Грань между Светом и Тьмой - Слава Соло

– Зачем ты пришла?

– Я хочу, чтобы ты вернулся домой, ко мне, к Алексу, меня убивает, что ты находишься здесь, в этом месте.

– Я клятвопреступник, убийца и глупец. Здесь мне самое место.

– Не говори так! Ты самый лучший человек которого я знаю!

– Даже лучше Демиана? – Его лицо с кривой усмешкой вновь было повернуто ко мне.

Меня бросило в жар. Я не ожидала, что он будет так откровенно нападать на, еще никогда между нами не происходило подобных диалогов.

– Демиан здесь не при чем, Артур.

– Еще как при чем, Сиенна. Я пришел спасать любимую женщину, рискуя всем, что имею и обнаружил на её ауре метку другого мужчины. Как ты думаешь, что я должен при этом испытывать?

– Артур, я понимаю твой гнев и раздражение, но я люблю тебя. Возможно не так как тебе бы того хотелось, но люблю. Я не хочу, чтобы ты думал, что мне наплевать на тебя лишь потому, что я не могу дать тебе романтических отношений.

– Сиенна, разговор бессмысленный, уходи пожалуйста.

– Я никуда не пойду пока мы не поговорим.

– А я не желаю разговаривать с тобой, мы ходим по замкнутому кругу.

– Артур, дай мне разорвать этот круг. Я хочу тебе помочь, я хочу пройти через это вместе с тобой. Раньше мы проходили вместе через все сложности!

– Раньше ты не принадлежала другому мужчине.

Это действительно было бесполезно. Внутреннее чувство подсказывало мне, что сейчас я должна уйти, ему нужно осознать, что я рядом и не собираюсь его бросать, после этого мы сможем двигаться дальше. Возможно.

– Артур, я уйду сегодня, но приду завтра. И буду приходить ещё столько, сколько потребуется для того, чтобы ты вновь стал собой.

Он лишь скривил губы, было понятно, что он думает о тщетности моих попыток. Если бы кто-то и мог вызволить его отсюда, то это точно была не я. Больше не я.

Развернувшись на каблуках, я практически выбежала из этого здания, не видя перед собой ничего из-за слез, застилавших мне глаза. Я точно знала, что если бы не браслеты на моих руках, сегодня я бы овладела навыком перемещения в пространстве, так велико было желание сбежать отсюда, сбежать из этого мира.

**

Я сдержала обещание и приходила в тюрьму Империй каждый день, против своей и его воли. Но Артура больше не было. Нет, он находился физически в этой четырехугольной комнате с бетонными стенами и решеткой вместо двери, но моего Артура больше не было. Во мне всё сжималось от ужаса и боли, когда он смотрел на меня своим холодным равнодушным взглядом, в котором сквозила какая-то ненависть, но я пыталась уверить себя, что просто драматизирую. Я не понимала на сколько он важен для меня, сколько между нами всего было хорошего и светлого, пока это не закончилось. Я болезненно искала своего любимого и любящего мужчину в этом новом жестком человеке, который не мог контролировать раздражение в голосе, когда говорил со мной. Я видела, что Артур даже иногда пытается неуклюже взять меня за руку или улыбнуться через силу, но все это было больше похоже на жалость. Как бы я ни пыталась не думать о плохом, как бы ни пытался сам Артур заверить, что всё отлично, факт оставался фактом: в его душе ко мне не осталось ровным счетом никаких чувств. Я находила в нём только холодное равнодушие вперемешку с желанием не добивать меня совсем, а потому он позволял эти недолгие встречи, во время которых мы практически всегда молчали. Это было для меня, пожалуй, самым болезненным. Я никогда не думала, что у нас с ним могут иссякнуть темы для разговоров и легких споров, они были неотъемлемой частью наших с ним отношений. Теперь же это молчание заставляло слезы подкатывать к глазам, а в горле вставал ком, который в прямом смысле душил меня. Я не понимала, как я смогу пережить это отчуждение, я чувствовала себя жалкой и раздавленной, несмотря на то, что держала спину ровно, в душе мне хотелось цепляться за свои колени, сидя в каком-нибудь углу.

Пережить то, что я совершила я смогла бы вместе с Артуром, но не в одиночку. Дорм закрылся от меня, а я не понимала кто из нас чудовище: я ли, потому что ненамеренно совершила ужасное зло, или он, который отвернулся от той, кому клялся в вечной любви и обещал положить мир к ногам.

– Сиенна… – начал Верховный судья, но я не дала ему закончить.

– Я знаю, Артур.

Я не хотела слышать его признаний и извинений, я всё это знала, всё чувствовала. Это слова бы причинили мне только дополнительную боль. Горькая улыбка появилась на моём лице. Мне вспомнился наш с ним разговор, когда он объяснял, что долг судьи всегда будет стоять для него выше, чем собственные желания и чувства. Только вот тогда я, глупая, размышляла о том, что он может встать перед выбором между своим долгом и кем-то из своих родных. Какая ирония судьбы, что в этом амплуа оказалась я сама. Смысла здесь находиться для меня больше не было никакого. Я поднялась с колен, отряхивая платье.

Мне хотелось, чтобы он что-то сказал, возможно даже остановил меня, пока не поздно, но Артур даже не смотрел на меня. Боюсь, что ему было все равно, с ним я или нет, или что со мной. Можно пережить и легко простить многое, самую сильную боль, но не равнодушие от человека, который только недавно клялся тебе в вечной любви и хотел провести остаток жизни рядом с тобой. Я не могла этого понять, никак.

Постояв напротив него ещё немного, я просто развернулась и пошла прочь. Никогда ещё дорога не казалась мне столько длинной, а путь таким утомительным. Была ли виновата я? Или он? Или мы оба? Я пыталась уверить себя, что теперь уже бессмысленно думать о причинах, важен лишь результат. Мы совсем чужие люди теперь, а я не могла забыть того, что было между нами и не понимала, как это мог сделать Дорм.

Боль, злость, непонимание и отрицание заполняли всё моё существо. Браслеты накалились на руках, но я испытала почти удовольствие от той сильной боли, с которой они обожгли мои запястья, переключая сознание с куда более сильной эмоциональной на физическую.

Глава 21

Я возвращалась в замок Света словно в тумане и из-за этого не сразу заметила суматоху, творившуюся во внутреннем дворе. Служащие и стража бегали,