Разоблачение - Эвангелина Андерсон

упомянула твоих родных родителей? — спросила Сильван. — Я не могу представить как, но полагаю, что мужчина и его женщина могли каким-то образом попасть на Землю, — нахмурился он. — Хотя это было за много лет до того, как мы открыли вашу планету…

— Она сказала, что не знает. — Раст выглядел несчастным, и тон его голоса говорил о том, что его приемную мать это тоже не волновало. — Даже упомянула, что никто не знает — меня нашли голым, бродящим где-то в поле, и никто так и не узнал, кем была моя родная мать.

— И она рассказала тебе все это прямо перед отъездом?

Раст невесело усмехнулся.

— Адское прощание, не правда ли? Я говорю ей, что покидаю планету, а она заявляет мне… ах, черт, неважно, — он покачал головой. — Я уже с этим смирился. Ничего страшного.

Сильван вспомнил, каким тихим был Раст во время их путешествия с Земли на материнскую станцию, и понял, что это очень важно. «София была права, — подумал он. — Мне следовало спросить его, в чем дело». Вслух же он сказал:

— Я не знаю, как это возможно, что ты Киндред, но то, что ты мне рассказываешь, делает это более вероятным.

— Да. Да, наверное, так и есть, — Раст покачал головой. — Не пойми меня неправильно — не то чтобы я возражал против того, чтобы быть одним из вас, ребята — я всегда чувствовал себя странно дома на материнском корабле. Но было бы неплохо, если бы ты сказал мне, какой я. Или к какому роду отношусь.

Сильван вздохнул.

— Если бы я мог. Твоя ДНК почти соответствует ДНК Первого Киндреда, но она более примитивная — более базовая и мощная. Также у тебя есть дополнительный ген на Y-хромосоме, которого я никогда раньше не видел.

Раст вскинул брови.

— Дополнительный ген? Разве такие вещи обычно не вызывают уродства?

— Я не знаю, для чего он нужен, — признался Сильван. — Похоже, сейчас он находится в спящем состоянии, но если когда-нибудь станет активным… — он покачал головой. — Я не знаю, что произойдет. Кем бы ты стал.

Раст скрестил руки на груди.

— Ты думаешь, я какой-то научный эксперимент? Какой-то урод? Доктор Джекил и мистер Хайд — как только этот дополнительный ген заработает, я превращусь в какого-нибудь монстра?

— Нет, нет, ничего подобного! — запротестовал Сильван. — Я не думаю, что ты представляешь опасность для себя или других, иначе бы предпринял гораздо более решительные меры, чтобы держать тебя подальше от Надии.

— Ну… хорошо, — Раст неохотно кивнул. — Но ты считаешь, что сможешь выяснить, что происходит, если мы проведем больше тестов?

Сильван кивнул, чувствуя облегчение от того, что другой мужчина готов быть разумным.

— Мне просто нужно еще немного крови.

Раст вздохнул.

— Ну ладно, сейчас самое время. Пойдем.

Сильван похлопал его по спине, когда они направились к медпункту.

— Ты поступаешь правильно. Тебе нужно знать, что происходит, пока вы с Надией не соединились.

— Думаю, да, я в долгу перед ней. — Раст провел рукой по волосам. — Я просто не хочу потерять ее, понимаешь?

— Не потеряешь, — пообещал Сильван. — Я знаю Надию — у нее верное сердце. Она никогда тебя не бросит, несмотря ни на что.

— Но что, если окажется, что мы не можем иметь детей или еще что? — спросил Раст. — Захочет ли она тогда остаться со мной?

Сильван почувствовал прилив грусти в своем сердце.

— Даже тогда, — тихо заверил он. — Даже тогда.

Глава 23

— Ладно, Надия, выкладывай, — настояла Оливия. — Расскажи нам все об испытании кровью и о том, как Раст завоевал твою свободу и сердце.

Они все сидели вокруг невысокой конструкции, называемой «журнальным столиком», в номере Софии и Сильвана. Оливия, поддаваясь своему желанию, достала небольшой столовый прибор, которым сжимала два круглых плоских куска хлеба, называемых тортильями, вместе с различными ингредиентами между ними, чтобы получилось то, что земные девушки называли кесадилья. Весь продолговатый стол был накрыт различными продуктами, нарезанными на мелкие кусочки, некоторые из которых Надия узнала, а некоторые ей совершенно незнакомы.

— Да, рассказывай, — призвала Кэт. — И не забывай о грязных моментах. Мы любим грязные истории, — она усмехнулась и подтолкнула Лорен, которая засмеялась.

— Кэт, ты такая плохая!

Надия покраснела и отложила треугольный кусок кесадильи.

— Я, конечно, расскажу вам все, но думаю, что Софии тоже есть что сказать, — обратила свой взгляд на подругу.

— Нет, дорогая, ты первая, — София покачала головой. — Не торопись. Это даст мне время собраться с мыслями. И кроме того… — она сжала руку Надии и улыбнулась. — Я тоже хочу услышать твою историю.

Надия увидела, как Лорен, Кэт и Оливия обменялись взглядами, но вдруг пожали плечами и кивнули.

— Начинай, — сказала Лив. — И не обращай на меня внимания — я просто сделаю еще одну кесадилью, пока вы разговариваете, хорошо? Думаю, на этот раз я попробую сладкую. Кэт, передай сальсу, пожалуйста.

— Сладкую? — возразила Кэт. — Тогда зачем тебе сальса?

— Не бери в голову, — скрестив руки, отмахнулась Оливия. — Просто передай ее. И арахисовое масло и шоколадные чипсы, раз уж ты здесь.

Кэт скорчила гримасу, но передала подруге требуемые ингредиенты.

— Ладно, теперь, когда королева Оливия довольна, продолжай свой рассказ, куколка, — она ободряюще кивнула Надии.

Надия не представляла, с чего начать, но вдруг сама рассказала им о том, как поняла, что влюблена в Раста. Как он встал на ее защиту против родителей и Й'декса, и о том, как думала, что он никогда не сможет полюбить ее в ответ из-за того, что Сильван заставил его пообещать.

В этот момент София вздохнула.

— Я люблю его всем сердцем и знаю, что Сильван просто пытался позаботиться о тебе, но…

— Но мужчины иногда бывают глупыми, не так ли? — закончила за нее Оливия, слизывая с пальцев смесь сальсы и арахисового масла.

София насмешливо хлопнула ее по руке.

— Эй, ты говоришь о моём мужчине.

— Да, да, — Лив непритворно ухмыльнулась. — Не волнуйся об этом, я уверена, что Брайд сделал бы то же самое. Или любой другой мужчина, правда. Это не особенность Сильвана, это мужская особенность, — кивнула она. — Продолжай, Надия. Что случилось дальше?

— Ну… — Надия рассказала о трех испытаниях, но когда дошла до того, что тарп Й'декса начал подниматься и упал, обнажив его перед всей аудиторией, девушки разразились хихиканьем.

— О нет! — София задыхалась, держась за бока. — Я знаю, что не должна смеяться, потому что со мной такое уже случалось, и прекрасно понимаю, как это может быть неприятно.

— То, что случилось с тобой, на самом деле и натолкнуло меня на эту идею, —