Девушка из снов (СИ) - Нита Вольская

Не стала долго рассусоливать, и после официального приветствия сразу перешла к делу:

— Ваше Величество, я прошу Вас расторгнуть мою помолвку с маркизом Валенским.

Король посмотрел на меня хитрым взглядом. Похоже у него сегодня игривое настроение, или решил отвлечься от рутины, развлекая себя беседами подобного рода.

— Назови хотя бы одну вескую причину, и я подумаю.

— То, что я сейчас расскажу, вас наверняка не впечатлит так сильно как меня, но прошу выслушать, — начала я пикантный рассказ «из-за огорода». Как ни готовилась, но озвучитьэтовслух оказалось непросто.

— А я что, по-твоему, сейчас делаю? — монарх явно надо мной потешался.

Сделала вид, что не замечаю иронии, набрала в грудь побольше воздуха и выпалила:

— Вчера я застала своего жениха за тем, что он занимался непотребствами с девицей из знатного рода!

Король поднял брови и кивнул, давая добро на подробности.

— Сей факт сам по себе возмутителен, но есть и ещё одно обстоятельство: маркиз пришёл на эту вечеринку со мной, а значит своим поступком унизил меня в глазах свидетелей.

Монарх крякнул, и заёрзал на стуле, рассматривая меня с едва заметной улыбкой.

— А ты уверена в том, что это не поклёп? За лжесвидетельство я сурово караю, — взгляд в одно мгновение стал колючим.

— Я видела всё своими глазами, сир. И не только я.

Король явно был впечатлён. Похоже мне удалось его удивить.

— И что, много этому было свидетелей?

— Нет, немного, но дело ведь не в количестве, а в самом факте. Маркиз проявил неуважение ко мне — его официальной невесте. Я не готова терпеть подобное унижение.

— И что за… непотребства, я могу узнать? — король вновь потешался.

Покраснела как рак. Не планировала настолько вдаваться в подробности.

— Простите, но я не могу вам сказать.

— Почему?

— Это неприлично… Очень.

— Настолько неприлично, что ты не можешь об этом рассказать своему королю?

В его глазах светились смешинки, и я осмелела:

— Да, сир. Я незамужняя девушка, мне о таком не то, что говорить, думать не следует.

— И что это за девица такая смелая отыскалась, решившаяся не только думать, но и делатьэтовне брака?

— Я не хотела бы называть её имя… К тому же, я думаю, она всё ещё девственна …в нужном месте, а значит скандала после свадьбы легко может избежать.

Король хрюкнул.

— Надо же, какая находчивая.

Его комментарии заставляли чувствовать себя мерзко. Сижу и ябедничаю. Тьфу! Даже в детском саду этим не занималась. Зря я, наверное, сюда пришла.

Монарх уловил перемены в моём настроении и вмиг стал серьёзным:

— Имя развратницы!

Я потупилась. И незамедлительно получила суровое:

— Ты выдвигаешь против этой девушки серьёзное обвинение. Никаких недомолвок быть не может.

— Простите, Ваше Величество. Это моя кузина Мирана Гилберт.

— Кузина, говоришь… — король нехорошо сощурился. — Значит твоя сестра и твой жених занимались …непотребством на званной вечеринке? А ты как там оказалась? Я не раут имею в виду.

— Я искала уборную, и случайно наткнулась…

Всё ещё не могла заставить себя поднять глаза и изучала богатый ковёр.

— А Лерминаль как туда попал?

— Полагаю, он искал свою невесту… Как вы узнали? — удивлённо посмотрела в суровое лицо. — Я ведь ничего не говорила про Лерминаля.

— Я король, деточка, и знаю всё, что происходит в моём королевстве.

Да, конечно. Прямо-таки и всё? Видимо Тимран меня опередил. Только вот сомневаюсь, что он стал рассказывать подробности. А я…. На душе стало совсем гадко.

— Ладно, иди. Я подумаю над твоей просьбой. Но ты ведь понимаешь, что в этой истории есть лишь один по-настоящему виновный человек? Это твоя кузина, — монарх подчеркнул наше родство, и этим уронил меня ещё ниже в собственных глазах. Я ничем не лучше Мираны.

— Именно она занималась непотребством, — продолжал король. — А твой жених виноват лишь в том, что прилюдно проявил к тебе неуважение. А если я из-за каждого неуважительного поступка буду расторгать выгодные сделки, грош цена мне, как правителю.

Вот, значит, как: наш брак — выгодная сделка. Уж не самим ли королём она инициирована?

Дура! Какая же я дура!

— И чтобы больше никому про это не рассказывала. — сурово потребовал вполне дорогостоящий вершитель судеб.

Кивнула и твёрдо посмотрела в глаза.

Ну что ж, — хотя бы попыталась.

Глава 55. У любого терпения есть предел

Анриан зачастил в гости. Но точно не по причине большой любви ко мне, скорее хотел проконтролировать, чтобы я не разболтала об их с Мираной «игрищах». Моя жизнь превратилась в каторгу: не могла и не хотела его видеть, а была вынуждена терпеть целыми днями.

Теперь, когда я застукала его в неприглядном виде, он перестал прикидываться паинькой, и при каждом удобном случае демонстрировал свой дрянной характер и пытался меня запугать. Видимо готовил к браку своей мечты: где жена будет покорно смотреть на его шашни на стороне, а он не станет себя утруждать даже тем, чтобы их скрывать.

Кажется, женишок решил, что, поскольку репутация у меня не безупречная, то об меня можно вытирать ноги.

Неделя, проведённая в компании Анриана, показалась годом. И чем дольше маркиз задерживался у нас, чем сильнее давил, тем быстрее назревал конфликт внутри меня, и я всё больше приходила в отчаяние, не зная, что предпринять.

Последняя капля упала в переполненную чашу терпения в воскресенье. За совместным с моими родителями чаепитием Анриан объявил отцу, что сразу после свадьбы намерен закрыть мои лавки, ибо не потерпит чтобы его жена занималась мужским делом.

— Я будущий герцог, и не позволю марать нашу фамилию слухами о том, что моя жена ведёт себя как купчиха.

— Но она же не стоит за прилавком и даже не является управляющей, — оскорбилась за свою дочь Аврилея и попыталась заступиться. — К тому же её духи пользуются большим успехом в высших кругах. Да и наряды тоже. У Аналеи талант…

Но её одёрнул отец:

— Дорогая, не вмешивайся. Это их семья и они сами разберутся.

Вот значит как. Защиты от них мне не дождаться. Этот кобель будет меня унижать, не исключено, что и — поколачивать, с таким-то характером, а я должна буду всё терпеть. Ну уж нет, господа товарищи! Так не пойдёт!

Насилу дождалась, когда Валенский уберётся восвояси и пошла к отцу.

Он погряз в бумажных делах, но всё-таки согласился выслушать.

— Пап, можно я несколько дней поживу в нашем столичном особняке?

— Зачем это?

— Мне нужно подготовить лавки к закрытию, устроить распродажу, рассчитаться с поставщиками, у которых брала фурнитуру и ткани под реализацию. Да много всякого