Дара. Рождённая кровавой луной - Лила Каттен

нас научила. Так что мы с братьями, да и отец полагаю, знаем разное об окружающей нас зелени. Оказывается, это еще и полезно.

Однажды я нашел какой-то маленький куст в одной пещере на берегу океана с единственным красивым ярко-фиолетовым цветком, Северия.

Принес его маме, выкопав полностью с корнем, как она и приучила. Но как оказалось, это растение было редким и росло исключительно в темноте, чуть влажной скалистой поверхности, куда солнце попадало почти на закате. Позже я отыскал еще такие, но благоразумно оставлял на месте.

Вся загвоздка заключалась в одном, его лепестки были снабжены тончайшими иглами, которые содержали яд. При соприкосновении с кожей человека укол действовал по-разному. К примеру, меня скрутило от боли в теле, Дилан упал с онемевшими ногами, а Коби с температурой, переходящей в жар и ломоту.

И вот что странное мы обнаружили еще, если прикоснуться к зеленому листу по бархатистой поверхности задней его стороны ничего этого не было. Но дотронься руками, не вымыв их, к человеку все повторяется. Будто эти иглы остаются на тебе, как на цветке и уже ты жалишь других. Понятия не имею, как это правильно, но факт остается таковым.

В общем, я догадался, что случилось с Дарой, и хотел одного: понять какого черта произошло?

Схватил Коби вылетев из комнаты и потащил его вниз.

— Что ты сделал? — проговариваю сквозь зубы.

Меня трясет оттого, что она на моих глазах оказалось слабой и ей было больно.

Я ощутил все эмоции пары, поэтому сейчас страх за нее перекрывает полностью родственную связь с братом.

— Я не… Я ничего не делал, клянусь… — сдавливаю шею, перекрывая кислород, но меня внезапно откидывает от него.

Пытаюсь подняться, но меня выкручивает наизнанку так, что все мышцы ноют.

Отец.

Сила альфы подавляет все, и даже злость. Ты думаешь только об агонии в теле. Волк скулит и, так же как я, вытянувшись, просит пощады.

Постепенно боль отступает, позволяя дышать.

— Что вы тут устроили? — громыхает суровый голос.

Вдыхаю полной грудью, насыщая легкие кислородом.

— Он пожал руку моей паре, когда те были вымазаны Северией, — не вставая отвечаю ему.

— Коби?

Смотрю на брата снова закипая.

— Это не так, отец. Я…

— Дарен, он не виноват, — вмешивается мама. — Я попросила Коби помочь собрать цветок, видимо, он случайно зацепил и не заметил. Алан, сынок, он не нарочно это сделал.

Сжимаю челюсти и встаю на ноги.

В мозг уже поступает информация и пора бы успокоиться, но я не могу этого сделать.

— Я не хотел, — добавляет он.

Окончательно выдыхаю раздражение и подхожу к Коби, подав руку.

— Извини.

— Да ладно, я понимаю, что ты за нее волнуешься.

— Иди к невесте, врач уже уходит.

Киваю маме и поднимаюсь наверх.

Захожу, когда доктор встает со своего места. Дает мне рекомендации, написанные на листке, и я закрываю дверь изнутри, выждав пока Соня и он выйдут.

— Как ты? — подхожу к кровати, сев рядом.

— Что случилось? — взволнованно смотрит на меня во все глаза, схватив за руку.

— Ничего. То, что произошло, случайность. Ты слышала о растении Северия?

— Нет, думаю, что нет. Может, могла встретить, но такого названия точно не слышала.

— Оно ядовитое. На людей по-разному действует. Со мной было также, когда я к нему притронулся.

— И ты считаешь, что твой брат специально…

— Нет, я так решил, но, как оказалось, мама попросила сорвать цветок. Потому что он безвреден и даже полезен, а Коби случайно, видимо, коснулся листка и не понял этого.

— Ну, тогда понятно. Не стоило тебе так реагировать.

— Правду я узнал чуть позже, — ложусь к ней, прижимаясь к ее мягкой груди.

Обхватываю теплую и такую ароматную руками вмиг, забывая обо всем.

— Скоро выпадет снег, — глажу длинные волосы, размышляя вслух.

— Ты это почувствовал, или синоптики обещают?

— Чувствую. Скорее всего, к Новому году, все будет белым.

— И к нашей свадьбе… — продолжает.

Перекатываюсь, оказываясь на Даре.

— Волнуешься? Или сомневаешься?

— Волнуюсь. Все так странно и непонятно.

— Непонятно? — изгибаю бровь.

— Алан, — шлепает по плечу.

— Ладно, я слушаю.

— Ну я же не знаю, что там дальше. И всего того, о чем ты в курсе. Вот и… Мне страшно оттого, что я сейчас могу. Будто мой мир перевернулся.

— Он всегда стоял верх ногами.

— Да, но я это забыла.

— Должна вспомнить.

— Когда, Алан? Ты твердишь об этом, но каждый день все то же самое.

— Значит, мы будем ждать. Дара, ты вообще могла умереть. Но ты жива. Память — лучшая альтернатива смерти.

— А кто это сделал? Какие цели преследовал? Это ты знаешь? Уверен, что вновь не повторится?

— На меня посмотри, — удерживаю за подбородок и жду, когда она откроет глаза, которые зажмурила. — Дара.

Машет отрицательно головой, но улыбается.

Склоняюсь, чтобы поцеловать красивые губы.

— Сейчас у тебя есть я. И в мои планы не входило отпускать тебя больше, чем на пять минут от себя.

— А если серьезно?

— А если серьезно, то нам просто нужно сделать все правильно и работать с последствиями.

Она вздыхает, наконец смотрит в мои глаза.

— Меня пугает неопределенность.

— Меня тоже, — честно признаюсь.

— И что же нам тогда делать? — доверчиво льнет ко мне, съезжая вниз так, что мы оказываемся друг напротив друга глазами.

— Рвать на куски врагов и строить семью, Дара, иного не желаю.

Она улыбчиво смотрит на меня, так что в глазах сияет радуга.

— Отличный план. Мне нравится.

***

Новый год в нашей стае, наверное, отличается от традиций других земель. Хотя я не знаю, как принято в других кланах.

Мы полночи поем песни за огромным столом, а после наблюдаем за младшим поколением волчат и их умениями. Подводим итоги. А после идем встречать рассвет на скалу, убегая оттуда на четырех лапах в разные стороны, пронзая лес громким воем всего клана Северных волков.

Мама с Дарой поехали в салон красоты, буквально отодрав меня от моей пары. Я тревожусь и, конечно, имею право на это, но душить ее собой тоже не могу. Она чувствует связь иначе, не так, как я, поэтому стоит повременить с собственническими замашками. Потом буду сам наслаждаться властностью моей самки.

Кстати, о ней. Она вновь приходила недавно к дому. Ночью. Я услышал ее скулеж и спустился.

Мой волк сам задыхался от тоски и боли. Выпустил его наружу и позволил им погулять вместе, пообещав, в скором времени все исправить. Сегодня начался снегопад, значит, к ночи все будет белым покрывалом накрыто, а третьего числа наш ритуал. Луна уже приобрела розовый оттенок, но пока