Не подавай виду - Людмила Семенова

есть что возразить по существу, кроме абстрактного рассуждения о правах?

— Ну а если бы ты не имел такой силы? Страшный ты все-таки человек, Илья, как и твоя чудовищная прабабка.

— Я такой, какой есть, Лена! Мы такие, какие есть. Что же ты за помощью обращаешься именно ко мне, а не к закону и порядку? — усмехнулся он. — А я тебе скажу. Закон и порядок защищает не только тебя, но и твоих бывших подруг, их никто не лишал гражданских прав. И по закону им, возможно, вообще ничего не будет, как и по морали: презумпция невиновности, недостаточная доказательная база, отсутствие принуждения. Так вот тебе нужна помощь, защита или весь этот пустословный шлак? Ответь себе честно на этот вопрос и не суди меня.

— Да, прости, — вздохнула Лена. — Просто я долго думала об одной вещи. Если ты наделен такой силой, то почему не заставил меня поумнеть и полюбить Яна?

— Изящный ход с твоей стороны, но увы, Лен, не по адресу. Я не всемогущий, а тогда вообще ничего толком не умел, но всегда признавал, что виноват не меньше тебя.

— Ладно, это я немного шучу, чтобы не сойти с ума, Илюша. Мне ведь очень страшно, и тошно еще тебя с Яном втягивать. Но мне реально некуда деваться! Я не хотела тебе говорить, но из-за них погиб человек.

— Вот как?

— Да, но я тут ни при чем, честное слово. Просто оказалась в курсе.

— Успокойся, я тебе верю, но чего они от тебя хотят? Денег?

— Нет, они хотят, чтобы я участвовала в их мерзких проектах. Им «кадры» нужны, молодые симпатичные женщины. До меня они за эти годы кого-то нанимали, но ненадолго, а теперь решили расширяться.

— Ладно, — Илья перешел на шепот. — Как этот человек погиб?

— Не знаю, я видела уже труп, это какая-то незнакомая женщина. Они увезли ее, а я давно подглядела, куда они прячут запасные ключи, и сбежала. Через перелесок выбралась к шоссе, пешком дошла до ближайшей платформы и там просидела до первой электрички в половине шестого. А они начали меня доставать звонками и смс-ками и угомонились только когда поехали на отдых. Ну, то есть не совсем на отдых, а решили ненадолго залечь на дно после этого случая. Вот я и решила этим воспользоваться.

— И правильно, я разберусь во всем и тогда уже обратимся в полицию, так, чтобы они не сумели тебя приплести. Ты больше никому не говорила?

— Нет, что ты! Кому еще такое можно доверить?

Лена вдруг прервалась и заплакала.

— Эй, ты что? — встревожился Илья. — Ну-ка перестань, вдруг Ян сейчас вернется? Иди сюда.

Он положил руку на ее плечо, она склонилась к нему и устало прикрыла глаза.

— Все будет нормально, Леночка, я обещаю. Продержись несколько недель и снова сможешь жить спокойно.

— Может быть, еще не поздно отменить все? — шепнула она. — Давай уедем все вместе, с Яном! В другой город, или в Финляндию, к тем вашим знакомым. Я паспорт поменяю и они ничего не найдут...

— Лена, ты куда так заторопилась? Притормози, остынь. Мы будем прятаться, как преступники, а они — весело проводить время и доводить людей до смерти? Меня такой расклад не устраивает.

— Да ты пойми, Илья! Мне за тебя страшно, они же действительно опасны.

— Успокойся, — сказал он, сжав ее руку. — Они просто женщины, а я колдун, хоть мне пока и далеко до Кайсы. Но калечить не буду, не волнуйся, просто немного попугаю. А сейчас ты придешь в себя и запомнишь то, что я скажу, ладно?

Лена покорно кивнула.

— Мне не звони, я все равно мобильный не возьму с собой. На связь буду выходить сам, по возможности: там неподалеку есть почтовое отделение с телефоном, компьютером и каким-никаким доступом в интернет. И буду звонить только на домашний номер, а все звонки на мобильный с незнакомых номеров сразу блокируй. Если понадобятся дополнительные меры, я сообщу, но по улицам без нужды лучше не гулять. Да, это неприятно, но я тебе обещаю все уладить как можно раньше.

— Спасибо, Илья, — тихо сказала Лена. — Я хотела кое-что тебе отдать, ну вроде как на счастье. Вот, посмотри.

Она вынула небольшой конвертик, в котором обнаружилась одна из немногих свадебных фотографий. Края чуть обтрепались, но было видно, что снимок хранился очень бережно.

— Я всегда держала ее при себе, не знаю даже почему. Пусть теперь она побудет у тебя, — сказала Лена и погладила его ладонь.

— Спасибо, я буду ее беречь. К сожалению, нам пора, — произнес Илья. — Я пробуду с Яном в пансионате два дня, потом уеду, а он еще поживет там, и ты сможешь ему позвонить. А сейчас поезжай домой, и пусть у вас с матерью будет спокойная новогодняя ночь.

— Можно тебя обнять напоследок?

Илья безмолвно привлек ее к себе и она зарылась в складки его куртки, пахнущие лесом. Исходящая от него прохлада обволакивала будто спасительный дурман, из которого не хотелось выходить. «Замерзнуть бы так навсегда, во сне...» — пронеслось у Лены в сознании, и Илья тут же строго на нее взглянул.

— Не смей, — сказал он. — Посмотри лучше туда.

У дверей, рядом с елкой, стоял Ян и глядел в сторону родителей с улыбкой. Лена разрумянилась и смущенно прикрыла лицо.

— Это тебе, — сказал Ян и протянул ей большую плитку шоколада и букетик из елочных ветвей.

— Спасибо, зайчик, — промолвила Лена. — Можно поцеловать тебя в щеку?

Ян охотно подставил матери порозовевшее от уличного холода лицо и прижался носиком к ее щеке.

— Не плачь, а то у тебя нос потечет, он уже красный, — заметил мальчик.

— Узнаю! — улыбнулась Лена, взглянув на Илью. — Ладно, договорились: никто больше не плачет, все едут праздновать Новый год. Будете себя хорошо вести, ладно?

— Он точно будет, а я как повезет, — сказал Илья. — Ну давай прощаться, Лен, не надо больше затягивать.

Лена с тревогой взглянула на бывшего мужа, которого привыкла считать непроницаемым и непоколебимым, и впервые подумала, чего ему стоило и это решение, и ее уход десять лет назад. Он мягко, по-родственному поцеловал ее в губы и повел к стоянке такси.

Новогодняя ночь плохо