Отвергнутые жёны, или Амазонки поневоле - Ноэль Ламар

ласково проведя рукой по макушкам кустов, - все знают, что растениям нужны солнце, вода и воздух. Вот я и старалась, чтобы всего хватило.

- Ты прирождённый огородник, - поцеловала я девушку в щёку, - хочешь, научу тебя, как сажать и выращивать растения?

Глаза Иви загорелись:

- Конечно. Природа даёт нам еды вдоволь, но так приятно самой посадить что-то полезное.

Мы вместе отправились к пруду, где с удовольствием выкупались. Пока жили в нашем «лазарете», мылась я в холодной воде мелкого ручья, где приходилось садиться на корточки, чтобы окунуться хоть наполовину. В пруду же вода была тёплой, как парное молоко, согретой солнцем. Тщательно намазавшись глиной, промыла свою гриву волос. Они отросли почти до копчика, спускаясь по спине шикарными золотыми волнами.

В деревне царило оживление. Охотники Кая таскали ветви и широкие пальмовые листья для сооружения шатров. Они решили поставить их чуть в сторонке от остальных. И это правильно. Мужчин приняли радушно, но женщины ещё смущались при виде новых жильцов.

На месте будущей постройки меня застала Ина:

- Ана, следишь за нашими гостями?

- Нет, - повернулась я к ней, - скорее, наблюдаю. Ты недовольна их приходом?

- Деточка, - старушка подошла ближе, взяв меня под руку, - я много видела зла от мужчин. Только ты умеешь приручить их лучше своих тигров, - она засмеялась тихим дребезжащим смехом, - ведь жизнь устроена так, что мужчинам нужны женщины, и наоборот. Порознь мы как пустые цветы, которые не принесут плодов. Хорошо, что воины Бана взяли наших девушек, они научат их относиться к жёнам с любовью. И их потомки будут добрее к своим матерям и дочерям. Теперь и в нашу деревню пришли мужчины. Это хорошо. Только боюсь, с твоим рвением места скоро здесь будет мало для всех нас.

- Мы всегда можем расширить деревню, - подмигнула старушке.

Думы последних дней оформились в решение. Всё же я снова пойду к жилищу пришельцев. Может удастся отыскать что-нибудь полезное. В конце концов, они в долгу перед потомками, которых оставили здесь.

Глава 47

На следующее утро мы простились с воинами Бана и тремя нашими девушками, остальные передумали покидать деревню. Пока пожили бок о бок ближе, поняли, что не хотят соединить свои судьбы с этими мужчинами. Охотники были опечалены и ревниво поглядывали в сторону шатров Кая. Долго прощание не затянулось, Бан торопился в свою деревню, многое могло случиться за время его отсутствия.

Устроившись у пруда, я выделывала шкуры на новую партию одежды. Кир примостился тут же, мастеря наконечники для копий.

- Вечером хочу сходить в мёртвую лощину, - сказала я мужу.

- Зачем? Это опасно. Их огонь, мы не знаем, как и когда он появится.

- Да. Но попробовать стоит. Я волнуюсь за ваши жизни и мало чем могу помочь своими силами. У них возможностей больше.

- Будешь искать в подземелье? – Кир обеспокоенно отложил заготовку.

- Нет. Попробую договориться.

Он удивлённо глянул, но ничего не спросил, давно смирившись с моими «тараканами»:

- Я иду с тобой.

- Буду рада. Не хочется возвращаться туда одной.

Ближе к вечеру, мы поужинали и отправились по уже знакомому маршруту. Скоро перед нами в сумраке высилась арка мрачного коридора. Я не стала заходить внутрь, думаю, его обитательница способна услышать меня и отсюда. Усевшись на прохладную каменную кладку, просто, начала рассказывать о том, как очутилась здесь. Как избавляла местных от подкожных паразитов, лечила Кира, об эпидемии паратифа. Ничего не просила. В одной книге правильно сказано: не просите у тех, кто сильнее вас. А они если не были, то точно считали себя выше меня и, тем более местных аборигенов. Веками пестуемая гордыня не развеивается даже за десятки лет. Я рассказывала об их потомках, живой и любознательной Иви, отважном Кире, о других в чьей крови чувствовалась толика неземного, нездешнего. И как трудно в этом мире, несмотря на необычайную живучесть местных. Странный эксперимент, сжавший столетия в какой-то короткий миг, смешав флору и фауну в невообразимый коктейль, был заброшен и забыт. И я не согласна с этим. Люди не щенки или котята, хотя и тех нормальный человек вряд ли выкинет на улицу. А тут забросили целый мир, посчитав, что достаточно пары плодоносящих деревьев. Слишком странно распоряжалось здесь время. И, сдаётся мне, наличие разумных людей тоже не виток здешней эволюции. Возможно, и раньше пришельцы уже бывали здесь. Тогда почему оставили на произвол этот мир? Никто не говорит о том, что надо опекать аборигенов, словно трёхлетних детей. Научите хотя бы лечить себя и других. Пара-тройка шаманов не дают ничего. А подарить жизнь и бросить среди дикого зверья на милость удачи жестоко. Я ещё долго говорила. Так, будто призрачная хранительница была рядом.

Давно уже через листву подмигивали нам далёкие звёзды, в ночь заботливо укрыла спящую землю. Наверное, все тревоги последних дней вылились в монологе. Страстном, пусть и немного путанном.

Из пещеры, будто в ответ на мои слова, вылетел порыв ветра, разметав сухие листья вокруг меня. В темноте подземелья зажёгся странный огонёк, маня за собой. Кир напряжённо приподнялся, удобней перехватив копьё.

- Не волнуйся, милый, - успокоила я его, - мне кажется, нас зовут в гости.

- Ты уверена? – Он вглядывался во тьму.

- Нет, но посмотреть стоит.

- А если огонь? – Кир недоверчиво покосился в сторону входа.

- Помнишь, как он начинается. Гул? Успеем сбежать или укрыться во внутренних коридорах. Раз там осталась цела мебель, значит, пламя не добирается внутрь.

Кир понимающе кивнул и шагнул ко мне, помогая подняться. Мы вошли под сумрачные своды, муж заранее поджёг ветку. Отыскали в первом повороте факел и отправились дальше. Я гадала, что произойдёт на этот раз? Или опять надо лечь спать? Вдруг хранительница может общаться со мной только тогда, когда тело и сознание расслаблены? Мне непонятна природа её существования. Ментальный образ, — сказала дева, — но что это значит в нашем физическом мире? Возможность управлять сложным устройством подземелья? Или всё-таки роль стороннего наблюдателя. Интересно, зачем она вообще осталась здесь одна, добровольно заключив себя в этот склеп? Ведь строение можно было уничтожить, как и оставшиеся технологии, если они вообще сохранились.

Огонёк мерцал в глубине прохода, указывая путь, вот он свернул в ответвление одного из коридоров. Мы пошли следом, по узкому проходу. Скоро каменная кладка сменилась каким-то облицовочным материалом, напоминавшим пластик,