Телохранитель для дочери генерала драконов - Мария Павловна Лунёва

на своих харчах лапы протянул. Так что не наговаривай на себя, Касси. Главное, что ты пытаешься.

Я улыбнулась и вдруг потянулась и обняла его. Сама от себя такого не ожидала. Но он был такой хороший, понимающий, сильный... Горячий... И неподвижный.

Сидел истуканом и, кажется, не дышал, когда я его в щеку целовала. Вот именно такой мужчина мне и нужен для счастья. Простой наемник, а не какой-то там чужой и непонятный ханым.

Глава 58

Страх. Я кралась через кусты, смутно понимая происходящее — нереально. Сон, из которого я не могла выбраться. Знакомый и пугающий. На меня скалились волки, но звери с красными горящими глазами не решались напасть. Я разглядывала их, всё отчётливее понимая - они боятся.

Меня.

Покрутившись, пыталась вспомнить это место. И время. Вытянув руки, разглядывала их. Маленькие пухлые ладони. Сколько мне было тогда?

Вернее, сколько мне сейчас...?

Сознание пытливо искало ответы.

Четыре или пять лет?

Может быть. А, возможно, и меньше.

Я шла вперёд, не разбирая дороги. Куда бы ни свернула, всюду видела деревья. Высокие, с голыми стволами. Ветер гнул их, они противно трещали. Слышала я и рык животных.

Свора... ?

А потом до меня долетел голос. Мужской. Незнакомый и настораживающий. Мне он не нравился. Я силилась понять, что он говорит. Но не разбирала фраз. Даже слов. Мужчина злился, кричал. Отдавал приказы.

Покрутившись на месте, осознала, что хожу кругами.

Новые крики... Женские. Мама! Её я узнала сразу. Развернувшись, побежала вперёд и тут же услышала тяжёлый, надрывный детский плач.

— Усыпи её! Пусть она успокоится, — вопил истерично мужчина. — Мне нужна только старшая... А эта пуста. Убей соплячку. Надоела!

Сообразив, о ком он, я понеслась быстрее.

Внутри разгоралось пламя. Жуткое, неистовое. Обжигающее до боли.

Туман. Я прорывалась через него. Он держал, откидывал назад, становясь кроваво-красным.

Или это мое сознание не пускало меня?

— На алтарь её!. Мне нужна сила...

Рывок, и я словно полетела вперёд. Всё вокруг стало заметно меньше и ниже... Или это я выросла?

Снова белый камень. Внутренне я уже была готова увидеть на нём самого родного мне человека. Поймав взгляд матери, ужаснулась. Её располосовали, выпустив кровь. Она шептала губами.

Следила за мной и постоянно повторяла: «Забирай Сабрину и беги...»

Этот беззвучный шёпот казался мне криком.

Детский плач становился громче. Над алтарём словно из ниоткуда возник мужчина в одеяниях жреца. Он занёс над мамой клинок, чтобы нанести последний удар...

И вдруг всё пространство заполнила тьма.

Крики ужаса. Вопли... Плач...

Я старалась слушать только его.

И мужчина...

Ярость переполняла душу... Мне нужен был убийца матери.

«Забирай сестру и беги...» Доносилось со всех сторон.

Но вот впереди что-то сверкнуло. Кинжал. Сорвавшись с места, я устремилась туда с невероятной скоростью. Летела...? Не понимала. Вспышка, и подо мной бился в судорогах палач, забравший жизнь моей матери. Из его разорванного горла хлестала кровь. Довольно выдохнув, я отступила. Бросив взгляд на белый камень, залитый кровью, понеслась обратно...

Мне нужна была моя сестра. Я должна была забрать у них Сабрину.

А тьма всё клубилась, отбирая жизни у волков, что падали замертво, едва она достигала их. Тёмная магия ползла вперёд, обгоняя. Нам нужен был один и тот же ребёнок... Ещё одна вспышка, и передо мной, раскачиваясь, на нетвердых ногах стояла Сабрина. Она сделала свой первый шаг и снова заплакала, смотря на меня абсолютно чёрными глазами, лишёнными белков...

... Вскрикнув, я, наконец, проснулась и села...

— И часто тебе снятся подобные сны? — надо мной нависал Руни.

В руках его была зажата влажная ветошь. Выдохнув, он провел ею по моему лбу.

— Я не мог тебя разбудить. Опять! А еще это, — он поднял мою руку и указал на небольшую дорожку ярко-зеленой чешуи, начинающейся от ногтя на большом пальце, и исчезающую на запястье. — Над бровями и на подбородке тоже проступила. Твой дракон, Касси. Чтобы тебе не снилось — это приводит его в ярость. Ты помнишь сон? — Он склонился ниже. — Что будит твою тьму? Что изменилось? — Я вздрогнула. В его глазах разгоралось алое пламя. — Почему сейчас? Ясира что-то говорила тебе?

— Нет, — я покачала головой, рассматривая яркие чешуйки. — Я... вижу поляну. Волков. Слышу голоса... — Сглотнув, выдохнула. — Мама... я никогда никому не говорила об этом, Руни, даже отцу, хоть он и пытался меня разговорить первое время. Ее смерть... — меня словно прорвало. — Я видела, что они с ней сделали. Это было так жутко... Настолько, что я не хотела помнить. Я нашла Сабрину и забрала ее оттуда. Вынесла ее с той поляны. Шла... Очень долго. Она была такой тяжелой. Мне было физически больно. Но я несла ее, потому что так велела мама. Забрать сестру и бежать. Нас нашли на следующий день воины отца. Нашли на такой же дороге под деревом. А вокруг обгоревшие туши волков. Я сожгла их всех, — из моей груди вырвался истерический смех. — А когда вернули домой, там была другая женщина. Орина. Жена отца. Она приняла Сабрину как свою. Всем было сказано, что она ее родная мать. В кроватке лежал новорожденный брат. Шла война, Руни, никто не лез в чужие семьи. Никому не было дела до того, кто и когда родился, и кто на ком женился... Уцелеть бы... Это и сыграло на руку отцу. Сабрина до сих пор не знает, что у нее другая мать, я не нашла в себе силы рассказать ей. Зачем? И теперь...

— Прошлое вернулось? — Подняв руку, Руни провел подушечками пальцев по моей брови. Скорее всего, там были чешуйки.

— Да, — шепнула я. — Дорога... Лес. Бешеные. Все, как и тогда. Мы бежали с мамой. Я не понимала от кого и куда. А потом — нападение. Свора! Я почти все время спала... Многого не понимала. Что тогда произошло? За что ее растерзали на алтаре, выпустив кровь. Кому был нужен ее дар? И почему так жестоко?...

Зажмурившись, я протянула руки и, обняв Руни, прижалась к его телу. Под щекой бешено билось его сердце. Он стиснул меня в ответ, нежно целуя в волосы. Легкие и воздушные прикосновения приводили в трепет.

— Это правда, что ведьмы сами выбирают, кого любить, Руни? — прошептала одними губами.

— Да, моя красавица, — он услышал. — Ты