Дочь княжеская. Книга 4 (СИ) - Чернышева Наталья Сергеевна

— Вам нелегко, ваша светлость, — сказал лТопи, рассматривая витраж. — Но вы справитесь.

— Да? — иронично спросила Хрийз. — Сомневаюсь.

— Не сомневайтесь, — мрачно отозвался он. — Знали бы вы, сколько лучших студентов на первом курсе заваливают всё, в том числе и возможность дальнейшего обучения, именно из-за этого вот дурацкого «сомневаюсь». Надо верить в себя, верить в свою правоту и не допускать сомнений. Только тогда будет толк.

— Вы считаете, я поступила правильно? — спросила Хрийз.

— С Сихар? — уточнил лТопи.

— Да.

— Степень её вины определит суд, — пожал он плечами. — Но если она виновна, то изолировать её — самый верный ход.

— А если нет?

— Тоже. Так врагу труднее будет добраться — мягкий арест, он же запрет покидать свои покои, — обеспечивает арестованному защиту от внешних проникновений. Сихар, правда, может попытаться покончить с собой сама…

— С чего бы вдруг? — спросила Хрийз.

— В теории, — пояснил Лае. — Чисто в теории. От внутреннего воздействия магией ведь особенно не защитишь. Почему, как вы думаете, так важны чистосердечное признание, личное раскаяние и добровольное согласие?

— Почему? — заворожено спросила Хрийз.

— Они свидетельствуют о том, что самая стойкая, самая трудная в осаде крепость — крепость вашего «я», — пала. Не под внешним давлением, а именно что под давлением внутренним. Личность разочаровалась в своей вере, осознала свои заблуждения и тщету напрасного сопротивлениями приходит к новой истине. К тому, что враг перестал быть врагом, а, вернее всего, никогда им и не был. Всего этого невозможно добиться пытками.

— Вы мне про пытки… — поёжилась Хрийз, обхватывая себя ладонями за плечи. — Вы всерьёз полагаете, что Сихар… что её… будут пытать?!

— Смотря как пойдёт дознание. Если улики будут указывать на неё, а она будет продолжать упорствовать… Не переживайте, — мягко выговорил учитель магии, — вам-то лично с этим не доведётся столкнуться…

Не переживайте, сказал он. Но как тут не будешь переживать! Сихар — не чужая. Тогда, после волков, глаза новые вырастила, сейчас лечила…

— Может быть, это всё-таки не она, — тряским голосом выговорила Хрийз.

— Сомневаетесь? — полюбопытствовал Лае.

Хрийз кивнула.

— Хорошо. Это очень хорошо, что вы сомневаетесь, ваша светлость. Вам, я думаю, еще придётся утверждать приговоры… А ничего нет хуже, кроме как покарать невиновного.

— Скорей бы отец вернулся, — вырвалось вдруг у Хрийз.

— Не так всё просто, — покачал головой Лае.

— То есть? — не поняла Хрийз.

— Вы сейчас держите княжество. Вы, не он. Если вы возьмёте себе мужа, то сила ваша после консумации брака ещё увеличится. Вы — уже сейчас! — сильнее отца… и чтобы к нему вернулся его прежний статус действующего правителя, вам нужно умереть.

— Новости, — ошарашено выговорила Хрийз. — Я не хочу смещать отца!

— Вы его уже сместили. Самим фактом своего возвращения в лишённую верховного мага страну. Дальше будет только хуже.

— Умеете вы обрадовать, господин лТопи, — с досадой сказала Хрийз.

— Правду, — отозвался он, — всегда говорить приходится без оглядки на чью бы то ни было радость. Которая может возникнуть, а может и не возникнуть в то время, пока правда звучит. Но это ведь не повод заменять правду ложью, не так ли?

Хрийз кивнула. Не поспоришь! Прав лТопи…

— Простите мне личный вопрос, ваша светлость, — сказал лТопи. — Но что вы c вашим женихом планируете делать дальше?

— Планируем? — не поняла Хрийз.

— Поединок уже послезавтра. Утром, то есть фактически, через сутки уже.

— Послезавтра…

— Вы потратили много времени на создание своего, безусловно, нужного и очень важного артефакта…

Он издевается? Но нет, оранжевая физиономия лТопи была предельно серьёзна. Время мелькнуло, как один миг, а оказывается, пролетело почти два дня…

— Рассинхронизация времени — обычное дело при работе молодого, неопытного артефактора, — скучающим голосом объяснил Лае. — Кажется, на вводных занятиях я об этом рассказывал, но вы не вняли гласу лектора, ваша светлость. В одно ухо вам влетело, в другое вылетело. Два по «Теории магии», ещё раз.

Вспышку привычного гнева Хрийз подавила, в последнее время научилась справляться с собой практически мгновенно. И пришёл стыд за собственную тугоухость и глупость. Ну, не её это предмет, «Теория магии!» Не её. Хоть плачь.

— У вас с вашим женихом, сиятельным господином тБови, всего-то, можно сказать, и осталась, что одна только эта ночь, — неумолимо продолжал лТопи. — Как дело повернётся, ни вы, ни я знать не можем. Но вы можете понести от него сына. Или дочь…

У Хрийз запылали не только уши и щёки, но, судя по ощущениям, даже шея. лТопи выдал! Разве можно говорить о таких вещах в лицо и вслух?!

— Брак действующего правителя, даже гостевой, когда супруги остаются в своих владениях и навещают друг друга с визитами несколько раз в году, совсем не то, что брак простого аристократа, молчу уже о простолюдинах. Вы — держите свои земли, на вас ответственность перед вашими народами… и потому необходима официальная церемония. Пусть не такая помпезная, какой хотелось бы — с большим количеством гостей, красивым убранством, свадебными торжествами. Два-три свидетеля, скромный храм Триединого, священник, — этого достаточно. Только не говорите мне, что вы вдвоём об этом не думали! У вас во взглядах, которыми вы едите друг друга, всё читается открытым текстом. И крупным, с ладонь размером, имперским шрифтом!

Хрийз молчала. Думали, ещё как думали! Но слушать Лае было мучительно. Помимо того, что он произносил логичные и правильные слова, примешивалась память о его лекциях и практических занятиях в мореходной школе; Хрийз снова ощутила себя не выучившей урок ответчицей. С ожидаемым итогом: «садитесь, ваша светлость, вам — два».

— Если тБови погибнет в поединке, а вы останетесь праздной, — продолжал между тем Лае, — то троны Сиреневого Берега и Островов займут потомки Девнарша Рахсима. Рахсимы эти, они же как тараканы или блохи, один раз завелись — не выведешь! Вам этого хочется? Рахсима — в кресле вашего отца?

— Я не позволю к себе прикоснуться! — окрысилась Хрийз.

— Похвальная храбрость, — хмыкнул Лае. — Но Девнарш — боевой маг, а вы… Сами понимаете.

Хрийз понимала. Понимала прекрасно, что даже убить себя не имеет права, — без неё ни много ни мало погибнет весь Третий мир. Ведь за время её отсутствия — четыре года подряд! — не родилось ни одного ребёнка во всех пределах и княжествах! Даже в Небесном Крае! Стоило только представить себе этакую жуть — целый мир стариков, ни одного молодого, ни одного малыша… Агония такого мира будет мучительной и недолгой…