Попаданка для императора змей (СИ) - Сапфир Ясмина

Я теряю контроль над перемещением и лечу, лечу, лечу…

И уже знаю, что больше никогда не увижу своего адельтаха. Потому, что…

***

Рельгор

Рельгор очутился на твердой почве, а Альва полностью скрылась в зевве.

Эманор радостно отряхивался.

А Рельгор… Рельгор чувствовал себя словно ампутант. Смотрел на то место, где еще недавно была потерянная конечность. Ощущал ее еще, всем своим существом, всем организмом и каждым нервом. Чувствовал боль, которая в ней поселилась, жар, покалывание и черт знает еще что. Но понимал, то ее больше нет…

И нет больше ни в чем смысла… Включая сегодняшнюю победу.

– Где Альва? – задыхаясь от волнения, спросил у Эманора Рельгор.

– Успокойся. Она прыгнула в зевв. Наверное, сейчас у Стеллы или у вас дома. Зачем ей возвращаться на поле брани? Ну ты сам немного хотя бы подумай!

Объяснения Эманора выглядели логично. Правильно. Адекватно.

Но боль не отпускала Рельгора.

И все же он заставил себя вернуться к сражению.

Надо добить противника. Уничтожить последние ростки восстания. И потом забрать свою нари. Где бы она ни находилась. В конце концов, он найдет ее, потому что связь единственной с нагом нерушима. Ничто и никто не сможет ее уничтожить.

Даже пространство и время.

Рельгор бросился в схватку с утроенной силой и злостью. Рыча и выкрикивая ругательства. Воины заметили воодушевление, ярость императора и вдохновились еще больше.

И… сельвентов просто уничтожили.

Последние несколько каменных драконов попытались бежать. Но их поймали вместе с юль Мейрами.

– Пленников в темницу! Завтра будет казнь! – скомандовал Рельгор и обратился к Эманору. – Я к себе в замок. А ты к себе. Если Альва там, сразу дай знать.

Адельтах прыгнул к себе домой, ощущая, как что-то внутри сжимается, рвется. Медленно и очень болезненно.

Подобного он еще не испытывал. В ушах гонгом громыхал пульс, кровь гудела в висках, как вода в трубах. Ледяные ладони не согревались. А грудь рвало болезненным жаром. От этого контраста голова совершенно пустела, раскалывалась и ныла.

Рельгор прыгал зеввом из комнаты в комнату императорского дворца, пока не стало ясно – Альвы там нет.

Остановился, перевел дух и связался с Эманором.

– Я думал, вы уже вместе! – огорошил лейдере.

– Она… она… была там? – едва дыша, уточнил Рельгор. Чувствуя, как надвигается нечто нехорошее. Нагоняет, накрывает, захватывает… И уже никуда не деться от судьбы.

– Нет. Она обещала прийти. Но потом очутилась на поле брани. Видимо, не дошла. Я думал, она вернулась к тебе в замок…

Больше Рельгор разговаривать не стал.

– Пока меня нет, ты правишь от моего имени! – скомандовал он и отключил связь.

Обратился в человека и на скорую руку оделся. Так, на всякий случай. Почему-то казалось, что это важно…

Рванул в ближайший зевв и огляделся.

Энергия связи с нари должна привести к ней. Рельгор знал это в теории и очень надеялся, что не ошибется.

Только не сейчас!

***

Альва

– Мама!

– Бабушка!

– Мама!

– Бабушка!

Меня втянули в дом, и знакомый запах жареной картошки окутал, вызывая голодные спазмы в желудке.

Антонина Семеновна – домохозяйка Матвея готовила обед. Крупная женщина средних лет с коротко остриженными темными волосами сновала по кухне и накрывала на стол.

Меня усадили за стол и наперебой принялись шокировать новостями.

– Мы с Галей подали на развод. Я узнал, что она мне изменила.

– Мама ушла. Она больше меня не любит…

– Ты очень мне нужна, мама… Извини, если моя записка оторвала тебя от важных дел.

– Записка?

Я попыталась оцифровать в голове случившееся.

Так… Утро… За окном какой-то грохот. Что-то падает, словно крупные градины.

А дальше?

Темнота. Пустота.

