Евгения Савицкая - В плену Времени

Ее большие глаза непрерывно следили, как граф Маслов, ловко лавируя между гостями, приближается к нам с двумя запотевшими бокалами с шампанским в руках.

— Нет, не надобно. Я сама, а ты тем временем пообщайся с графом. Вижу, что он тебе нравится, — заговорщицки прошептала я на ухо девушке.

Прежде чем зардевшаяся Сесиль мне что-либо ответила, я круто развернулась и, практически бегом, бросилась на второй этаж. Каждый шаг гулко отдавался в сердце, пульс стучал в висках, пересохло горло — верные признаки сильного волнения. На подгибающихся ногах я безошибочно завернула за угол и торопливо устремилась к двери с картиной Айвазовского. В длинном коридоре никого из прислуги не было, свет был приглушен и вокруг царил приятный полумрак. Мои шаги заглушала дорожка, а я, напоминая саму себе шпиона, Джеймса Бонда и других агентов из голливудских фильмов, шла крадучись четко под стеночкой, где находилась заветная дверь в комнаты князя. Когда моя рука неторопливо легла на позолоченную ручку двери, я еще раз таинственно осмотрелась, плавно приоткрыла дверь и, одним текучим движением, зашла в комнату Дэниэля. Огромная спальня была отделана в бордовых и золотисто-бежевых тонах. Большая кровать с красным пологом казалась очень внушительной, и мои глаза постоянно взирали на нее. Два огромных окна были плотно зашторены бордовыми бархатными шторами. Комнату освещало два подсвечника, стоящих на каминной полке. Словно хозяин вот-вот вышел и должен был вернуться. Надобно было сильно торопиться. Опасаясь быть застигнутой врасплох, я быстро подошла к камину, в противоположной к кровати стене. На широкой мраморной каминной полке было множество безделушек: цепочки, брелоки, несколько золотых и серебряных карманных часов, статуэтки амуров, нимф, а также большие серебряные часы, инкрустированные драгоценными камнями. Вся эта роскошь и мишура просто ослепляла, но мне было не до нее.

Едва сдерживая радостное ликование и безмерное волнение, дрожащими руками я шарила в чужих вещах, ощущая брезгливое чувство от того, что приходилось делать. В горле гулко колотилось сердце, дрожали руки и коленки, а глаза застилала темная пелена. Мне понадобилось меньше минуты, чтобы понять то, что Часов Времени в вещах Дэниэля нет. Пришлось подобрать юбки повыше и осторожно проследовать в примыкающую к спальне гардеробную. В соседней комнате было лишь огромное до пола зеркало и самодельный на всю стену шкаф с висящими костюмами всевозможных фасонов и расцветок. В воздухе комнаты витал практически неуловимый личный запах Дэниэля. Я сделала глубокий вдох, а его пряный с нотками свежести и мускуса приятно защекотал мое обоняние. Часы Времени могли оказаться в любом из костюмов, и мне предстояло пересмотреть буквально все.

Еще раз тяжко вздохнув, я торопливо приступила к осмотру всего гардероба князя, стараясь не нарушить заведенного порядка. Огромными усилиями, сдерживая волнение и страх, мои руки быстро щупали пиджаки и жилетки, висящие на вешалках. Также мне приходилось усиленно прислушиваться ко всем звукам, очень сильно опасаясь непредвиденного вторжения князя или слуг. Как только мои руки нащупали что-то гладкое и металлическое, в этот момент послышались шаги в спальне князя, а я как испуганная крыса заметалась в поисках надежного убежища, ведь мне совершенно не улыбалось, чтобы меня кто-то застукал в такой щекотливой ситуации. Шаги неумолимо приближались к двери, и только одному Богу было известно, каким чудом я вообще услышала приближение другого человека, ведь на полу в спальне лежал огромный бордовый ковер с восточными мотивами.

Мне не оставалось ничего другого, как нырнуть в ворох костюмов, висящих плотным рядом до самого пола. Как только я устроилась за одеждой, прижавшись спиной к дощатой задней стенке шкафа, дверь в комнату едва слышно скрипнула и в гардеробную кто-то вошел. Судя по суетливым шагам, я поняла, что это вошел лакей, который пришел по поручению Баринского. Руки камердинера также как и мои секунду назад, усердно шарили по костюмам, видимо что-то разыскивая. В данный момент я боялась даже дышать и стояла без единого движения. Шелест ткани слился с шумом крови в моих ушах, а от напряжения между лопатками у меня выступила испарина.

Послышался тихий металлический звон, и сквозь просвет между многочисленными костюмами князя, я увидела блик на знакомой гравированной поверхности позолоченного корпуса. Я осторожно подалась вперед и последнее, что мне удалось рассмотреть, как чья-то рука крепко сжимает часы. Затем послышались быстрые шаги, и камердинер слишком поспешно удалился со своей ношей. Мне оставалось лишь беспомощно наблюдать, как в очередной раз из-под моего носа уплыли заветные часы. Мои ноги подогнулись, и я обессилено села на пол огромного шкафа. Все происходящее казалось каким-то нереальным сном, словно сама Судьба насмехается надо мной, то преподнося, то отнимая возможности забрать Часы Времени и убраться прочь из этой эпохи. Я была настолько ошеломлена, что совершенно не чувствовала как по щекам текли жгучие слезы разочарования. Меня буквально пригвоздило к полу сильной волной безнадежности и отчаяния. В данный миг мне казалось, что я уже никогда, никогда не увижу своих родителей, друзей и эпоху. Горестно утерев слезы руками в перчатках, мне пришлось буквально на четвереньках вылезти из гардероба Дэниэля. И то, как я выглядела в это мгновение, меня совершенно не заботило. В голове была лишь звенящая пустота и абсолютное отсутствие каких-либо мыслей. Тяжелая апатия немилосердным грузом навалилась на меня.

Чувство опустошенности охватило мою душу в свои цепкие щупальца. Мне было настолько все равно, что даже толком не помнила как попала в апартаменты, отведенные гостеприимными князьями Баринскими. Мне смутно помнится, как я шарила по стенам возле дверей в поисках выключателя и даже сильно удивлялась, что так и не нашла его. Пришлось окунуться во тьму спальни и приступить к поискам куда-то запропастившегося веера. Мрак в комнате с радостью поглотил меня и укутал плотным покрывалом. В спальне было неимоверно душно, а вечерний, напоенный зноем, июльский воздух можно было резать ножом. Инстинктивно я хотела как можно быстрее найти то, что искала и исчезнуть из спальни. Испуганно прижавшись к стене спиной, мне пришлось подождать какое-то время для того, чтобы глаза хоть чуточку привыкли к абсолютному мраку. Пришлось как-то успокоиться, сделать пару-тройку вдохов и выдохов и попытаться вспомнить, куда бросила веер перед выходом из спальни. Спертый воздух в комнате никак не способствовал прояснению звеневшей головы, поэтому я на ощупь добралась до кровати на которой, как мне помнилось, остался лежать пучок белых страусиных перьев.