Во власти тумана - Мери Ли

– Боже, Алекс, если бы мне говорили такие вещи, как "Я не отпущу тебя", "У нас может быть всё", я бы сдалась ещё на середине предложения.

Я рассказала Лексе всё, кроме поездки на кладбище и всего, что я там узнала. Зак не просил меня хранить это в секрете, но я никогда никому об этом не расскажу. Он словно пустил меня намного глубже, чем в сердце или душу. Лекса слушала меня, раскрыв рот. Сестра уверена, что я должна дать шанс нашим с Заком отношениям. Я же в полнейшем раздрае.

Почему всё так сложно? Если бы я влюбилась в Зейна, то жизнь была бы намного проще. Но нет же, я жажду взглядов и касаний совершенно другого человека, у которого жизнь сплошные сложности.

– Лекс, мне девятнадцать, я не думаю, что готова к таким отношениям. Ты ведь понимаешь, что я всегда буду где-то за чертой его жизни. Уверена, что буду чувствовать себя лишней, ненужной. Начнутся обиды и недомолвки, и в итоге я его возненавижу или начну пилить, а что, если я когда-то поставлю Зака перед выбором? И он выберет не меня? А он меня не выберет, потому что там его ребенок. Зная Герду, могу с точностью утверждать – она не будет играть по правилам, эта змея станет манипулировать им.

– Ты думаешь, Закари Келлер позволит собой манипулировать?

– Нет, но она-то будет пытаться. А потом что? Что будет, когда подрастёт ребенок и ему будет года два? Он будет появляться у нас, и я что должна делать?

– Ребенок не виноват, – серьезно произносит Лекса.

– Я знаю. Если посмотреть со стороны, то тут вообще никто не виноват. Герда и Зак "встречались", когда меня ещё не было. Она забеременела, что, нужно полагать, нормальное положение вещей. Потом они разошлись, и появилась я. Или наоборот.

Потираю виски, голова гудит от мыслей. Вскидываю взгляд на сестру, она хмуро смотрит на Волка.

– Что мне делать? – спрашиваю я.

Лекса пожимает плечами.

– Принимать решение. Если вспомнить, сколько раз с приходом тумана ты делала тяжелые, но правильные выборы, можно полагать, что и тут ты справишься без чьих-либо подсказок.

– Боже, – стону я и, выпучив глаза, задаю вопросы, о которых я ещё не думала, но сейчас они свалились на меня, словно снежный ком. – А где мы будем жить? Все под одной крышей? Собираться за завтраком за одним столом? Дичь полнейшая. Или я буду жить отдельно, и Зак будет приходить ко мне как к любовнице? Или мы с ним будем жить в одном доме, а Герда с ребенком в другом, то он постоянно будет пропадать там?

Слышу смешок Лексы, и моё внимание направляется в её сторону.

– Алекс, ты слишком много думаешь. Если хочешь быть с ним, то будь. По твоим рассказам можно понять, что вы прошли долгий путь, и он не был легким. Может, в этом и есть вся прелесть? Вы пережили уже столько всего, что с бытовыми проблемами справитесь, не поднимаясь с кровати. Если не попробуешь, не узнаешь.

Ребенок от другой женщины, это не бытовые проблемы. Но я всё же отвечаю короткое:

– Наверное.

– В любом случае я буду на твоей стороне, неважно какой выбор ты сделаешь.

– И почему мы раньше постоянно говнякались? – спрашиваю я и улыбаюсь.

Лекса отводит взгляд в сторону и шепчет.

– Мне тоже есть чем поделиться. Я сегодня иду на свидание.

– С кем?

Лекса возвращает на меня взгляд, и я вижу, как она нервничает.

– Его зовут Пьер, он очень… хорош.

– Мне нужно познакомиться с ним и обговорить все тонкости…

– Алекс! – взвизгивает сестра.

И мы начинаем хохотать, так что у меня сводит скулы. Представляю, как я буду третировать какого-то Пьера и учить его жизни. Но познакомиться с ним я должна. Лекса немного рассказывает мне о парне, который полная противоположность Зари. Она говорит, что они виделись всего четыре раза, но с помощью Фиби Лекса узнала, что он работает на Закари (что неудивительно). Но самое прекрасное во всём этом то, что Лекса улыбается, когда говорит о нём. В последний раз такую улыбку я видела до появления тумана.

Отправляюсь к себе и по пути встречаю Рэнли, он говорит, что я могу собрать вещи, позже меня проводят в новый дом. Рэнли сообщает, что мы теперь будем соседями. Его вызывают по рации, и он уходит, а я продолжаю идти в палату, чтобы собрать вещи, которых практически нет. Одной спортивной сумки будет вполне достаточно, чтобы упаковать всё моё богатство.

Оказавшись в палате, закидываю вещи в сумку, бросаю взгляд на трость. Её брать с собой уже нет смысла. К счастью, теперь я могу передвигаться и без неё. Решаю выйти на улицу, подожду Рэнли на нашей лавочке, если меня не будет в палате, то он сразу поймет, где меня искать. Выхожу за дверь, в коридоре стоит Ребекка и расспрашивает о чём-то Лейзенберга. Старик смотрит на неё с максимально недовольным лицом, придерживаю дверь, чтобы волк вышел следом за мной. Ребекка поворачивается и идет в мою сторону.

– Вот ты где. Что с этим доктором не так? – спрашивает она.

– Не любит людей, ему куда комфортнее с хомяками.

Ребекка не слушает мой ответ, разворачивается и бросает короткое:

– Идём.

Поправляю сумку на плече и спрашиваю:

– Куда?

У них это что, семейное – приказывать другим людям?

– Зак хочет видеть тебя.

– Зачем?

– Сам скажет, я не интересовалась.

Заходим в лифт, и Ребекка бросает взгляд на сумку у меня на плече.

– Куда-то собралась?

– Зак предложил дом, в котором…

– Как это мило с его стороны.

Ну что за хамка!

– Так, стоп. Ребекка, не знаю почему ты меня ненавидишь, но я тебе ничего плохого не сделала.

Лифт подаёт звуковой сигнал, двери открываются, и мы выходим.

– Ха, конечно же. Ты натравила моих родных братьев друг на друга.

– Не было такого, – спокойно говорю я.