Кристина Камаева - Последняя принцесса Нуменора

Это заклинание стало известно агнегерам, и они научились вызывать Барлогов, когда им вздумается. Однако они понимали, что управлять неукротимыми огненными духами не могут и что жертвой необузданного пламени может стать любое живое существо. Такая беспристрастность внушала оркам поистине священный ужас. Сформировался сложный ритуал поклонения Барлогу. Предназначенных в жертву узников вводили в пещеры особой формы — жаровни, изолированные от мира толстыми стенами. Жертвы опускались в жаровню через небольшой люк, который потом наглухо закрывался. И только потом огнепоклонники вызывали всепожирающее пламя. Обычно дух довольствовался принесенной жертвой и, побушевав некоторое время в жаровне, укладывался спать. Катастрофы случались редко. Управлять Барлогами мечтали и Моргот, и Саурон, но и у них не хватило сил, чтобы укротить и подчинить их. Барлог Прибрежных гор был разбужен недавно, но вскоре сюда переместились агнегеры из многих мест и организовали огромную колонию. Кроме того, Кремниевые горы стали местом паломничества приверженцев культа и по значимости затмили Ородруин, старейший вулкан Средиземья. Причиной послужило то, что культ здесь отличался особой зрелищностью. Барлог появлялся на дне котлована цилиндрической формы, а пропасть уходила так глубоко вниз, что стоящие наверху, на «смотровой площадке» зрители, могли наблюдать за несчастными жертвами неукротимого пламени, оставаясь в безопасности. Почитатели духа возносили молитвы Барлогу, завороженно наблюдая, как появляются языки нежного и прозрачного пламени, а за ними потоки сверкающей лавы, застывшие сгустки которой орки собирали и хранили как реликвии.

— А куда мы так спешим? — нервно поинтересовался Буги. — Насколько я понимаю, агнегеры — совсем не маленькое племя, и нападать на них не безопасно.

— Скажи прямо, что трусишь! — бодрился Шумми.

— А ты что-то слишком расхрабрился, — буркнул Буги,? — тогда, у ручья, и одного гнома не мог одолеть. — Замечание приятеля взбесило Шумми, и он, возможно, придушил бы его в сердцах, но тут вмешалась Мириэль:

— Успокойтесь! Мы не затем сюда пришли, чтобы передраться друг с другом. На агнегеров нет смысла нападать открыто. Мы тайно проберемся в их пещеры под покровом ночи.

— Сама природа улыбается нам, — заметил Буги, — сегодня полнолуние, и все будет видно почти как днем, не заблудимся.

— Полнолуние и осеннее равноденствие! — какая-то счастливая мысль осенила Мириэль. — Что ж, природа, и правда, улыбается нам. Сегодня ночью мои силы возрастут в четыре раза.

— Что вы имеете в виду? — насторожился Буги. — Какие силы?

— Магические, — пояснила Мириэль не без бахвальства.? — Я сплету заклинание оцепенения, и каждого агнегера, который встанет у нас на пути, скует невидимой цепью. Тогда они не смогут нам помешать. Мы найдем пленников и выведем их из пещер. Надо спешить, когда зайдет луна, заклинание перестанет действовать.

Все как-то напряженно молчали.

— В чем дело? — обиделась Мириэль. — У вас есть другие предложения?

— М-м, — с трудом подбирал слова Буги, — нам не совсем понятно про магические силы.

— Ах! Так вы не верите мне?! — Мириэль сдвинула брови и тут же сделала едва заметное движение рукой. Кумбрик, метнувшийся было в сторону от ее пронзительного взгляда, застыл на месте и перестал моргать. Хоббиты попятились, Мириэль вдруг показалась им чужой и злой.

— Как же это так? — Шумми потрогал пальцем неподвижного гнома. — Вы что, его заморозили?

— Да, и я собираюсь точно также поступить с агнегерами. Главное, чтобы сил хватило на всех, — она провела рукой перед лицом Кумбрика, он очнулся и принялся ощупывать себя, как будто боялся лишиться какой-нибудь части тела.

— Оставь меня, ведьма, — пролепетал он.

— Дурак! — осадил его Буги. — В гости к агнегерам надежнее идти со своей ведьмой.

Настроение у Буги явно поднялось, он совсем перестал ныть и бодро шагал вперед.

Уже смеркалось, когда путники, выбравшись из очередного оврага, увидели, что лес кончился, а цель их путешествия вырисовывается темными пиками на сером небе. Отдаленно и глухо шумело море, но свежий ветер не проникал сюда, сдерживаемый могучими исполинами. У подножия гор в одном месте горели огни — там-то и был вход в гору и стражник при нем.

Путешественники затаились в зарослях стланика, пересекать открытое пространство перед входом в пещеру было еще рано. Все с наслаждением растянулись на земле, а Мириэль шепотом поведала им свой план. Они рассчитывали воспользоваться темнотой и перебраться поближе к цели, двигаясь цепочкой, с интервалом в пять шагов друг от друга. Мириэль должна была возглавить шествие и выводить из строя приближающихся орков своим заклинанием. Предполагалось, что луна в этот момент появится из-за гор. Остальные должны были только прикрывать принцессу в случае, если она не заметит всех орков, или их будет слишком много.

— Ну что, готовы? Никому не страшно? — Мириэль строго поглядела на свою свиту. Не бог весть какие воины, но делать нечего. Самым надежным был, конечно, Олвик.

Все шло прекрасно: Мириэль уверенно продвигалась вперед, остальные бесшумно крались за ней. Тишину нарушал лишь оркский говор. Вершины Прибрежных гор уже светлели, и луна должна была вот-вот появиться. «Сейчас все орки превратятся в немигающих истуканов, — предвкушал потеху Буги,? — как все-таки удобно, когда рядом маг».

И вдруг что-то огромное со свистом пронеслось над головами заговорщиков. Все замерли. До отряда орков, охраняющего вход в пещеру, было уже рукой подать, но прекрасному плану не дано было осуществиться. В серебристом свете полной луны все увидели большую крылатую тень. Приблизившись, она зашипела и стремительно кинулась на Мириэль.

— Назгул! Назгул! — завопил Буги что есть мочи.

Мириэль прежде всего произнесла свое заклинание оцепенения, поскольку именно оно вертелось у нее на языке. Это лишь на мгновенье задержало гигантскую птицу, она отпрянула, но тут же с новой силой, полыхая голубоватыми молниями, с неистовой злостью приблизилась к принцессе, задев когтями плечо Кумбрика, стоявшего рядом с девушкой.

— Истребитель! — догадалась Мириэль, и у нее подкосились ноги.

— Заморозьте его! Что вы медлите?! — отчаянно вопил Буги, увертываясь от молний.

— Бегите, все прочь от меня! — закричала Мириэль. — Погибните.

Но бежать было некуда. Злобная тварь непрерывно метала молнии, которые стеной огня перекрывали им путь к спасительному лесу. В такой ситуации даже наводящие прежде ужас агнегеры показались путникам не такими уж страшными, они тоже испугались крылатой нечисти и, покинув пост, скрылись в пещере. Туда же бросились со всех ног хоббиты и гном. Только Мириэль яростно сопротивлялась Истребителю, принявшему облик птицы, да Олвик рычал и вставал на дыбы, пытаясь схватить врага зубами. Принцесса была необычайно сильна в эту ночь, и Истребителю досталось изрядно, но он и не думал отступать, он был охотником за ее душой. Мириэль поняла, что не одолеет его, и стала продвигаться к пещерам. Как трудно давался ей каждый шаг! За что же преследовал ее этот страшный враг?!