Что будет после расторжения помолвки? Книга 1 - Мари Морикава

Если Лже-Лия – это действительно Диана, то именно Эстель должна была испытывать к ней ненависть.

– Потому что господин Лайл смотрел только на тебя! Почему?! Ведь я намного красивее и милее! – выпалила Лже-Лия.

От ее ответа Эстель потеряла дар речи.

– Почему такая, как ты, удостоилась внимания принца Арклейна? И Лайл, и его высочество – все тебе одной! Как такое возможно? Это нечестно!

Почему она должна выслушивать оскорбления от человека, которого едва знает? Ход мыслей этой девушки ей был непонятен.

– Господин Лайл сошел с ума тоже из-за тебя, Эстель Фрозе! Если бы не ты!

Судя по всему, стоявшая перед ней Лже-Лия – действительно Диана, так как об этом из-за приказа о неразглашении должен был знать только узкий круг лиц.

– Ты наверняка их соблазнила! У тебя грудь, как у коровы!

В то время как Лже-Лия все больше распалялась, Эстель чувствовала лишь нарастающее безразличие.

– Почему ты молчишь? Неужели я попала в точку?

– Не хочу опускаться до твоего уровня, – в ответ на ее провокации Эстель смерила девушку ледяным взглядом, и Лже-Лия попятилась.

Если эта самозванка на самом деле была Дианой, то теперь становилось понятно, почему бывший жених посещал в то подпольное заведение. Леди Потрие. Она вела себя как капризный ребенок. Лайл же был мягким и тихим человеком, поэтому неудивительно, что ее постоянные истерики довели его до нервного срыва.

Эстель встала со стула и молча направилась к выходу, как вдруг Лже-Лия позади нее закричала:

– Постой! Я и правда ненавижу тебя, но убивать не собиралась! Это все Флорика! Она дала мне яд!

Проигнорировав ее возгласы, Эстель покинула комнату для свиданий. Арклейн, ждавший ее снаружи, тут же заговорил:

– Я все слышал. Ты не расстроена?

– Все в порядке. Она того не стоит, – улыбнулась девушка.

Арклейн на мгновение удивился, но затем выражение его лица смягчилось.

– Да, ты права.

Приняв поданную руку, Эстель в сопровождении принца покинула темницу. По дороге девушка задала ему вопрос:

– Что теперь с ней будет?

– Хм… А какое наказание ты считаешь справедливым, Эстель?

– Почему вы спрашиваете об этом меня?

– Потому что ты и Лия пострадали от ее действий. Я уже говорил с Лией, она сказала, что оставляет решение за тобой. Хотел бы понять, настаиваешь ли ты на строгом наказании или считаешь, что она заслуживает снисхождения? Каким, по твоему мнению, должен быть ее приговор?

Эстель задумалась. После недолгого молчания она наконец ответила:

– Дайте мне немного времени подумать над этим. Сейчас я не могу дать окончательного ответа.

Пока еще не доказано, что Лже-Лия – это Диана, к тому же нет уверенности, действительно ли за всем стоит гадалка из племени лупт.

– Хорошо. Когда решишь, дай мне знать.

По цвету его маны Эстель сделала вывод, что ее ответ пришелся принцу по душе. Девушка улыбнулась уголками губ.

Спустя два дня появились новые новости об инциденте с Лже-Лией. Арклейну доложили, что заключенная ведет себя странно. Поспешив туда, он застыл, пораженный увиденным. В тюремной камере на полу лежала скорчившаяся девушка. Ее спина омерзительно вздымалась и опадала.

– А-а-а!

Это было похоже на вой дикого зверя. На лице девушки отражались мучительные страдания. Вцепившись ногтями в холодный пол, заключенная корчилась в агонии. Зрелище было невыносимым… Однако больше всего пугало то, как тело девушки извивалось неестественным образом, словно у нее не было костей и мышц. Лопатки то вздымались, то опадали, руки с хрустом выворачивались в обратном направлении. Все ее тело пугающе корчилось. Арклейн не мог поверить собственным глазам.

– Прошу прощения, ваше высочество… Она неожиданно начала стонать, а потом пришла в такое состояние… Мы не решились прикасаться к ней и не знаем, как быть… – произнес бледный и растерянный гвардеец, вызвавший Арклейна.

Клаус, вместе с принцем спустившийся сюда из его кабинета, тоже был потрясен.

– Как же больно-о-о-о! Больно, больно! Угх… А-а-а!

У Лже-Лии начали обильно сыпаться волосы. Каштановые пряди выпадали, а на их месте заново вырастали русые. В голове Арклейна промелькнула мысль, что это «возмездие». Среди мощных древних артефактов иногда встречались такие, которые требовали от владельца немыслимую плату за свою силу. К примеру, древнее оружие королевской семьи. Предания гласят, что в подземельях дворца хранится древняя реликвия, способная призвать с неба карающие молнии и выжечь землю дотла, но для ее пробуждения необходимо принести в жертву члена королевской семьи и иметь колоссальный запас маны.

Браслет, который Арклейн ранее использовал, чтобы поменять цвет глаз и волос, не шел ни в какое сравнение с мощью этого древнего артефакта, позволяющего полностью видоизменить тело. Способность воссоздать не только лицо, но и скелет человека, его родинки и даже незначительные ссадины объясняла, почему расплата за такую силу столь ужасна. Было бы прекрасно, если бы она ограничивалась лишь болью во время трансформации…

Прямые, без намека на завиток каштановые волосы сменялись густо вьющимися русыми, а грубые рабочие руки становились тонкими и белыми, как у знатной дамы. Пугающе извивающаяся Лже-Лия преображалась прямо у Арклейна на глазах. Когда все закончилось, перед ним предстала… Диана Потрие.

Та самая женщина, причинившая Эстель столько боли. Теперь ее показания становились более убедительными. Однако следов Флорики, гадалки из племени лупт, все еще не было найдено. Им удалось подтвердить ее существование и обнаружить дом в квартале для мигрантов, но к тому моменту женщина уже покинула его, и жилище пустовало.

Этот район располагался в одной из самых зловещих частей столицы. Из-за царившего там беззакония проводить тщательное расследование было крайне сложно. К тому же вряд ли «Флорика» осталась в столице после того, как совершила настолько дерзкое преступление. Вероятно, найти того, кто дергал за ниточки, будет очень трудно. Однако можно было с уверенностью сказать, что королева и герцог Марвик, по всей видимости, не имели никакого отношения к этому делу. Последний вообще был известен своими националистическими взглядами, его расистские высказывания не раз вызывали возмущение общественности. Герцог презирал мигрантов и кочевые народы, поэтому даже мысль о том, что он мог использовать их в своих планах, была абсурдна.

Однако это подтверждало существование неизвестного врага, обладавшего древним артефактом, позволяющим менять облик. В этой ситуации принц все больше нуждался в сверхспособностях Эстель.

Арклейн мысленно представил лицо своей невесты и тихо вздохнул. В последнее время с ним творилось что-то странное. Стоило ему увидеть Эстель, как сердце начинало биться чаще. Он думал, что проведет с ней ночь – и эти чувства утихнут, но они, наоборот, только усилились.

Принц бросил взгляд на тюремную камеру, в которой держали Диану, ощущая странное раздражение.