Мия и голем - Ева Финова

Столы, лавки, тумбочки и прочая утварь, смастеренные из тростника, появлялись в доме, стоило только попросить моего любимого.

Невероятное чувство свободы и защищенности, заботы чуткого и сильного Лейка заставляло улыбаться каждый раз, стоило только найти его взглядом. И вот сейчас, выйдя на веранду и устраиваясь поудобнее в кресле‑качалке с моей двухмесячной крохой на руках, я любовно наблюдала за дорогим сердцу мужчиной, плывущим обратно после утренней рыбалки.

Вода в котелке, устроенном над каменным очагом этакого подобия печи, слегка булькнула. Бульон из кокосового молока закипел. Осталось дождаться улова, или же кинуть припасенные на черный день сушеные овощи и куски копченого мяса.

И без ларгов остров, на который мы приплыли год назад, изобиловал всякой живностью, растениями, травами, плодами.

Правда, первое время мы не рисковали их есть, пока не убедились в безопасности, благодаря маленьким ящеркам, приползающим в наше бунгало уже как по расписанию.

Сия тихонько заверещала и закряхтела, давая понять, что она проснулась и хочет кушать. Я любовно посмотрела на наше чудо в связанной тоненькой пелёнке. Пристроила её маленький ротик к груди. Дочка чмокнула губами, прежде чем с завидным аппетитом приняться за еду.

Вздох её тоненького голоска потонул в стрекоте насекомых и криках лесной живности, убаюкивающего шума прибоя.

Как вдруг глаза мои широко раскрылись от удивления и легкого страха.

На горизонте замаячила маленькая точка, стремительно к нам приближаясь.

Заметив перемену моего настроения Лейк обернулся и пожал плечами, будто ожидал чего‑то подобного. Я нахмурилась, продолжая сидеть в кресле и надеяться, что это не за нами.

Увы, мечтам не суждено было сбыться.

Едва маленькая точка увеличилась настолько, чтобы стало возможным разглядеть наших гостей, я сокрушенно вздохнула.

– Что ты там говорил, вернуться в Якату? – проворчала негромко. – Скорее весь Якату приплывёт к нам, чем наоборот.

Аарон к тому моменту уже успел затащить плот на берег, привязать его к колышку возле нашего бунгало и подняться ко мне на веранду, выстроенную на сваях, впрочем, как и весь дом.

Взвесив на плече улов, Аарон с непринужденной улыбкой проронил:

– Отварю побольше, ведь у нас сегодня гости.

– Да уж, – было ему ответом.

И всё равно, несмотря на ворчливость, я была по‑настоящему рада увидеть своих родных, которые отправились меня искать. Интересно, они еще злятся или уже отошли от произошедшего, или же их из‑за меня выгнали из Якату? Год спустя?

Пока я хмурилась, пребывая в своих мыслях, заметить не успела, как была найдена взглядами путешественников.

Первым делом бабушка Лиора и Анна стали махать руками и что‑то выкрикивать. Я мысленно взмолилась, чтобы они перестали это делать, иначе разбуженная Сиачка, которая вся в меня, устроит всем «сладкую жизнь» громкими недовольными криками.

Не знаю, каким чудом, но молитвы мои были услышаны, ведь родные кричать перестали, а теперь, наоборот, о чем‑то переговаривались с дедом и папой. Доченька уже наелась и снова уснула, причудливо сложив губки. Я поправила рубашку, переложив нашу крошу на другую руку.

Когда же шумная толпа добралась до мелководья, бабуля не выдержала, первой спрыгнула с плота и резво бросилась ко мне, хлюпая пятками по воде.

– Вот ты где, беглянка наша, – прошипела она, стараясь не кричать. Но тут её показной гнев смягчился, и она стала сюсюкать, глядя на мою дочь: – Ух‑ти, какая кроха, и кто туть у нас?

И еще:

– Дай подержать бабке, а?

– В очередь, – возмутилась маман, грозно шествуя по песку.

