Трудовые будни Тёмных Властелинов (СИ) - Чернышова Алиса

Мама, прожив в одиночестве несколько лет, нашла другого мужчину и решила завести ещё ребёнка. Игорь тогда, будучи нелюдимым, с трудом переживающим потерю отца подростком с проблемами, жутко злился на неё. Как же, она, видимо, должна была лечь и помереть на могиле! Или до старости подтирать сопли ему, Игорю.

Ошеломительно здравый подход, типичный для подросткового эгоизма.

Надо отдать маме должное: к детским тирадам она отнеслась со спокойствием принца Будды, благополучно одолевшего демонов и познавшего просветление. Игорю вообще с ней повезло: она была лёгкой, чуть мечтательной, но по-своему мудрой женщиной и понимала, что главное в воспитании детей — вовремя их отпустить. Разумеется, она поддерживала Игоря, когда это было нужно или когда он об этом просил, и ответственно звонила каждые выходные, дабы обменяться новостями. Эпизодически она просила об услугах вроде приютить у себя братца с друзьями на пару недель, или помочь деньгами на крупную покупку, или подсобить, если кто-то заболел, или приехать на семейные посиделки.

Иногда наступала очередь Игоря поработать у бабушки с дедушкой, маминых родителей. Те наплодили столько внуков и были настолько самостоятельными личностями, что дежурства казались семье идеальным решением проблемы. Это была самая непонятная для Игоря часть семейного общения — как он ни доказывал суровому дедушке, что картошку дешевле и выгоднее купить или, в крайнем случае, нанять того, кто её посадит, эффекта не было. Его деклассировали как нетрудовой элемент и читали лекцию о пользе стояние в позе зю с вёдрами проклятых корнеплодов в зубах.

В общем, хорошо, что такое счастье, спасибо двоюродным и троюродным братцам и сестрицам, выпадало нечасто. Правда, большинство из них были, как и он сам, представителями распространённого в каменных джунглях вида "деловой человек вечно опаздывающий, обыкновенный", и дежурства вызывали у них схожие эмоции. Но были и энтузиасты-добровольцы, да-да: парочка особенно оригинальных фруктов, которые вообразили себя охотниками за наследством стариков. На этом фоне кузены бодались лбами, вносили в процесс привкус лёгкого безумия, но их энтузиазм был в чём-то на руку: и бабуле с дедулей есть кого жизни учить, и ему дежурить реже.

Благодать.

Но что было хорошо в его семье: они никогда, ни при каких обстоятельствах, не лезли в его жизнь. Никто не указывал ему, кого или что любить, какие у него должны быть политические и кулинарные пристрастия, режим дня и ритм жизни, не считали деньги в его кошельке и скелеты в шкафу.

До определённого возраста Игорю казалось, что так живут все.

Потом он обзавёлся друзьями и в полной мере осознал, как любит семью и, что важнее, как ему с ней повезло.

Вспомнить хоть Вадика, парня с нервным расстройством и гениальными мозгами. Тощий, нескладный, с букетом болячек, сопоставимых с букетиками на фоточках инстаграмных няшек, он вечно ходил чуть ли не в обносках и жрал неведомую дешманскую фигню — даже когда Игорь начал платить ему очень немалые (даже по меркам современного города) деньги. И что бы там ни было, а зарплату свою Вадя заслуживал от и до, но… потом она испарялась в неведомом направлении.

Некоторое время Игорь просто наблюдал за этим процессом со стороны, не задавая лишних вопросов. Благо всем известно, что технари — народ не без странностей, а тут ситуация ещё и усугубляется вполне реальными проблемами и диагнозами. Опять же, считать чужие деньги — последнее дело.

Но однажды в диалоге проскользнуло, что Вадик отдаёт свои деньги маме. Сначала Игорь грешным делом подумал, что несчастная женщина больна и требуется дорогостоящее лечение, но истина оказалась печальней.

Как выяснилось, кто болен, так это Вадик. Мама, которая всё ещё живёт с ним, от этого всю жизнь мучилась, отчаянно жалеет ребёнка, но доверить ему деньги не может — инвалид же.

