Поцелуй с вампиром. Том 2 - Лана Александровна Ременцова

поглаживая по голове, и целуя ледяные пальчики. Мейфенг его первая и единственная любовь, он жить уже не мог без неё, да и вообще в его жизни до встречи с ней, не было никакого смыла. В нём сейчас кипели два абсолютно разных чувства: ненависть к тем, кто напал на их дом в его отсутствии и безумная любовь к жене. Она весь его мир, и он даже не стеснялся плакать перед Андреем. Тот подошёл к нему и присел чуть поодаль, с тоской наблюдая, как страдает друг по любимой. «Хотел бы и я испытать такие же чувства».

Вскоре начало светать и графиня глубоко вздохнула, Валентин так и не смог этой страшной ночью сомкнуть глаз, настороженно взглянул ей в лицо, и её тело начало регенерироваться: глубокие раны затягивались, пули плавно выходили и выпадали рядом на постель. Вдруг она часто задышала и распахнула ещё красные глаза, уставившись в одну точку на потолок. Валентин в переживаниях, начал быстро и часто целовать любимое нежное лицо, и она перевела взгляд на него, который обрёл смысл, а глаза плавно приобрели тот же прекрасный зелёный оттенок, пленивший его когда-то навсегда.

– Валентин…

Он всхлипнул ещё сильнее от переполнявших чувств, и его хрустальные слёзы упали на её щеку. Она попыталась улыбнуться, но улыбка получилась какой-то болезненной.

– Любимый…

Он не выдержал и поцеловал её в губы, она ответила и обвила его за шею нежными ледяными руками. Валентин долго не мог оторваться от желанных губ, но когда все-таки смог, поднял взгляд туда, где до этого момента сидел Андрей, тот уже вышел, понимая, что друга стоит сейчас оставить наедине со женой. Мейфенг мягко притянула голову мужа к себе.

– Я хочу тебя.

Его не нужно было уговаривать, он схватил её на руки и быстро унёс в спальню, мгновенно разорвал на ней всю кровавую одежду и, отбросив на пол, кинулся целовать с ног до головы.

– Вали, любимый. Я люблю тебя. Люблю… – она исступлённо шептала.

Его всё ещё слегка потряхивало от пережитого страха за неё и возбуждения одновременно. Он целовал её шею, руки, грудь. живот, бёдра и каждый пальчик на стройных ножках. И снова возвращался к шепчущим губам. Она не могла уже ждать, и сама прижалась всем телом, у него закружилось всё перед глазами, и он вошёл в неё. Вампирскую страсть нельзя сравнить с человеческой, это огонь, сжигающий обоих до тла. То их волосы метались по подушкам, то тела сплетались в разные позы, которые давали им всё большее и большее наслаждение друг другом. Он встал, держа её хрупкое тело в сильных объятиях, продолжая любить стоя, потом снова уложил на кровать боком, и вскоре они дошли до такого экстаза, что вместе разорвали все подушки и простыни. А спустя пару минут уже звонко смеялись, пытаясь поймать многочисленные белые пёрышки, летающие вокруг.

Валентин настороженно посмотрел на неё, и она замолчала в немом вопросе.

– Любимая, что здесь произошло?

Её взгляд затуманился, вспыхивая алыми прожилками.

– Я играла на фортепьяно, Сан и Мейли сидели рядом, держась за руки, как вдруг мы услышали страшный крик Ана: «Бохай!». Мы выскочили на балкон, в ожидании худшего. Их было так много, они вылезали к нам, как черви, один за другим. Сан начал с ними драться, как лев, но их было слишком много, и они навалились на него всем скопом. В этот момент, не знаю как, но и я с Мейли подключились, забыв о том, что мы женщины, начав рвать их тела зубами и когтями. В итоге втроём мы убили множество бандитов, остальные в страхе убежали. И казалось, что всё завершилось, как вдруг Бохай, который стоял всё это время внизу в саду, начал стрелять. Он ранил Сана, затем Мейли, а потом…, – и она остановилась, опустив голову.

Валентин обнял её за вздрагивающие плечи.

– Что потом, любимая?

Она молчала.

– Что потом, Мейфенг, ответь мне, что случилось потом?

Она подняла на него глаза, в которых стояли слёзы. Он обнял жену ещё крепче, начав гладить по голове, как ребёнка.

– Ну, не хочешь, не говори, потом расскажешь, когда успокоишься.

Она покачала головой.

– Нет, не в этом дело, Вали, я не помню.

– Как не помнишь?

– Да, вообще не помню, что случилось потом. Помню только твой нежный голос в моём сне, как я проснулась и увидела тебя, моего дорогого и любимого мужа рядом.

Валентин, продолжая гладить её, с невероятной нежностью поцеловал в губы, облизывая каждую и мягко засасывая поочерёдно.

– Хорошо, любимая, не нервничай, отдыхай, а я пойду, поговорю с Саном и Мейли.

Она кивнула и, встав с кровати, прошла в ванную, а он надел бархатный халат и вышел в гостевую комнату, где его уже ждали Андрей, Сан и Мейли.

– Сан, так здесь был этот ублюдок Бохай?

Парень поклонился.

– Да, Граф, он напал на нас ночью со своими людьми.

– Избавь меня от подробностей, жена мне уже всё рассказала, что помнит, а вот о Бохае она ничего не может вспомнить. Вот это мне и расскажи.

– Ваша жена, словно выпала из реальности, Бохай стрелял в неё пока не выпустил всю обойму, но она, как будто ничего не чувствовала и шла на него. Мы с Мейли были уже сильно ранены и наблюдали за всем с балкона и даже не сразу поняли, что произошло, она раздавила его руку вместе с пистолетом, а потом сразу прокусила шею и начала с яростью высасывать кровь.

Валентин опешил от услышанного, его зрачки расширились, а рот чуть приоткрылся. Он еле перевёл дух.

– Моя жена? Мейфенг? Убила Бохая?

– Да, Граф, она словно обезумела. Я из последних сил подлетел к ней и кое-как остановил, чтобы она не пристрастилась к человеческой крови; вы же её вроде бы не пьёте?

– Да не пьём, ты молодец, но я даже не представлял какими силами, обладает моя жена. Теперь я ещё больше люблю её, так как понимаю, что она истинная моя вторая половина, настоящая вампирская графиня!

– Вы всех убили?

– Нет, половина японцев унесла ноги.

– Тогда их надо найти и всех убить, чтобы уже никто из его банды не досаждал не нам, не Наоки и Вейшенгу.

Андрей согласился с другом.

– Да, Вали, я согласен, их нельзя оставлять в живых. Когда выдвигаемся?

– Через час, мы полетим обратно в