Ларисса Айон - Смертоносный всадник (ЛП)

– Пары? Много? Не одна?

Она кивнула.

– Первая пара развелась когда мне было четыре, и никто из них не захотел брать на себя ответственность и растить одному такого ребенка как я.

Танос ругнулся.

– Они мертвы?

– Нет.

– Хочешь этого?

Реган рассмеялась. Танатос определенно принимал все близко к сердцу и решал все как Всадник.

– Все нормально. Я едва их помню. Со следующей парой я жила до девяти лет, до тех пор, пока моя приемная мать, Джин, не погибла в автомобильной аварии. Мой приемный отец был настолько убит горем, что решил оставить Эгиду, так что подумали, лучше передать меня в другую семью Эгиды, так как мои психометрические способности были полностью развиты.

Переход в новую семью вызвал у Реган паническую депрессию и эмоциональные вспышки. Она потеряла единственный приют, который когда-либо действительно знала – ее приемных родителей, дом, черного щенка лабрадора по имени Бастер. Несмотря на это, Кевин, ее приемный отец, был строг в Эгидовских тренировках и держал дистанцию, Джин была ближе, но Реган любила их обоих.

– Как долго ты жила с новой семьей?

– Пока мне не исполнилось тринадцать лет.

Ее живот немного скрутило, потому что она действительно ненавидела вспоминать эту часть своего прошлого. Табита и Шон жили в Су-Фолс, Южная Дакота, и они были добры… по крайней мере, так казалось. Позже боль от потери Джин и Кевина утихла и Реган приняла Табиту и Шона, решив, что наконец-то нашла новую семью.

– Потом моя приемная мама забеременела, и они не захотели, чтобы я была рядом с малышом.

– Они мертвы? – прорычал он.

Реган слабо улыбнулась.

– Нет, и я не желаю им того.

Она проигнорировала легкий приступ боли, которую чувствовала всякий раз, потревожив старую рану.

– Я понимаю, почему они избавились от меня. К тому времени я уже начала проявлять признаки силы, которую боялась Эгида. Я могла быть опасна для их ребенка.

– Долбанное дерьмо.

Реган провела пальцами по крошечной ножке, которая упиралась ей в живот в районе пупка.

– Я не могу винить их. Я бы сделала все возможное, чтобы защитить маленького пони. – Но это не означало, что их отказ не причинил ей боль. После того, как ее бросили три семьи, и переживая период полового созревания со своими способностями, она не понимала, что ей нужен был кто-нибудь, чтобы заботился о ней. Сказал ей, что все в порядке и что она нужна кому-то.

– Так что меня передали в следующую семью, хорошей паре, которая управляла одной из ячеек в Лондоне, но все не сложилось с самого первого дня.

Она прикусила нижнюю губу, пытаясь выиграть время.

– Ты наверное заметил мою склонность быть немного… обсессивно-компульсивной.

Тан приподнял брови.

– Немного? Ты ровно повесила все картины в моей крепости.

– Откуда ты знаешь?

Он дерзко ей улыбнулся.

– Да потому что ты приводишь в порядок все к чему прикасаешься, поэтому я наклонил все картины, чтобы посмотреть, сколько времени тебе понадобиться, чтобы все исправить.

У него было странное чувство юмора, такое причудливое, игривое и спокойное, но ей это нравилось. Тем более, что у нее складывалось ощущение, что этих шуток удостаивались только очень близкие ему люди.

– Да, хорошо, тогда подожди, пока не осмотришь свои шкафы.

Все еще улыбаясь, он наклонился и поцеловал ее в кончик носа. Как и его чувство юмора, его проявления любви были не высказаны в открытую и удивительны.

– Я не могу дождаться, чтобы посмотреть, что ты сделала с ящиком для секс-игрушек.

Ее щеки украсил румянец.

– У тебя есть ящик с секс-игрушками?

– Нет, но я думаю, что обзаведусь одним, чтобы посмотреть, как ты будешь дергаться, когда я буду наводить там бардак.

Он успокоился и повел пальцем по ее челюсти.

– Итак, ОКР началось, когда ты перебралась в новую семью в Лондоне?

Реган кивнула.

– Не было никакого постепенного накопления… просто, вдруг я стала фриком чистоты. Все должно быть организованно, по порядку и на равном расстоянии. Я не могла ничего сделать или куда пойти, если минутная стрелка на моих часах не была переведена на пять минут вперед. И подобное странное дерьмо. Было неприятно для всех нас. А потом, через год нашей совместной жизни, из-за моей способности высасывания душ погиб человек.

– Что случилось?

– Я охотилась на демона с парой других хранителей. Мы загнали в ловушку Кромсателя душ в переулке, и тот оцарапал меня своими когтями по ребрам.

Боль была настолько ослепляющей, что вызвала в ней ярость и желание убивать.

– Следующее, что я знаю, это был свет, который выстрелил из моего тела и напал на демона. Свет вырвал душу из него, и душе потребовалось тело. Она нашла какого-то человека на улице и взяла его.

Реган вздрогнула от ужаса. Потом все стало только хуже, когда им пришлось убить беднягу.

– Это была не твоя вина, – сказал Тан тихо. – Ты не могла знать.

– Я знала. Эгида идентифицировала мой дар, когда мне было одиннадцать лет, и меня обучали управлять им. Я думала, что все под контролем, но я ошибалась.

– Эгида ошибалась, а не ты. Тебе было только четырнадцать. Ты не могла знать лучше.

– Тоже самое мне сказали мои приемные родители. И они могли бы даже в это верить. Но начали много ругаться после того случая.

Ребенок толкнулся, и она передвинулась, чтобы дать маленькому парнишке побольше места.

– Я слышала как они спорили из-за меня в их спальне. Они развелись незадолго до моего шестнадцатилетия.

Значит, на ее совести были две разрушенные семьи. После этого ее ОКР вышло из-под контроля, в довершение ко всему она начала страдать от приступов булимии. В этот момент ей нужно было, чтобы за ней был контроль, но она чувствовала, что такового не было.

– Во всяком случае, после этого Эгида решила, что мне нужен более пристальный надзор, чем могли предложить приемные родители, и оказались правы. Я переехала в штаб-квартиру, и за несколько месяцев тренировок, моя способность убила еще кое-кого. В этот раз Хранителя. – Реган тогда подумала, что коллеги убьют ее прямо на месте. К счастью Валерий, который с самого начала выступал за сохранение ее жизни, убедил Старейшин дать ей еще один шанс. – В конце концов, пока я работала над контролем своих способностей, мой ОКР стал улучшаться. Мне было только двадцать два, когда меня выдвинули на должность в Сиджил. Самая молодая из всех.

Самая молодая, но в двадцать два, у Реган за плечами было больше опыта чем у Старейшин, поскольку ее в прямом смысле растили для убийства демонов. Первые ее книги были не о Дике и Джейн. Нет, приемные родители читали ей рассказы прямо из отчетов о битвах Эгиды и перечни видов.