Потому-то и забрала у него зарплатную карточку, дабы деньги чаду дозировано выдавать. На дорогу. А что ещё может быть нужно больному ребёнку? Друзья, развлечения? Это ещё зачем? Девушка? О чём вы? Какая девушка, когда он о себе позаботиться не может! Ещё и попадётся какая-то корыстная хищница-вертихвостка, начнёт тянуть из сына деньги… Нет уж! Как пела похожего типа дама в известном мульте: "Мамочка знает лучше!".

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Игорь навсегда запомнил эту ситуацию. Самое интересное в ней было то, что с таким не пойдёшь в полицию, да и в соцслужбы тоже: формально представительную пожилую даму обвинить было не в чем, да и давить на жалость, рассказывая о своей нелёгкой доле, она умела мастерски. И, что хуже, промыла мозги сыну, планомерно лишив его любого порыва к сопротивлению, внушив ему идею собственной никчемности и беспомощности.

Такая вот родительская любовь. От которой попробуй ещё защитить.

Другой пример был не про корысть, Светке, их офис-менеджеру, мать и её многочисленные родственницы портили жизнь чисто из любви к искусству. Они, правда, называли этот процесс "делиться женской мудростью" или "давать добрые советы". Нужное подчеркнуть, ага.

Сводилась эта самая хвалёная женская мудрость к тезису, который уже успел стать причиной множества абьюзивных отношений и сломанных психик. Звучал он дословно так: "Главное для бабы — мужик в доме!"

Игорю иногда хотелось подойти к таким особам и спросить: "Простите, а вы в курсе, что у нас тут двадцать первый век? Даже крепостное право отменили, да-да."

Казалось бы, закономерные вопросы. Но всё равно дамы вроде Светиных родственниц продолжают чуть ли не с младенчества втирать девочкам, что главная цель по жизни — именно поймать и захомутать этого самого мужика. Причём чем раньше, тем лучше, потому что иначе, цитата, "всё самое лучшее расхватают". А если вдруг не сможешь (или не захочешь) замуж — то как же так?! Замуж должны хотеть все (некоторые только скрывают это, ага), а родить ребёнка — это вообще женская биологическая обязанность! И прочая ерунда в том же духе, которую особы с сомнительным образованием, средним уровнем интеллекта и не особенно счастливым опытом отношений обычно полагают "мудростью".

В общем, вы примерно понимаете, какими именно идеями был забит под завязку Светин мозг. Одна проблема: первый "мужик в доме", которого она "захомутала" (точнее, залетела и буквально заволокла под венец, подключив его родителей), почему-то оказался мудаком. По её словам. У них тут ребёнок, семейная жизнь, а он — гулять, сыном не интересуется, деньги в дом не несёт… кошмар, да и только.

Конечно, от восемнадцатилетнего оболтуса, который не планировал семьи и женился, потому что "мама сказала", следовало ожидать чего-то иного.

О, да. Логично же!

Разводиться Свете не велели всё те же родственницы. Потому что разведёнка — позор в семье, и вообще, все бабы терпят, а ты что, особенная, и кому ты с дитём нужна будешь… лучше второго роди, тогда он возьмётся за ум! И вообще, вспомним же истину про зайку да лужайку!.. Стоит ли говорить, что благоверный не перевоспитался?

Короче, объективно Света — неплохой работник, несмотря даже на отсутствие образования. У неё есть мозги, она неплохо освоила английский, да и язык неплохо подвешен. Одна проблема: лучше не пересекаться с ней в курилке или общей кухне. Потому что она наверняка общается с мамой. Или тётушкой. Или кузиной. Хотя "общение" — это тут громко сказано. Поток нескончаемых жалоб на ленивого, вечно сидящего на диване, пьющего мужа, на тупых детей ("Учительница ещё и имела наглость заявить, что это я виновата и не уделяю им время! Откуда мне взять его, это время?!). Собеседница, которую вынуждены слышать все, ибо Света обожает громкую связь, увещевает, что "такова она, женская доля — терпеть", и громко, прямо таки образцово-показательно сочувствует. Если речь идёт о маме, то сюда добавляются ещё фразы "Невезучие мы с тобой" и "За что нам такая недоля".

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Да уж, за что…