Звезда короля - Валентеева Ольга

— Директор Рейдес! — вспыхнул Роберт.

— Я уже двадцать лет как директор. А вы магистром первый день, извольте слушаться.

Тихонько рассмеялась Лиз. Она нежилась в объятиях Филиппа, не реагируя на грозные взгляды отца. А Этьен рассказал, как поднимали щит над башней тьмы, как старались его удержать. Оказывается, он привел на помощь курсантам сотрудников своего бывшего ведомства. Они ведь в большинстве своем тоже были темными магами.

— И куда мы теперь? — спросил Анри.

— Пока в «Черную звезду», — ответил Рейдес. — Отдохнете, отмоетесь от копоти, а то похожи на бродяг.

— Кстати, у меня есть для вас радостная новость, — вмешался Этьен. — Айша передала, что граф Вейран пришел в себя, опасность миновала. Но просила раньше вечера не появляться, а то она вас знает.

Я обняла Анри. Действительно, это лучшие новости, которые могли бы быть сегодня. После стольких тревог впереди забрезжил свет.

— Зато теперь мы сможем наконец-то назначить дату официальной части свадьбы, — улыбнулся мне муж. — И никто нам не помешает.

— А мы? — Лиз покосилась на Фила.

— А вы не сможете еще года два! — рявкнул ее отец. Наверное, не терял надежды, что дочь отступит и забудет о проблемном женихе.

— Ну папа!

— Вот именно, я тебе отец, изволь слушаться. Уверен, Виктор скажет сыну то же самое.

Мы с Анри переглянулись и весело рассмеялись. Да уж, нелегко Филу придется завоевывать доверие будущего тестя. А экипаж тем временем въехал в ворота гимназии, по такому случаю распахнутые настежь. Стоило выйти — и к нам тут же бросились курсанты.

— Фил! — Какой-то долговязый парень схватил Филиппа и взъерошил его волосы так, что Фил начал напоминать ежика. — Явился-таки, выпускничок!

— Дилан, пусти! — недовольно фыркнул Фил.

— Пущу после того, как вы с Робом все расскажете. Кстати, Роберт, прекрасная Анна все глаза выплакала. Думает, тебя уже тьма пожрала. Ты бы заглянул к ней, а?

И Дилан подмигнул, а Роберт стал красным, как маков цвет, и сбежал, пока о его персоне не вспомнил еще кто-нибудь.

Толпа курсантов окружила директора Рейдеса, требуя дальнейших распоряжений. Тот отдавал короткие приказы, а к Филу уже протиснулся куратор Синтер.

— Цел? — спросил он. — Вот и замечательно. Это же надо! Всегда знал, что Кернер — та еще свинья, но чтобы посох сломать?

Я чувствовала себя оглушенной, ошеломленной — и счастливой. Особенно когда на нас налетел маленький вихрь по имени Вилли и попытался обнять всех и сразу, начиная с отца и заканчивая Лизи. Может, не говорить Этьену, что Вилли вывел Анри из пустоты? Потому что герцог и так грозно глядел на сына, шепотом обещая, что уж на этот раз надерет уши как следует, чтобы больше не приходилось искать по всем башням магистрата, вместе взятым.

Мы с Анри переглянулись — и тихонько сбежали в домик. В гостиной на диване спал Пьер. Наверное, ему снилось что-то хорошее, потому что он улыбался во сне. Мы не стали его будить, вместо этого пробрались в нашу спальню, заперли дверь — и Анри поцеловал меня так, словно это не мы едва держимся на ногах от усталости, и не мы спасали Гарандию, и много еще «не мы».

— Люблю тебя, — шептал он, покрывая поцелуями мое лицо. — Люблю, родная моя девочка.

— Ты опять хотел оставить меня! — отвечала с укором, запуская пальцы в серые от пыли волосы.

— Но я ведь с тобой.

— Люблю.

И я тоже целовала его усталого, запорошенного пылью, но самого любимого на свете. Анри был моим светом, моим солнцем. Так было всегда — и будет впредь. Никогда и никому не позволю отобрать мое счастье! Мою жизнь!

