Учитель поневоле. Курс выживания - Евгения Решетова

себя виноватой. Да уж, не так я хотела познакомить родителей с женихом и рассказать об особенностях своей работы.

– Он говорящий, – тихо сказала, только чтобы не молчать.

– Вижу, – папа начал злиться. – Доча, ты куда работать устроилась? На правительство? Эксперименты? Ну, чего тебя тянет-то вечно, а, куда не следует? Давай я дядь Ване позвоню? Мы кота придушим, этого закопаем, тебе документы подправим и за полярный круг? Никто не найдет. Будешь жить спокойно, и тебе меньше нервов и нам.

– Па-ап? – я как стояла, так и села, прямо к Роднесу на коленки. – Ты чего?

– Фильмов ему меньше на ночь смотреть надо, – сердито буркнула мама и требовательно уставилась на меня. – А ну, рассказывай! Этот – кто? Жених? Откуда? Кем работает? Зачем женитесь?

Последний вопрос вообще удивил.

– Любим друг друга, вот и женимся, – прижала сопящего кота к груди и решила начать всех знакомить. – Мама, папа, знакомьтесь – Исхан Хусио Роднес, князь Рудона, преподаватель артефакторики в Ситарской магической академии.

И выдохнула.

Папа губу пожевал, кивнул чему-то и вынес вердикт:

– Псих. А как ты с ним связалась?

– А я – преподаватель теории боевой магии в Ситарской академии, – даже обидно немного стало, что он не поверил.

– Варя…

– Так хоть нормально платят? – перебила его мама.

– Очень хорошо, – успокоила ее. И решила для пущего успокоения добавить. – У Хусечки есть свой дворец. И армия. И он сильный маг.

– Пфе, – отмахнулся папа. – Знаем мы таких магов, чуть что, сразу в кусты.

– Прошу меня не оскорблять, – холодно высказался Роднес. – Я правлю целым княжеством, я сознательно сделал выбор, приняв на себя всю тяжесть этого решения. Варвара говорила, что согласно ваших обычаев, я должен узнать, согласны ли вы отдать руку вашей дочери мне. Но я также ставлю вас в известность, что мне будет безразлично ваше мнение в случае отказа.

– Э, парень, ты-то не наглей в моем доме! У себя так будешь, – нахмурился папа. А потом вдруг мне подмигнул. – Но ты мне нравишься! Ха, маг!

Так, папа решил не верить. Но все равно, слишком уж спокойно он все это принимает, а меня такое пугает немножко.

– Ма-аг, – протянул вдруг Пушок. Мама вздрогнула. – Роднес – маг. И я маг, и Варя… тоже маг. Все мы маги.

– А говорящего кота ты зачем притащила? – спросил папа. – Он нам может соседей напугать.

– Профессор хотел наш мир увидеть, ему было интересно.

Папа не поверил. Что ж, глядя на Мурмирауса, я бы тоже этому не поверила.

– Ох, если ты хотела город жениху показать, так что же сидите? Идите! – вдруг замахала руками мама. – Идите же! Кота можешь на диване положить, его никто не тронет.

Осторожно сгрузила котяузера на диванчик в зале. Ничего, пусть проспится бедолага. Это ж надо целый куст валерьянки сожрать! И как только влезла?

Я очень долго рассказывала и показывала Хусечке, где прошло мое детство. Надо отдать ему должное, от машин он не шарахался, под колеса не бросался, магичить не пытался. Да и вообще, вел себя очень культурно. Один раз даже с кем-то поздоровался. Я не поняла, а он просто ответил, что это маг. Ну, я знала, что и у нас маги водятся, но не думала, что их вот так запросто можно на улице встретить.

Хусечке многое понравилось, но не понравилось еще больше.

– Варя, как вы тут живете? Воздух грязный, шумно… Да в Третьей и Седьмой башнях вместе взятый и то потише будет!

– Привыкли, – ответила, проводив взглядом летящий на ветру целлофановый пакет. – Мой мир не идеален, зато тут не пытаются сожрать на каждом углу.

– Тоже верно, – согласился Роднес.

Я купила нам по мороженному, заслужила неодобрительный взгляд от продавца, и мы села на лавочку, наблюдая за струями фонтана, который почему-то сегодня работал. Тоже, наверное, магия.

Кстати!

– Хусечка, а ты с моими родителями ничего не делал? – спросила у него подозрительно.

– А что?

– Папа тебя убить не пытался, – припомнила я.

– Говорил же при первой встрече, что у тебя гоблины в роду, – хмыкнул мой жених и получил локтем в бок. – Не дерись. Я им немного успокоительной магии преподнес. Сама же боялась, что они будут волноваться, вот и решил их от всего этого избавить. Реакция такая же, но без перегибов.

Хотела возмутиться, но передумала. Зачем? Я бы на его месте тоже так поступила. Если бы додумалась.

Мои таракашки грустно со мной согласились, отвесив подзатыльник самому сообразительному.

Так и гуляли, пока не стемнело. Я расстроилась, что оказались закрыты аттракционы, а Роднес, услышав объяснения, что это такое, долго ржал. А потом спросил, чем хуже полеты на драконах? Я не нашла, что возразить, тем более, мне было обещано незабываемое приключение. Но только после свадьбы. Еще один крючок, чтобы я не сбежала из-под венца. Ха, будто я собиралась это сделать!

Пару раз встречала знакомых, которые делали вид, что скучали, а на самом деле пытались узнать, куда это я пропала. Быстро избавлялась от них. Нечего мне настроение портить! Ведь ни в км из них не было той искренности, к которой я успела привыкнуть в Ситаре.

Странно понимать, что мой родной мир почти перестал быть таковым.

Домой к родителям вернулись уставшие, но довольные. А там уже ждал хмурый Пушок с чашкой молока и плохими новостями.

– На Илигерию снова напали.

Глава двенадцатая. Недобитый враг

– То есть как это – напали на Илигерию? Кто? – я как стояла, так и села. Хорошо, что до дивана дойти успела.

Котяра развёл лапами.

– Как ты узнал? – вот, куда бы я без Хусечки? Он сразу о насущном спросил.

– Маяк от Амура. Я-то думал, что он сюда не прорвется, но, видимо, много сил пришлось на него потратить, чтобы такой мощный сотворить, – уважительно заметил Пушок.

– Амур может, – рассеяно ответил ему Роднес, размышляя, как нам дальше быть.

Между тем ко мне подошла мама. Ох, и как мне теперь ей объяснять, что я опять неизвестно насколько пропаду? Стыдно ж.

– Варя, что случилось? – тихо, чтобы не тревожить моих мужчин, спросила она.

– На княжество наше напали, нужно возвращаться. Ты уж прости, что так получилось…

– Там война? Не пущу! – уперла руки в боки мама. – Коля! Тут твоя дочь в зону боевых действий собралась!

Папа вошёл в зал, всем своим видом показывая, что я покину отчий дом только через его хладный труп.

– Папа, ты сам говорил, что я должна брать на себя ответственность! – тут же перешла в наступление. – Вот я и беру! Там много людей… И не только людей… В