До встречи в реальности - Кара Райр

— Я ждала тебя долгие годы, упорно верила, что я не одна в этом мире, что меня кто-то да понимает, у нас с мамой были тяжелые отношения. Я получилась травмированным ребенком.

— Ты получилась просто невероятной, — не дав мне договорить, он сжал крепко мою руку. Эмоциональное напряжение росло.

— Ты меня совсем не знаешь. Каким я была подростком, какой я была до встречи с Ником.

— За свою долгую жизнь я неплохо научился разбираться в людях. Ты любимая дочь Владислава Хайла, ты станешь величайшим вампиров в истории этого мира и ничто тебя не остановит. Как только я увидел тебя, когда ты родилась, я сразу понял, что это мой шанс научиться быть хорошим. Второй шанс. Третьего не будет. Я хочу лишь быть достойным называть себя отцом. С Ником все было по-другому, я жаждал воспитать воина, защитника, но я не знал какого это, вообще, быть отцом, у меня не было достойного примера.

Я молчала, молчала и плакала. Папа сильнее сжимал мою руку.

— Отцы приносят своим дочерям боль. Даже если их нет рядом, и даже если есть. Ты была такой маленькой и чудной, мы с матерью решили, что так будет лучше, она не была уверена, что я изменился, хотела защитить тебя.

— Не надо пап ее оправдывать, всю свою жизнь я жила во лжи: друзей, мужчин, которые мне нравились, как оказалось, даже родная мать всю жизнь скрывала, кто я такая. Но не будем лить слезы понапрасну, — я протерла свою щеку рукой, — теперь нам нужно как-то все направить в нормальное русло. Сейчас я счастлива, и я так боюсь все это потерять. Я обещаю, что буду сильной, такой, какой ты меня представлял, все эти долгие годы.

— Я не сомневаюсь. Когда я был в плену, мне казалось, что ты ненавидишь меня. Меня ведь никогда не было рядом, а когда был, ты не помнишь, Агата заставила тебя забыть все свое детство. Я должен был быть рядом с тобой, но я боялся, что разочарую тебя. У меня не было сил сражаться, я не понимал за что. Теперь чтобы восстановиться, мне нужно много времени.

— У тебя есть я и Ник. Жизнь так вот лишила нас детства, это шрамы на всю жизнь, пап…

— Дело в том, что шрамы затягиваются.

— Нет, не правда, затягиваются раны, шрамы остаются навсегда.

— Возможно ты права. Ты должна перестать жить прошлым и бередить эти раны, будем теперь только в настоящем. Знай одно, мои дети — мое самое главное сокровище. Я больше вас не брошу и всегда буду рядом, обещаю, — он обнял меня так крепко, как только могло позволить мое хрупкое тело.

Алик

С утра я всех предупредил и поехал на материк. Меня там ждало важное дельце. Настроение, конечно, было бешенным, но и очень тревожным. Я ждал своего гостя в кафе, на веранде, под огромным белым навесом от солнца. Пил кофе, нервно стучал по блюдцу ложкой.

— Привет, — наконец-то она пришла. О, это была Люсия. Блондинка, с которой я познакомился в клубе.

— Здравствуй, — моей радости не было предела. Наконец-то она приехала.

Три часа спустя

Я вернулся на остров с огромным букетом белых роз для Карины. Быстро шмыгнул в дом, чтобы она меня не заметила. Было тревожно. Уже вечерело, я вышел на улицу, Карина, Ник и Влад играли в карты в беседке. Я смотрел на них со стороны и думал, как же все-таки мне повезло, прожить столько лет и в конечном итоге оказаться в атмосфере любви и понимания.

— Кара, можно тебя? — подойдя к беседке вплотную, спросил я.

— Конечно.

Выражение ее лица было вопросительным, но в тоже время таким радостным. Влад ухмыльнулся, я посмотрел на него и мотнул головой, получив в ответ такой же одобрительный кивок.

— Что-то случилось? — Карина взяла меня за руку.

— Пойдем прогуляемся?

Мы шли в сторону пляжа по тропинке.

— По этой же дороге мы гуляли в первый раз.

— Я помню, это ведь было три месяца назад, — она шла вприпрыжку, солнечные лучи заката придавали ее волосам чарующий блеск.

— Смотри, не упади.

— Так следи за тем, чтобы я не упала, — захихикала она, наморщив лоб.

Я не раздумывая поднял ее на руки, она обнимала мою шею и болтала ножками.

Закат. Переливающиеся волны ласкали песок. Тихий морской ветер бился о нашу кожу. Большинство людей, за редким исключением, любят смотреть на закат. Мы относились к такому большинству. В воде отражалось апельсиновое солнце, сочное и яркое . Скоро оно буквально коснется горизонта и вода зальется сверкающим пламенем. Все, что произойдет в ближайшие пять минут я до сих не могу представить, как реальность.

Сейчас у нее был такой грозный вид. Я видел, как мышцы ее лица напряглись, на несколько секунд я потерял дар речи.

— Вполне серьёзно и уверенно заявляю, что никогда и никто так сильно, искренне не любил, как я люблю тебя. Никогда бы не подумал, что в моей жизни наступит такой период, когда я не смогу дышать без кого-то. Возможно сейчас ты думаешь, что я единственный, ты юна, красива, ты просто невероятная, — я сделал паузу, — но проводя время со мной, ты можешь упустить свою любовь. Я не садист, чтобы лишать тебя такого.

— Ты что хочешь бросить меня?

— С тобой я изменился, — ком встал в горле.

— Алик…

— Нет боли сильнее, чем расставание.

— Алик, — вновь повторила она, делая шаг назад. Она выглядела напуганной. Я чувствовал, как ее сердце забилось сильнее.

— Поэтому я не хочу с тобой, — я сделал паузу, она замерла, — расставаться. Я психопат, Карин и долго думал, чем же таким ты меня привлекаешь и понял, что ты напоминаешь мне меня прежнего: доброго, невинного, слегка наивного. Твой свет — это твой дар, и я ни за что его не потеряю, кто-то должен освещать мое темное эго, ты спасение моей души, — я достал из кармана брюк коробку, открыл перед ней и преклонил колено. — Карина Хайл, ты станешь моей женой?

Она стояла передо мной как осиновый лист, смотрела в мои глаза и улыбалась, из глаз ее потекли слезы. Моя сентиментальная девочка. Она аккуратно взяла коробочку, затем прошептала. — Да.

Я обнял ее, что есть сил. Приподнял над землей и закружил. Моему счастью не было предела. Она согласна, она согласна! Господи, она согласна!

— Ты — улыбка на моем лице и стук моего сердца. Ведь с тобой моя жизнь наполняется смыслом. Если бы ты случайно не появилась