще рано показывать.

Нет, мне ведь не мог показаться кончик его высунутого языка! Рассердившись, я приподнялась только для того, чтобы обхватить его губами, чем заставила Гейла тут же растерять всю несерьезность.

– Птичка взмахнула крылышками, – неловко пошутил некромант, когда поцелуй закончился.

– Птичка становится демоненком, когда дело касается тебя.

Большего признания ему не требовалось. В тот миг мы любили друг друга с огромной нежностью.

Я проснулась оттого, что чудовищно захотелось пить. Осторожно выползла из–под руки Гейла, замоталась в простыню и в предрассветных сумерках отправилась на поиски кувшина с водой. Тот обнаружился в гостиной на очень знакомом столе, окруженном двумя не менее знакомыми креслами. Подхватила стакан рядом с кувшином, наполнила, сделала первый удовлетворенный глоток. И вот тогда–то чужая рука и схватила меня за горло. Испугавшись, я выпустила стакан из рук, и он с грохотом покатился по полу. Я принялась отбиваться от нападающего, пытаясь позвать Гейла на помощь. Меня прижали к чужому телу так сильно, что кожа оцарапалась о грубую ткань куртки, в которую был одет незнакомец. Сверху – он был выше на добрую голову – раздался предупреждающий шепот:

– Не трудись. Сложно совладать с демоном воздуха, когда спишь, а дышать нечем. Будь ты хоть самым сильным демоном Тьмы, без этого даже ты жить не сможешь.

– Гейл… – все же прохрипела я.

– Если так хочешь, мы можем пойти и проведать его, – вновь смилостивился шепот. Меня потащили обратно к спальне, ослабив хватку на шее и перехватив за талию.

Пока неизвестный отвлекся, я постаралась успокоиться и провалиться в состояние транса. Мне необходимо было знать, кто именно напал, хотя бы для того, чтобы при удобном случае суметь дать отпор. Расплывающиеся очертания предметов дали понять, что попытка оказалась успешной, а брошенный на не скрытую курткой кисть злоумышленника взгляд позволил увидеть ярко–голубое марево, окружающее ее очертания. Водник! В спальню меня тащил водник…

Будто в подтверждение моих мыслей, тело сковала странная немощь. Передвигаться стало слишком тяжело, и я никак не могла понять, что же со мной происходит. Голова кружилась, так что я перестала контролировать состояние транса, и меня вышвырнуло обратно в