Прочнее цепей - Лена Хейди

даже огромную сумму — например, пять миллионов тайров. Вам её выплатят, можете быть уверены. Я помогу вам составить исковое заявление в Центральный суд.

— Спасибо, но нет, — ответила я, вытирая слёзы с лица. — В качестве компенсации за весь этот ужас, что я пережила, мне не нужны деньги. Я требую кое-что другое.

— Драгоценные камни? Артефакты? Золотые слитки? — Доменик был озадачен. — Ну, если хотите, их тоже можно прописать в исковом заявлении.

— Нет. Мне нужны эти рабы. Беглецы. Все до единого! — твёрдо заявила я. — Точнее, те, кто выжил. Убитых принцы могут оставить себе.

— Но зачем? — опешил начальник стражей.

— Какая разница? — пожала я плечами. — Таково моё условие. Эти рабы должны стать моими.

— И всё же я прошу пояснить, — продолжал настаивать этот упрямый тип.

— Ну, я же с планеты Земля, у меня очень тонкая душевная организация и особенное строение психики. Я отличаюсь от местных женщин складом ума, психологией, триггерами, — несла я какую-то околесицу, на ходу выдумывая «обоснуй» своим требованиям. Неожиданно, но перстень покраснел! А при слове «триггер» глаз Доминика дёрнулся. — И теперь моё душевное здоровье нуждается в «эффекте замещения»: я видела, как эти рабы разбивают мои окна и крушат мебель, и теперь хочу наблюдать, как они тут всё ремонтируют! Сами напакостили — сами пусть всё это убирают и приводят в порядок. Так негативные воспоминания в моей голове будут замещаться новыми, позитивными. Эффект замещения, понимаете?

— Так может, принцы одолжат вам этих рабов на время? — начальник стражи

растерянно смотрел на меня.

— Зачем на время? Мне нужно насовсем! Я сама хочу решать, что с ними делать и как именно наказывать! — вскинула я голову. — Это и будет моей компенсацией. Двадцать один человек плюс ещё один, который до сих пор в бегах. Всего двадцать два. Пусть принцы оформят этих рабов на меня, по всем правилам. Они должны стать моей собственностью.

— Но... зачем вам такие сложности? — ошарашенно произнёс Доменик. — Каждый такой раб стоит не больше пяти тайров, их суммарная рыночная стоимость — сто десять тайров. И их ведь нужно кормить, поить, одевать! Долгие годы! Это сплошные расходы. А в случае смерти раба — ещё и штраф в пять тысяч! А если вы возьмёте от их высочеств денежную компенсацию, то получите как минимум пять миллионов! Это гораздо выгоднее!

— Я же вам уже объяснила. Эффект замещения! — повторила я в третий раз, глядя на законника с укором, что он не понимает таких элементарных вещей. — Душевное равновесие для меня дороже любых денег!

— Ладно. Будь по-вашему, — сдался этот тип. — Я помогу вам составить исковое заявление с такими требованиями.

— Но рассмотрение дела в Центральном суде может занять неделю! — покачал он головой.

— Нет, так не пойдёт! — возразила я. — Всё это время меня будут терзать плохие воспоминания. Только представьте: завтра я приглашена на праздник к Виоле Этери, и там мне предстоит знакомство с местной аристократией и с моей будущей свекровью — госпожой Леей Алистер. И как мне общаться с этими милыми женщинами после глубокой психологической травмы и ночи, полной кошмаров?

— Министр сельского хозяйства — ваша будущая свекровь? — у начальника стражей медленно отвисла челюсть. — Вы невеста Лорана Алистера?

— Да, — я продемонстрировала ему два фиолетовых огонька на своём ринале.

— А кто второй? — Доменик нервно сглотнул.

— Родни Стоун, начальник Лорана, — ответила я.

— Но как вы успели стать их невестой всего за один день? — ошарашенно смотрел на меня законник.

Я сделала вид, что оскорбилась таким вопросом:

— Хотите сказать, что я для них недостаточно хороша?

— Нет-нет, ну что вы! Вы само очарование, — поспешно заверил меня мужчина.

— Благодарю, — сдержанно отозвалась я. — Так что насчёт моего вопроса? Вы поможете мне уладить эту проблему и сделать так, чтобы беглые рабы стали моей собственностью уже сегодня?

— Я попробую, — тяжело вздохнул Доменик.

Глава 67. Ответ

— Единственный способ урегулировать всё быстро — это заключить с их высочествами соглашение о досудебном разрешении возникшей проблемы. Я отправлю им сообщение, и посмотрим, что они ответят. Но должен вас предупредить, что такое соглашение в любой момент можно будет оспорить или аннулировать, — отметил Доменик.

— Почему? — напряглась я.

— Потому что в результате пострадавшая сторона, — махнул он на меня, — всё равно остаётся в убытке. Как я уже говорил, суммарная стоимость беглецов всего сто десять тайров. А вам причинён такой ущерб, что нужен серьёзный ремонт. Два разбитых окна, сломанная мебель, повреждённые стены, пол, испорченные вещи плюс лечение ваших пострадавших рабов — всё это потребует немалых затрат. По закону ответчики обязаны компенсировать вам все убытки не менее чем в двойном размере. Скажите, по какой причине вы отказываетесь от денег, госпожа Князева?

— Дело в том, что я ещё не знаю тонкостей вашей судебной системы. Я хочу, чтобы эти беглецы достались мне наверняка, — честно призналась я. — Допустим, я бы заявила, что в качестве компенсации требую от принцев пять миллионов тайров плюс всех выживших беглецов — двадцать два раба. А вдруг судья решит удовлетворить мой иск лишь частично: сочтёт, что пяти миллионов мне будет более чем достаточно, чтобы купить себе сколько угодно других рабов на рынке — здоровых и послушных? Скажет, что беглецы — больные после рудников с радиацией и лучше всего отправить их обратно, для моего же блага. Деньги для меня не главное, поймите. Мне нужны именно эти рабы!

— Вы настоящий стратег госпожа Князева, — задумчиво отметил Доменик. — Но уверяю вас: любой судья удовлетворит ваш иск полностью. Этот случай — особый: подобных преступлений не случалось больше тысячи лет. Это дело неизбежно получит широкую огласку. А когда всем станет известно, что за причинённый вам ущерб вы получили компенсацию в размере двадцати двух рабов общей стоимостью в сто десять тайров, — это вызовет большой общественный резонанс, волнения в обществе. И мне, как представителю охраны правопорядка, хотелось бы этого избежать. Позвольте я отправлю сообщение принцам с предложением в досудебном порядке возместить вам ущерб в размере двадцати двух живых беглых рабов и пяти миллионов тайров?

— Ну-у-у, раз уж дело касается общественного резонанса, то так и быть,