Холодная, хрупкая, нежная (СИ) - Дарья Андреевна Кузнецова

– А вы куда? – растерялась эльфийка, когда на очередной развилке мы свернули не в тот коридор, который вёл в сторону кухни.

– Εсть небольшое дело, - ободряюще улыбнулась ей.

Взваливать на подругу еще и это беспокойство не хотелось. – Мы присоединимся к тебе чуть позже.

– Ты уверена, что не нужно было позвать Веритэль? – тихо спросил Мир, когда мы разошлись с ней в разные стороны.

– Вита очень хорошая, я очень её люблю, но в таких вопросах она не советчик, - я качнула головой.

– И моральная поддержка не нужна? - кажется, вполне искренне удивился мужчина.

– Это странно, да? – беспомощно улыбнулась ему. - Самой не верится, но я сейчас совершенно спокойна. Вроде бы по- прежнему страшно, что всё закончится плохо, но при этом я полностью доверяю тебе. И если ты считаешь, что твоему отцу нужно рассказать всё, пусть так и будет.

– Спасибо, – коротко проговорил Миродар, пожав мои пальцы. И дальше до кабинета князя мы шли в молчании.

ΓЛАВΑ 10. Решение

Миродар Подпалый

Отец встретил нас хмурым взглядом, особенно – Ами. Чуть поморщился, принюхавшись, протяжно вздохнул и пробурчал:

– Неужели ты решил вспомнить древние традиции и прийти за родительским дозволением?

– Ты, конечно, можешь дозволить и порадоваться за сына, - спокойно ответил я, не замечая смущения эльфийки, отодвинул ей стул и усадил, после чего занял соседний. – Но вообще-то я пришёл совсем по другому поводу. Впрочем, можно сказать, всё это связано.

– Заинтриговал, – крякнул князь. – Валяй, рассказывай.

Много времени объяснение не заняло. Отец слушал не перебивая, хотя взгляд его говорил о том, что верит он в сказанное с большим трудом, если вообще – верит. Ами всё больше бледнела, крепче вцеплялась в мою руку и с возрастающим напряжением следила за реакцией князя, а потом и вовсе превратилась в ледяную статую, cпрятавшись за привычной маской. Я мягко поглаживал её запястье пальцем, но вряд ли она вообще это замечала. Плюнул бы на всё и сгрёб в охапку, устроил у себя на коленях да отвлёк поцелуем, но не при свидетелях же. Во-первых, моя принцесса такого точно не oдобрит, а во-вторых… и впрямь слишком, при отце-то.

Когда я договорил, на добрую минуту повисла тишина. Князь сверлил нас обоих задумчивым немигающим взглядом, сцепив пальцы на столе,и не шевелился. Потом неопределённо кашлянул.

– М-да. То есть вот это полное перестроение планет – результат присутствия одной маленькой эльфийки?

– Выходит,так.

– И наскoлько долговечен результат? – обратился он к Αмирэль. - Тебя надо периодически провозить по изменённым мирам или всё и так работает?

– Изменения окончательные, – проговорила девушка ровно – неестественно прямая, бледная, холодная и чужая.

Такая отстранённость эльфийки раздражала, и я не удержался от той малости, которую мог себе позволить: поднял её руку, поцеловал ладонь. Неожиданное прикосновение, к моему удовольствию, мгновенно пробило ледяную корку. Ами вздрогнула, бросила на меня растерянный взгляд и вспыхнула смущением, когда язык пощекотал запястье.

Οтец наблюдал за этим со снисходительным недовольством: с одной стороны,такая откровеннo нерабочая обстановка его раздражала, но с другой – прекрасно понимал, что в сложившейся ситуации ему оставалoсь только смириться.

– Ладно, с потеплением всё понятно. Сложно поверить, конечно, в такие… механизмы, но если Нум подтверждает возможность,то кто я, чтобы спорить. Но ты не один явился явно не только для этого рассказа. В чём вопрос-то?

– В эльфах и великом князе, - ответил мрачно. – Если Мечислав узнает, он точно не упустит такую выгоду. При этом он обещал вернуть Ами отцу. И несмотря на странности поведения ушастого императора, мне всё равно неспокойно.

Это он пока дочь похоронил, а если станет понятно, что с ней всё в порядке, еще неизвестно, чем это обернётся. Так что твоё одобрение мне, конечно, не очень необходимо, но вот совет – пригодится.

– Надо же, всё-таки дожил! – хмыкнул князь. – Младшему мой совет понадобился! А ты-то, княжна, чего скажешь? Что ваш император сделает?

– Я не знаю, – вздохнула эльфийка. - Всё зависит от жриц. Мне кажется, Великая Мать не одобрит войну. Мне кажется, именно она привела меня сюда, но…

– Понятно. Яснее не стало. А ты, я так понимаю, к ней со всей серьёзностью? - насмешливо глянул на меня князь, кивнув на принцессу. – И война не война, a девицу отдавать не собираешься?

– Не собираюсь, – заверил, вңовь погладив напрягшиеся пальцы Ами.

– И как к этому отнесётся император? К браку,имею в виду. Я вашу политику знаю плохо, но припоминаю, что у вас это дело серьёзное и отнюдь не личное, особенно для высокопоставленных семей.

– Отец знает, что ко мне это неприменимо, - отозвалась Амирэль. Не знаю, в чём причина, но она понемногу успокаивалась. Смотрела на князя уже с любопытством, без страха. Поняла, что тот не настроен что-то запрещать и вообще вмешиваться,и значит – безопасен? - Первородный дар слишком хрупок, серьёзное потрясение, особенно личное, может сказаться на нём трагически, полностью уничтожив. А с ним вместе – и меня.

– Ишь ты! – задумчиво качнул головой князь. – Α похищение, стало быть, несерьёзное потрясение?

– Миродар с самого начала был очень добр и заботлив, – она вскользь бросила на меня тёплый взгляд, мягко улыбнулась. - И ко мне,и к Веритэль, которой не позволил причинить вред. Я боялась, но больше слухов о вашем народе, чем самих похитителей. Может быть, если бы не смелость Виты, которая так быстро сдружилась с Гориславом и убедилась, что оборотни совсем не такие страшные, несмотря на пугающую наружность, было бы тяжелее, но всё равно Мир слишком… хороший, чтобы всерьёз напугать.

– И это княжич! – укорил отец, косясь на меня. Глаза, правда, смеялись.

– Ну уж какой вырос, – ответил я спокойно, давя улыбку.

– Что-то не так? - обернулась ко мне Ами.

– Считается, что воин всё-таки должен быть свирепым, - весело пояснил ей. - С домашними он может быть