Филипп

Остаток дня я провел самым бессовестным образом — спрятал золотой венец в сумку, сумку — на дальнюю полку под защиту, и спал. Сквозь сон почувствовал, как Лиз укрывает меня одеялом и целует в щеку, но сил хотя бы открыть глаза не было. Поэтому проснулся только на закате. Домик наполняли голоса. Значит, все в сборе. Умылся, переоделся и вышел в гостиную. В центре круга сидел Пьер. Он быстро освоился и сейчас собрал вокруг себя благодарных слушателей: Вилли, Айшу, Этьена, Лизи и даже куратора Синтера.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— А я им и говорю, — как раз рассказывал Пьер, — что призрак призраком, а в сарае у них орудует человек. Но разве кто-то мне поверил? Натравили ищеек, еле ноги унес. Только я не сдался, ночью вернулся и устроил засаду…

— Фил! — подскочила Лизи, завидев меня. — Наконец-то, соня! Пьер, знакомься, это Фил.

— Здравствуйте, — кивнул Пьер, который походил на себя прежнего, как день на ночь. Действительно другой человек. — Мы с вами тоже, наверное, знакомы, но я немного подзабыл…

— Ничего, — ответил я, пожимая его руку. — Познакомимся заново. Филипп Вейран.

— Пьер Эйлеан, законник третьей ступени.

— Я как раз говорил господину Эйлеану, — вмешался Этьен, — что его будут рады видеть в рядах законников магистрата, если он сменит фамилию.

— Хорошо, — пожал плечами Пьер. — Возьму фамилию матери — Лафир. Только что делать? Диплом-то у меня на другую. Ой, а где мой диплом?

— Найдется, — заверил его Дареаль. — Филипп, Анри передал, как только ты проснешься, поедете к родителям.

— Как папа? — спросил я у Айши.

— Лучше, — ответила она. — Он с Анжелой, а я приехала за вами — и повидаться с Этьеном, пока он снова с головой не ушел в дела.

— Нет, моя отставка постоянна и отмене не подлежит, — покачал головой Дареаль.

— А если мы попросим вас остаться на посту, герцог? — спросил я.

— Позднее — может быть. Но сейчас — нет. У меня есть другие дела. Да, Айша?

Вместо ответа целительница покраснела и отвела взгляд. А личная жизнь-то у волка налаживается!

— Я пойду за Анри, — сказал Айше. — Вы поедете с нами?

— Да, — ответила она.

— И я, пожалуй, — поднялся Этьен. — Попрошу Полину присмотреть за Вилли до нашего возвращения.

Впрочем, идти никуда не пришлось — Анри услышал мой голос и сам появился в дверях. Он тоже выглядел отдохнувшим и даже немного мечтательным. Все-таки свет ему к лицу больше, чем пустота. Дорога оказалась недолгой. Айша перевезла отца в небольшой домик, доставшийся ей в наследство от кого-то из родственников, и уже полчаса спустя мы входили в него. Целительница указала нам на комнату, а сама осталась с Этьеном в гостиной. Почему-то стало немного страшно. Наверное, долго я не избавлюсь от страха за самых дорогих людей. Анри вошел первым, я — следом за ним.

Отец лежал на кровати. Белее мела, но — живой, и это главное. Мама сидела рядом и держала его за руку.

— Мальчики! — поднялась она нам навстречу. — Ну наконец-то!

И крепко обняла обоих, а затем отступила в сторону, давая пройти.

— Здравствуй, папочка. — Я занял место матери, а Анри присел на кровать с другой стороны.

— Здравствуйте, — едва слышно ответил он и взял нас за руки. — Мы с Анжелой беспокоились.

— Не стоило, — ответил Анри.

— Мы за тебя беспокоились больше, — вставил я, и отец улыбнулся. Ничего, он обязательно поправится, пусть на это и понадобится время. И мы снова будем вместе.

— Расскажете, что там произошло?

— Виктор, тебе нельзя волноваться, — тут же вмешалась мама.

— Я и не стану, Анжела. К чему? Они оба передо мной. Рассказывайте.

Я уступил эту миссию Анри. Сам бы сейчас не смог произнести и слова — в горле стоял ком. А рассказ Анри со стороны выглядел безумием или легендой. Неужели все это и правда произошло с нами? Неужели мы до сих пор живы?

— Значит, ты теперь — магистр света? — спросил отец.

— Да, — ответил Анри. — А Андре стал магистром пустоты.

— И… где он?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Было видно, что отцу неприятен этот вопрос, но его необходимо было задать.

— В пустоте, — ответил Анри. — У нее к нему свои счеты.

— Понятно. — Папа отвел взгляд. — Я должен попросить у вас прощения, дети. Если бы не мои ошибки, ничего бы этого не произошло.

— Все равно произошло бы, — вмешался я. — Рано или поздно. Поэтому ты ни в чем не виноват перед нами. Это ты меня прости, что я даже не смог вам помочь.