Аарон негромко хохотнул где‑то там, за нашими спинами. А я насуплено посмотрела на маму и бабулю и непреклонно выдала:

– Не‑а.

Обе родительницы сокрушенно всплеснули руками, а Лиора даже пальчиком погрозила:

– Ага, посмотрим мы, когда у неё зубки начнут резаться, помощи у меня не проси…

Не выдержала и лучезарно улыбнулась обеим. Нехотя согласилась:

– Но только, пожалуйста, очень аккуратно. Она только поела, иначе срыгнет. Не качайте её, ладно?

Обе ллиски усмехнулись, и мама проронила со вздохом, ловко перенимая у меня доченьку в свои опытные руки.

– Ох, милая, знала бы, что ты тут в таком интересном положении, собрала бы всех пораньше на твои поиски.

Видимо, наши разговоры не понравились моей дочери, и она недовольно заверещала.

– Так, мы уходим, – проронила бабуля, уводя меня в первую из трех комнат нашего пляжного домика. Завела внутрь, усадила на скамью со спинкой и стала тихонько расспрашивать.

Дед и Рал, как оказалось, сейчас пытали Аарона, стоящего подле очага с деревянной поварешкой в руке. Расспрашивали. Я подавила в себе желание пройти и заступиться за него, прежде чем ответить хоть на один вопрос из десятка заданных моей ба.

– Я просто хотела уехать подальше, и на этом точка, – бросила Лиоре, когда все‑таки не выдержала, отправилась спасать любимого.

Не до конца понимая зачем, я за год обучила его нашему языку и сейчас искренне об этом пожалела. Потому как мужчины семейства Гибрецов спокойно общались с ним без всякого перевода.

Оказалось, все трое сейчас обсуждали мою дочь. А едва я появилась в проходе и без того небольшой кухоньки, обернулись ко мне, и дед с отцом по очереди стиснули в объятьях.

– Ты могла дождаться нас и всё рассказать, – проворчал Арэл. – Откуда нам было знать, какие козни для тебя устраивала эта четвёрка?

– Четвёрка? – вначале удивилась, а после посчитала вслух: – Вилфрид, Лео, Ксанья и Кроан?

– Именно, – поддакнула бабуля, стоя за моей спиной на дозорном посту. Наверняка, чтобы не сбежала. – Я им такое высказала, когда узнала о случившемся на практике. О том, что ты чуть не утонула, а они лишь смотрели…

– Ой, не нужно было, ведь это уже неважно… – растерянно отмахнулась я. В душу заполз легкий страх, что меня сейчас начнут уговаривать вернуться обратно.

Дед словно мысли мои прочитал:

– Изначально, мы хотели попросить тебя вернуться…

Бабуля подхватила:

– Но глядя, как вы тут обустроились, подумываем, а не переехать ли на соседний пляж?

– И кому ты оставишь руководство академией, которое пало на твои плечи после отстранения семейки Сторсо?

– Тебе? – с надеждой переспросила Лиора.

– Э, нет, студенты мои вымрут после третьего занятия по физической подготовке… – дед нашел очередной способ порисоваться перед всеми своими мускулами, по которым, честно говоря, я немного скучала. В смысле, по этаким дедовым шуточкам, а вместе с тем и по бабуле, папе, маме и даже по сестрам, хоть мы с ними и не общались, когда я жила в Сойне.

– Только решайте быстрее, а то Аарон уже присмотрел соседний пляжик для дома нашей крохи. Построим его, когда она вырастет, – пошутила я, а меня не поняли.

Родные замолчали, и только милый хохотнул:

– Что ж поделать, скажешь надо, значит, построю.

– Мне первой, – бабуля всегда умела получать от жизни максимум. – А уж потом остальным.

Но я поспешила заверить:

– Не переживайте, как Сиа подрастёт, мы, может быть, вернемся.

– Нет‑нет и нет, так не пойдет. Вы одни тут жить не будете. Семья всегда должна быть рядом.

– А