Госпожа злодейка против! (СИ) - Кенли Мэри

Тем не менее, девушка почувствовала, что один камень в боковой стене неустойчив. Она чуть надавила на него и услышала глухой скрежет.

Кас облизнула разом пересохшие губы.

«Это нижний камень. Вряд ли он мне поможет… Если я попробую его вытащить, максимум – открою проём в соседнюю камеру. Но он не очень большой, я не смогу туда протиснуться…»

Девушка задумалась и вздохнула. У неё не было богатого выбора – из всех камней неустойчивым был лишь этот. И даже если она до крови собьёт себе пальцы – это не даст результата.

Конечно, Кассия думала и о том, чтобы попробовать расплавить решётку, но… У неё были некоторые подозрения на этот счёт.

Решётка сделана из очень странного металла. Жрица и Вейрас знали о её крови. Так что, скорее всего эта решётка так просто не расплавится.

Или Кассии придётся потратить огромное количество своей крови для огня и умереть прямо тут…

Пока что, единственным козырем оставался Дамклав, хитроумно припрятанный в подкладке нижних юбок платья. В конце концов, леди Аулиц носила его для самообороны. И потому что отец с братом настояли…

Но Дамклав был не самой лучшей защитой, если её противник – опытный фехтовальщик, как Вейрас.  Клинок лишь мог стать внезапной подмогой, для которой ещё стоило улучшить правильный момент.

«О, боги» - грустно усмехнулась про себя Кассия, - «я вроде не настолько бесполезный человек, однако же… В итоге, мало чем могу похвастаться»

Она воровато огляделась и осторожно вытащила Дамклав из потайного места. Кассия вновь опустилась на колени перед неустойчивым камнем и начала просовывать тонкое лезвие в щель, слыша неприятный скрежет. Девушка старалась не торопиться, она боялась, что в любой момент может произойти что-то плохое. Вдруг Вейрас и его сообщница вернутся?

Камень поддавался очень неохотно. Грязь забивалась под ногти Кас, но она старательно продолжала выдвигать его, даже не зная толком, зачем.

В любом случае: другого плана у неё, пока что, не было.

Наконец, камень выпал. Кассия поспешно отодвинула его в сторону и заглянула в образовавшуюся дыру. Да уж – даже голову туда не просунуть. А вот руку – можно было бы.

Соседняя камера, кажется, ничем не отличалась от темницы самой Кассии и первое чувство, захватившее её, именовалось «отчаянием». А потом она заметила кусок ткани, который вёл вбок соседней камеры, в ту зону, которую невозможно было увидеть с такого ракурса.

Девушка едва не взвизгнула, но, всё же, взяла себя в руки и дрожащим голосом уточнила:

— З-здесь… Есть кто живой? – ей решительно не хотелось думать о том, что по соседству находится труп.

Первые несколько мучительных секунд её окутывала совершенная тишина. Кас подумала было, что зря пытается дозваться, но именно в этот момент край ткани дёрнулся и девушка по инерции подалась назад.

Тень прошла по соседней темнице, шурша лохмотьями. Кассия услышала прерывистое, хриплое дыхание, после чего сиплый голос прошептал:

— Здравствуй, маленькая леди.

Кас невольно присмирела от этого глухого, но очень проникновенного голоса.

— Вы… Кто вы?

— Остатки, - голос тяжело вздохнул, - самого себя. Ты, так понимаю, ребёнок огненных джинн?

Она мгновенно напряглась, выдохнув:

— Откуда вы знаете?

Собеседник зашёлся в приступе кашля:

— Я стар и слеп, маленькая леди. Но глаза мои всё ещё обладают этим проклятым даром видеть сквозь любые стены.

Она аккуратно присела около дыры в стене и прикусила нижнюю губу. А потом её ослепила догадка:

— Вы – первородный йотун?

— Да. Как и Бесс, я первородный, - со вздохом соглашался старик.

Кассия понимала, что он говорит о жрице. Выходит, у этой женщины были силы…

— Вы знаете, что здесь происходит? – задала она новый вопрос. С той стороны стены послышался горький смешок.

