Мара Полынь - Гоэтия

Киран лишь хмыкнул. Ему было трудно поддерживать разговор и мыть голову одновременно.

— Как она хоть выглядит? — Анаксу совершенно не нравилось то, что рассказывал Манкато. Дракон никогда не обманывал раньше, и не было никаких причин не верить ему сейчас.

— Нет таких, кто мог бы поведать о своей встрече с Тьмой, — трагичным тоном заявил дракон и ещё раз повторил: — После неё не остаётся ничего.

— Вот видишь? Он даже не может дать нормальное описание, — голос Кирана звучал глухо. — Пожиратели то, пожиратели сё. Тьма во всём виновата. А потом облавы устраиваете.

— Ты сказал облавы? — Манкато насторожился. — Откуда ты знаешь про облавы?

— Догадался, — пожиратель теперь неспешно вытирал волосы. Они были странного зеленовато-чёрного цвета. — Когда деревню изводит жих — устраивают облаву и ловят жиха. Не думаю, что в вашем понимании Тьма чем-то отличается от лесного хищника.

Натан лишь скептически покачал головой — Киран попал в этом мир как раз пытаясь спастись от такой облавы.

— Только как же вы эту вашу Тьму ловите, если не знаете, как она выглядит? — поинтересовался Киран.

Манкато молчал.

— Ну же? — требовательно повторил воин.

Натан удивлённо посмотрел на Кирана — похоже, пожиратель не на шутку разозлился. Младший маг украдкой вздохнул: куда исчез его добрый и спокойный напарник? Которого удивляли снежинки, который был против убийств, который был влюблён в Лорен и стряпню великанши Ниимы. Откуда взялся этот расчётливый и колючий человек?

— Мы не видим саму Тьму, но мы можем понять, где она была, — наконец, нехотя признался Манкато. — После её прикосновения всё выглядит тусклее, будто бы она смыла все краски. Она пожирает всё, даже свет, — демон-дракон поднял глаза и столкнулся взглядом с Кираном.

— И что вы делаете дальше? Когда найдёте такое место или такого демона?

— Мы уничтожаем его, — почему-то тихим шёпотом ответил Манкато. Он, не отрываясь смотрел на Кирана. Кажется, он начал понимать, почему этот седовласый человек выглядит слишком тусклым. — Развеиваем по всему миру, чтобы она не могла собраться вновь.

Повисла тишина.

— Не может быть, — всё так же шёпотом добавил дракон-демон. — Но ты ведь спас меня. И не раз спасал моего хозяина. Тьма бездумна и бездушна, она поглотит всё, к чему прикоснётся…

Анакс часто заморгал — разговор резко повернул, но в какую сторону? Он чего-то не понимал, чего-то важного.

— И долго ты собираешься бросаться оскорблениями? Я могу и обидеться, ты маленький угольный червяк, — Киран закончил вытирать голову, встал и, подхватив за ручки лохань, двинулся к выходу. Нужно было вылить грязную воду. — Когда вернусь, чтобы все спали. Сегодня будет длинный день. И никаких мне похищений на этот раз.

Они остались в комнате втроём. Анакс переводил взгляд с Натана на Манкато и обратно, но оба молчали. Натан начал раздеваться, готовясь ко сну. Как будто бы ничего не случилось.

— Поглотит всё, к чему прикоснётся, — пробормотал потрясённый дракон-демон. — Не может быть.

— Ну, ест он действительно очень много, — попытался снять напряжение Натан. — Когда у нас было мало денег, единственное, о чём я мог думать — это как его прокормить.

— Ты не понимаешь! — Манкато ярко вспыхнул, казалось, он сейчас подожжёт комнату. — Мы путешествовали вместе больше полугода! И ни разу у меня не возникло даже подозрения, что он — не человек! И уж тем более, что он, что он… — демон сделал над собой усилие и закончил. — Что он — тоже Тьма.

— Что значит "не человек"? — тихо переспросил Анакс.

— Даже когда он сражался, он был тускл, как спящий человек, — Манкато то вспыхивал, то гас, отчего рябило в глазах и голова шла кругом. — Но он разговаривал и смеялся, я видел, как у него шла кровь. Ни один демон не может спать. У него даже своё имя есть! Как он может быть существом нашего мира? Причём… — Манкато махнул рукой.

Анакс молча встал и вышел. Манкато ещё раз мигнул и исчез. Натан, оставшийся в комнате один, какое-то время раздумывал, что делать.

— Демоны их всех побери, пусть сами разбираются, — он забрался под одеяло и закрыл глаза. Если они все такие дураки, значит, утром он будет самым выспавшимся.

Анакс нашёл Кирана на заднем дворе. Пожиратель как раз закончил мыть лохань и возвращался обратно в комнату.

— Я же сказал ложиться сп… — начал Киран, но Анакс без предупреждения влепил ему звонкую пощёчину.

— Сначала ты не говорил, что из другого мира! — срываясь на писк закричал младший маг. Киран в испуге зажал ему рот ладонью.

— Ты что кричишь, люди спят, — зло зашипел на него пожиратель, но тут же вскрикнул и отдёрнул руку- Анакс больно кусался.

— Так теперь ты ещё и не человек, — закончил младший маг. — Чтоб ты сдох, чучело огородное!

Киран сгрёб его в охапку и прижал к себе. Анакс какое-то время пытался вырваться, но Киран держал крепко. Наконец, младший маг перестал сопротивляться и затих, лишь громко сопя.

— Что ты слышишь? — тихо спросил Киран.

— Ничего, — буркнул Анакс. Прямо под его ладонью ровно билось чужое сердце. У Манкато никогда не билось сердце. Демон-дракон на ощупь всегда был горяч, как печь. Его даже с закрытыми глазами невозможно было принять за человека. Хотелось вырваться и убежать, но сколько раз раньше Анаксу удавалось прикоснуться к Кирану? Можно было посчитать на пальцах рук. Поэтому маг просто закрыл глаза и прижался сильнее. Хотелось, чтобы это мгновение длилось вечно. Какая разница, человек он или нет? — Чтоб ты сдох, — пробормотал Анакс и заплакал.

Глава 16

Натан торжествовал. После ночи слёз невыспавшийся и опухший Анакс походил на жертву пчелиной атаки. Киран держался молодцом, но тоже выглядел слегка помятым. Один Натан был бодр и весел. До Крейтона оставалось всего два дня пути, осенние дожди остались далеко позади, на севере, и будущее выглядело ясным и понятным: Тобиас уже прибыл в Абию, его не пытали и не казнили. Огненная птица ночью пролетела над Крейтоном и сейчас держала курс через Барнабские степи к Почивальным холмам. Именно там, среди не то естественных возвышенностей, не то древних курганов находилась долина Тысячи Ручьёв. Оттуда брала начало Изель, судоходная река, идущая через бескрайние степи на юг, к Жемчужному морю. В её дельте стояла Абиа — столица Зива, прекраснейший и богатейший из всех городов южан. А степи, огибая море по восточному краю, простирались ещё дальше на юг, постепенно превращаясь в пустыню.

Городов в Зиве, стране кочевников, было лишь несколько, и все они располагались на пересечении крупных торговых путей, если не считать Дайнанау — огромный город-храм, стоящий у истока Изели. Торренсийские торговцы в Зив дальше Абии никогда не заходили, лежал ли их путь по суше или морю.