Я на пороге дома сына, и они с внучкой бросаются мне навстречу.

Я уверена – было что-то еще. Важное, нужное, дорогое. До щемящей боли между ребер, до отчаянно колотящегося сердца. До желания куда-то бежать сломя голову, пока не найду, не пойму… Не вспомню…

– Какая записка? – машинально спросила я.

– Я оставил ее тебе позавчера. Ты, видимо, куда-то ушла. Я тебя не застал.

– Бабушка! Как хорошо, что ты пришла…

Маша всхлипнула и забралась ко мне на колени, щекоча тонкими пушистыми волосами. Прильнула и я растаяла. Растворилась в нежности, в любви к этому маленькому существу, моему продолжению. Частичке моего Матвея.

Что там я потеряла? И было ли оно?

Может, мне все только почудилось?

Провал в памяти беспокоил. Как заживающая болячка на боку, которую постоянно задеваешь одеждой. Но я решила сделать все, чтобы помочь моим родным и любимым без потерь пережить предстоящий развод.

…Уже спустя несколько часов мы играли в карты, и Машенька хихикала, когда приходил козырь. А Матвей супился, если не шла карта и хитро щурился, если ждал выигрыша. Внучка радостно прыгала, когда выходила из кона. А мы с сыном затем бились до последнего.

Если проигрывала я, Матвей ласково гладил по руке. Если он – я хлопала сына по ладони.

Казалось, я никуда отсюда не уходила. Все происходит так, как и должно. Все правильно… Естественно… Однозначно…

Я чувствовала себя необходимой именно здесь и сейчас.

Но все равно на душе было неспокойно.

Я пыталась объяснить это тем, что мои близкие ведь переживали не лучший период. Но где-то на задворках сознания крутилась мысль. «Я должна вспомнить… Я должна вспомнить… Я должна вспомнить».

***

Рельгор

Зеввы играли с Рельгором. Путали, вели непонятно куда. Адельтах плутал по пространственным коридорам и будто чувствовал нари то тут, то там…

Ее ауру, ее энергию и даже отголоски ее эмоций…

Лишь спустя какое-то время наступило прозрение. Конечно! Как же он сразу-то не догадался!

Вот же… дурак!

Альва искала выход к ним с Эманором, когда пыталась спасти их на пустоши Забвения.

Вот почему столько ее энергетических и магических следов оказалось внутри зеввов.

Рельгор остановился, перестал метаться, бросаться туда-сюда на малейшее ощущение…

Прислушался к себе.

Нари? Ну где же ты? Почему ты не дождалась? Куда ты исчезла?

Почему не вернулась в замок?

Рельгор крутился вокруг своей оси, неспешно прощупывая пространство вокруг.

Отметал слабые и старые следы нари, пытаясь поймать свежий и самый сильный.

Куда она запропастилась?

Какое-то время чудилось – все напрасно. Рельгор не мог выделить нужный след, не понимал – куда двигаться дальше…

Отчаяние разливалось по венам слабостью. В груди все еще ныло. Адельтах стремился побороть это ощущение и действовать. Как он всегда умел. Но получалось не очень.

Однако в итоге след все же показался.

Рельгор двинулся по нему, словно по путеводной нити Ариадны, из земных греческих мифов. Эманор часто про них рассказывал. Вообще обсуждал земной фольклор.

Оно и понятно – Стелле это нравилось и лейдере интересовался тем, что было важно его женщине.

Рельгор поступил бы также.

Несколько зеввов пролетели мимо и… адельтах, наконец-то, понял, куда запропастилась его нари.

Ее утянуло на родину. На Землю.

Но почему Альва не вернулась?

А-а-а! На Земле ведь нет магии! Может, она просто утратила способности?

Идея не выглядела правдоподобной. Но иной версии у Рельгора не возникало. Поэтому он уцепился за эту.

«Нужно во что-то верить, чтобы не спятить» – однажды сказал ему Эманор.

Ничего! Сейчас он придет к нари и заберет ее…

Навсегда! И больше никто и ничто между ними не встанет!

Уже завтра они сыграют свадьбу, на скорую руку. А потом, потом можно закатить и нормальную церемонию.

Рельгор размечтался и в приподнятом настроении вышел к нужному дому.