— В этой тюрьме находятся лишь те, кто что-то знают. Ты, маленькая леди… Видимо, хочешь собрать историю воедино? Это весьма… Неоднозначная история. Я бы никогда не рассказал её просто так, - старик резко замолк, а Кас сжала дрожащие пальцы в кулаки, - но мне осталось не так долго. Должно быть, история моего позора достойна того, чтобы… Быть услышанной до того, как я стану прахом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Кас невольно дёрнула плечом. Голос пугал её, но и влёк к себе. Она была уверена, что его владелец очень стар. Он казался… Странным ровесником этих древних стен, что окружали их.

— Я просто хочу знать, почему они притащили меня сюда, - тихо выдохнула Кас, обняв себя за дрогнувшие плечи.

Голос по ту сторону промолчал, а потом заговорил:

— … Тёмные джинн – изгнаны за приделы мира. Нефилимы – ушли сами, посчитав этот мир недостаточно совершенным для их существования. На нашей земле остались лишь йотуны, заточенные вечным сном.

Кассия поморщила носик. Да, она начинала вспоминать о том, что йотуны и правда оставались… Разве не их должна освободить Нита в конце книги?

— Йотуны были мудрыми и неконфликтными. Иронично, что, в итоге, их собственная ледяная магия обратилась против них по велению нефилимов. Теперь они лишь статуи, - голос вздохнул и зашёлся в сильном приступе кашля.

Кассия действительно заволновалась: вдруг её собеседник умрёт прямо так?

— Я слышала, что первородные йотуны появляются от крови… - тихо произнесла девушка.

— Да. Это великий дар нам от великанов. Дар, который мы должны были сохранить, но… Х-х… Я был хранителем ледяных статуй йотунов, маленькая леди.

Глаза девушки немного расширились. Неужели он лично видел этих существ?

— Охранять их сон, ждать прихода пробуждения – вот моя миссия. Но время шло и пробуждение так и не случилось. А потом пришла Бесс.

Хранитель сипло выдохнул, прежде чем продолжить:

— Это было время войны с Илинором, маленькая леди. Бесс – была просто… Испуганной девушкой, которая случайно набрела на моё убежище и попросила защиты. Она плакала от ужаса, вспоминая неистовство тех, в чьих жилах течёт огненная кровь.

Кассия содрогнулась, осознавая, что это её отец.

— Да, дом Бесс был разрушен. Её страна захвачена, а народ… Народ страдал. Я не смог прогнать её и принял в Храм. Я и впрямь понадеялся, что сделаю её следующим Хранителем. Теперь я понимаю, что тогда моё прозрение ослабло. Я не смог разглядеть тьмы, что притаилась в её душе.

— Вы позволили ей стать йотуном? – тихо спросила Кассия, начиная потихонечку понимать происходящее.

— Да. Высверлить в статуе дыру и принять их крови. Она хотела стать пророком, но у неё этого не получилось.

— Что? – удивилась Кассия, - разве не все йотуны обладают прозрением?

— Нет, маленькая леди. Йотуны умны и очень живучи. Они способны управлять льдом, но, на самом деле – прозрением владеют далеко не все. Это редкий дар и я, вероятно, последний, кто остался с ним.

Кассия едва не ударила себя по лбу. Ну, точно! Нита же главная героиня, у таких, как она, всегда есть козыри избранности в рукаве!

Как же она могла это забыть?...

— Вы не последний, - пробормотала она чуть слышно.

Ей показалось, что старый хранитель улыбнулся:

— Надеюсь, что это правда.

— Почему Бесс так хотела эту силу? – вдруг выпалила Кас.

— Потому что она желала уничтожить Валлию. Не оставить от неё и пыли, чтобы отомстить за Илинор. Её разум, после принятия крови йотунов… Начал стремительно разрушаться. И она уже не была собой. Я… Испугался и изгнал её, но было слишком поздно.

— Она встретила Вейраса, когда он был отлучен от двора… И предложила ему выход, верно? – выдохнула Кассия.

— Да. У наследного принца были преданные ему люди и вассалы. Они ворвались в святилище, убили прислужников и поймали меня.  Принц Вейрас выпил крови у йотуна… Для этого они пробили ледяную статую насквозь, - в голосе бывшего хранителя звучала искренняя боль, которая заставила Кас содрогнуться.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Меня же поймали и отправили в пыточные. Эти пытки были такими долгими, что я потерял счёт времени и молил о смерти… А они хотели лишь одного. Они хотели, чтобы я изрёк пророчество. Заглянул так глубоко, насколько можно. Когда я сдался и сделал это – мои глаза окончательно ослепли.