Из-под палочки (СИ) - Юлия Борисовна Жукова

удержусь! А тебе ведь нельзя наверняка. — Он обхватил выпуклость её живота горячей ладонью. Алиса выгнулась навстречу прикосновению, но тут же одёрнула себя: не стоит лишний раз напоминать ему о своей неказистости. И так вон почему-то «нельзя».

— Потому что некрасиво? — не удержалась она.

— Очень красиво, — горячо зашептал ей на ухо Эндан. — Так красиво, что я не знаю, как тебя из рук выпустить.

— Не выпускай?

Эндан тяжело вздохнул, отстраняясь, и снова погладил её по животу.

— Опасно же. Тебе целители не говорили?

Алиса задумалась, припоминая, что ей вообще говорили в женской клинике, а то она там была, как под дурманом.

— Сказали, что противопоказаний нет, и если отец ребёнка несогласен, то лучше найти какого-нибудь ещё мужика.

Кажется, примерно так. Эндан внезапно вцепился в неё и прижал очень близко, так что Алиса чувствовала весь рельеф его тела, и, если она хоть что-нибудь понимала, то он не был несогласен.

— Никаких других мужиков! Ты моя, и я тебя никому не отдам и никогда не оставлю!

Алиса затрепетала от неуклюжей надежды. Не может же она быть сказочной царевной? Вдруг он всё-таки ошибается?

— Даже если я не настоящая? — прошептала она.

— Ты настоящая.

Алиса резко вдохнула и прикусила губу.

— Откуда ты знаешь?

— Я проверял.

Алиса схватила его руку дрожащими пальцами и завела себе под свитер.

— Проверь ещё раз.

Она почувствовала, как сердце Эндана заколотилось быстрее. Он принялся целовать её шею горячими губами. Она вдыхала травянистый аромат его волос, надеясь им пропитаться.

— Ты напросишься, я ведь и правда проверю.

— Вот проверишь и никуда не исчезнешь, а утром проснёшься и повторишь то же самое, тогда поверю.

Он оторвался от её ключицы и взглянул ей в лицо.

— Что, прямо после проверки спать остаться с тобой? Ты же обидишься. Ты сама в прошлый раз сбежала после такого, а я не знал, как тебе в глаза смотреть!

Алиса заморгала.

— Я думала, что с рассветом сказка кончилась, и надо уйти.

— Не надо! — выпалил Эндан, обхватывая её лицо ладонями. — Не уходи больше.

— И ты не уходи, — прошептала Алиса, приподнимая руку, в которой комкала мягкую ткань рубашки. — Я завернусь в твой запах и буду всегда твоей.

Эндан зажмурился и ухватился рукой за край стола, как будто у него голова закружилась.

— Рябинка, боги, что ты со мной делаешь… Хорошо, хорошо… Я мечтал тебя увидеть в муданжской одежде… Правильно духовник говорит «бойся своих желаний».

— Я сошью потом, — пообещала Алиса. — Вот тебе дошью к свадьбе и…

— Ты шьёшь мне одежду? — как-то нехорошо вскинулся Эндан, и Алиса прикусила язык: это же должен был быть сюрприз. — Боги, пожалуйста, не надо!

— Почему? — приуныла она. У неё уже почти начало получаться!

— Мне… первая жена шила. Много. А потом, — Эндан покачал головой, отворачиваясь, — когда её не стало, я всё это носил… Постоянно напоминая себе, как я виноват в том, что с ней случилось. Я не могу больше. Пожалуйста, не надо. Я только всё отдал…

Алиса убрала руку с его бедра, неизвестно как там очутившуюся, и выпустила из пальцев рубашку. Вот так в самом неожиданном месте всё-таки всё запорола.

— Не расстраивайся, — попросил Эндан, целуя её в щёку. — Может быть, после… Когда мне будет не так страшно. Если ты… Если тебе…

— Планировать — это правильно, — охотно закивала Алиса, хватаясь за возможность спасти разговор. — Психолог мне тоже всё время говорит, чтобы я планировала. Я могу и потом дошить, после родов. Просто я хотела тебе к свадьбе что-нибудь подарить.

— Ничего страшного, — слабо улыбнулся Эндан. — Тебе ведь мой подарок тоже не понравился?

Алиса с большим трудом вспомнила, о чём он говорил. Куклы же! Это всё было только сегодня, а казалось, что в другой жизни. В той жизни, где Алисе было ничего нельзя и всё страшно. Он ей кукол подарил с заводскими фейс-апами и без коробок! А Алиса ещё себя считала неадекватной!

— Понравился, — хихикнула она, соображая, как бы так объяснить, чтобы его не обидеть. Кажется, ей никогда в жизни не приходилось решать такую задачу: или её объяснения никого не интересовали, или обидеть было не жалко. Вот это, наверное, и было одним из тех недостижимых навыков, обязательных для совместной жизни с другим человеком.

Алиса же никогда с этим не справится. Она его обидит, он её бросит, и всё станет, как раньше. Алиса зажмурилась от ужаса и лихорадочно заскребла когтями по сусекам своего сознания. Она же не могла просто отмолчаться или уйти. Что она ни сделай сейчас, результат будет один: Эндан обидится. Наверное, какие-то ужасно прокачанные люди могли бы изложить ему всё как есть, но необидно, а у Алисы просто не было шансов. Но, может быть, если сказать не прямо всё как есть, а по соседству? Вдруг прокатит? Других идей у Алисы всё равно не было.

— Только их было так много и все разом… — наугад произнесла она. — Я не знала, на кого первого смотреть. — Она глянула на Ясеня. Вроде пока не обиделся. И тут её осенило: — Может быть, ты мог бы, хм-м, обратно по коробкам их убрать, и давать мне по одной? Скажем, по одной в месяц?

— По одной в месяц? — Эндан улыбнулся и прижался виском к её виску. — Это значит, десять месяцев.

— Ага. — Алиса перевела дыхание и постаралась унять бешено стучащее сердце. Неужели она сдала этот экзамен? А вроде не так уж трудно и было, и придумала она хорошо. По кукле в месяц она как раз успеет каждой и лицо переделать, и костюмчик пошить, и тогда подарок будет в самый раз! Выходит, она даже не соврала по сути. Это вот так общение человеческое работает?

Эндан меж тем отсчитал все десять месяцев по её пальцам и уточнил сквозь улыбку:

— И самую большую в конце?

— И самую большую в конце, — облегчённо согласилась Алиса.

— Клянёшься мне, что не оставишь меня один на один с огромным пластиковым мужиком?

Алиса фыркнула.

— Клянусь. А ты клянёшься мне, что не оставишь мне вместо себя огромного пластикового мужика?

— Клянусь, — торжественно произнёс Эндан.

Они оба повернулись, чтобы поцеловать друг друга в висок, и их губы встретились.

— Пошли рубашку мерить? — предложила Алиса. — Тогда, может, ещё успеем поспать до рассвета.

— И после рассвета ещё раз померяем, — решил Эндан, подобрал рубашку с пола и потянул Алису за собой. А потом неловко, словно извиняясь, добавил: — Раз уж всё равно будем друг за друга держаться.

Эпилог

— Может, снотворного? Проснёшься — а уже всё в порядке.

— А если не в порядке?

Хотон-хон мучительно закатила глаза, а хозяйка женской клиники, в кабинете которой и проходил разговор, отвернулась, прикрыв лицо рукой.

— То ты всё равно узнаешь об